Наш мир болен, но душа жаждет любви
Шрифт:
– Да, - ответила она. – Но не сразу. Сперва расслабься и попробуй вторым потоком сознания войти в свой клон.
Я перестал ласкать ее и в удивлении посмотрел ей прямо в глаза.
– Ты хочешь… - я замолк, пораженный возникшей мыслью.
– Да. Мы займемся любовью и здесь, и там. – Она лукаво посмотрела на меня. – Признайся, у тебя ведь бывали такие мечты?
Я не стал отвечать на этот провокационный вопрос, а задал свой:
– Талия тебе что-то сказала сегодня, да? Что-то крайне важное. Ты можешь мне сказать, что именно?
Она прижалась всем телом ко мне, чтобы я не видел выражения ее глаз.
– Я скажу это тебе. Завтра. Обещаю. А сейчас мы займемся тем, что некоторые люди называют священным сексом.
– Это когда перед взрывом они загадывают желание, чтобы оно исполнилось?
Ее ответом был поцелуй. Богиня, такой страсти она никогда не выказывала, особенно, если учесть, что в человеческих телах мы этим фактически никогда не занимались. Тот единственный раз, во сне, вряд ли можно было учитывать. Тем удивительнее было, с каким мастерством она подвела меня к практически одновременному взрыву в обоих моих телах.
До того, как меня накрыла волна двойного экстаза, я вспомнил свои последние слова.
– Богиня, - мысленно начал я проговаривать свое желание, - я хочу…
Сейчас я уже и не помню, с какой просьбой я хотел к Ней обратиться, кажется, это было личное, но в тот момент волна оргазма начала распространяться по моим телам, что-то божественное вошло в меня, и я просто выдохнул: - Да исполнится воля Твоя!
Когда мы вернулись в свои тела из высших сфер, я взглянул в глаза Агниты и понял, что нечто божественное посетило также и ее.
– Я знаю, кто ты, - прошептала она, снова прижавшись всем своим паучьим телом ко мне. – Ты эмиссар Богини, и такие, как ты, приходят тогда, когда равновесие в мире склоняется в сторону тьмы.
Я промолчал, не зная, что с этим знанием мне делать.
– Знаешь, - сказала королева, - ты с самого рождения был особенным. Я ведь обычно слежу за своими кладками, и нам пришлось проткнуть твое яйцо, потому что ты не хотел из него вылазить. В три года ты заблудился во время обычного детского похода по подземельям, но сам нашел выход и даже не выказал никаких признаков страха.
Я вспомнил тот случай. До сегодняшнего дня я считал, что меня специально оставили в одиночестве, чтобы я сам нашел дорогу домой.
– Мы следили за тобой, - продолжала между тем Агнита.
– Я и твои наставники. Именно поэтому на тот день, когда тебе исполнилось 8 лет, и были назначены испытания и инициация. Кто же знал, что в это же самое время на Марсе окажутся белые драко, и они обнаружат тебя.
– Пути Богини неисповедимы, - заметил я. – И они привели нас сюда, чего в противном случае бы не произошло.
– Я знаю, - просто сказала моя королева. И затем мы просто лежали, обнявшись и прижимаясь друг к другу всеми телами. Я впервые поцеловал ее в человеческом теле, и это было просто восхитительно. Мы так и заснули в объятиях друг друга.
Утром она проснулась первой и довольно рано, мы вернули клоны в капсулы и вышли из корабля, нагруженные едва ли не самым ценным, что у нас было, - контейнерами с собственными детками, которые только начали созревать в оплодотворенных яйцах. Тележки с этим сокровищем мы передали арахнидам, которые уже поджидали нас у трапа. Я обратил внимание, что расцветка лент на их передних лапах была иной, чем у тех, кто нас вчера радушно привечал.
– Они те, что прибыли недавно с севера, - ответила Агнита на незаданный вопрос. – Их королева, Элоиза, уже несколько лет, как вышла из детородного возраста, и наше прибытие они посчитали, как божественное провидение. Сейчас мы отправимся поприветствовать северную королеву.
Но перед этим Агнита нежно погладила один из контейнеров, где находилось самое крупное из яиц кладки.
– Это будущая королева, - отметила она, и голос ее дрогнул. – Надеюсь, что с ней и остальными нашими малышами все будет хорошо.
Я кивнул, и мы молча направились в сопровождении импровизированного эскорта в сторону освещаемого особыми кристаллами поселения. Не думаю, что в этот час там кто-то спал.
* * *
На протяжении всего утра я замечал некоторые странности в поведении Агниты. Иногда она отвечала на какие-то вопросы местных, но при этом мне, столь близко с ней знакомому, казалось, что внимание ее немного расфокусировано, словно вторым потоком сознания она находилась где-то в другом месте, хотя со стороны это виделось не так. И наоборот, когда мы завтракали, она смаковала пищу так, словно вкушала ее в первый раз, хотя большинство блюд были нам знакомы.
Когда наконец мы остались наедине, я спросил ее, что происходит. Она подняла на меня глаза, полные печали.
– Мне страшно, Стазио, - произнесла она тихо. – Впервые в жизни мне страшно. Что-то жуткое к нам приближается. И никто кроме нас самих нам не поможет.
Я послал ей всю любовь, которую испытывал к ней, вместе с ободрением.
– Ты это поняла еще вчера, - констатировал я. Она кивнула.
– Сейчас к нам подойдут королевы, мы уединимся в одной из пещер, и я вам всем кое-что расскажу и покажу, - добавила она безучастно.
Королева Талия отвела нас в небольшую пещерку, освещаемую с одной из стен неярким светильником.
– Грядет великая война, - сказала Талия, когда мы уселись на холодный пол. – Девочка моя, - обратилась она к Агните, - я знаю, что ты прибыла из будущего, чтобы остановить ее, но боюсь, что это невозможно. Я несколько раз смотрела будущее и видела, что все временные линии сходятся к войне.
– Я знаю, - произнесла тихо Агнита, - но мы сделаем все, что в наших силах, чтобы этого не случилось. Или по крайней мере минимизировать потери.
Талия покачала головой, а Элоиза заметила:
– На орбите корабль белых драко. Это не к добру. Мы попытались предупредить синтоу и контау, чтобы они ушли в подземные укрытия, что сделали все мы, но большинство из них и слушать нас не захотели. Я думаю, их сознания порабощены злой волей драко.
«А кто повелевает сознанием самих драко?
– подумал я с тоской. – Психотическая королева-матка? Черная жижа? Злой искусственный интеллект? Или захватнические установки их создателей?»