Чтение онлайн

– Надо было бы немного докрутить это дело, я бы запросил еще время на рассмотрение.

Боже.

– Но кто знает, что было бы сейчас с тобой. Я ни о чем не жалею. Ни об отъезде, ни о навязанной командировке.

Я наконец вдыхаю, сжимаю губы, чтобы не расплакаться.

– Я думала, что ты просто уехал. Психанул.

– Нет. Совсем не просто. Я тебе уже говорил, ты тогда не отнеслась к этому серьезно. Не выслушала внимательно. Да никто не смог бы заставить уехать. На нравится моя работа, так я бы нашел другую. Я понимал, что дело именно во мне. Мне надо исчезнуть и не мешаться. В том числе, чтобы не лезть в дело твоего отца и прикрыть тебя.

Я ненавидела и проклинала его. А должна была благодарить за то, что заступился и сохранил мне жизнь.

– Ты, получается, тогда уже была беременна, – я киваю.

– Саш, если бы я знал, то не оставил бы тебя. Чтобы ты там не думала обо мне. Потому что, случись и с тобой, беременной, что-то, я бы чокнулся.

– То есть и со мной? – Настораживает его фраза.

– Помнишь, мы ездили к женщине в психиатрическую клинику.

– Да.

– Я тебе говорил, что у нее погибла дочь.

– Да, с которой ты…

– Я тебе не все рассказал. После ее смерти, было вскрытие. Там я узнал, что она была беременна.

– И?

– Несмотря ни на какие запреты, я сделал тест ДНК. Это была моя дочка, – брови сходятся на переносице и его тяжелый взгляд давит на меня. – Поэтому я не хотел дочку. Я… чувствовал себя виноватым перед тем неродившимся ребенком. Не сумел сберечь и сохранить жизнь.

– Ты не знал.

– Не знал. Зато откуда дети берутся знал. С тобой голову потерял.

– После тройни, надеюсь, больше не потеряешь.

– Да, справимся, Саш, – откидывается на спинку кровати. Со всем можно справиться. Если вместе.

Если вместе…

– Я поняла ответ на твой вопрос. В моем случае, ты должен был поговорить с отцом, а потом со мной. Мы должны были вместе решить, как нам поступить.

– Получается, я должен поговорить с отцом девушки, а потом с ней самой?

– Вот тут у меня и была нестыковка. Разные ситуации.

– Понимаешь, у нас с тобой были какие-никакие, но отношения. Мы друг другу больше, чем просто знакомые. – Он усмехается уголком губ. Помнит. – Если мы хотим быть вместе, то должны рассказывать друг другу все и решать вместе. Если она тебе просто знакомая, то тогда ты ей ничем не обязан. Нужно поговорить только с родителями.

– Допустим, это была бы Онежа. Что бы ты сделала? Поговорила с ее отцом, а с ней нет?

– Онежа?

– Нет, это не Онежа, но допустим.

– Если бы Онежа, я бы поговорила с ее отцом и узнала для начала, что она знает, а что нет. И если бы ее папа сказал, не рассказывать ей, я бы не рассказывала. Но если бы я узнала такое про тебя, то твой отец не стал бы мне преградой поговорить. Ну, в том случае, если бы мы с тобой были вместе.

– Как сейчас?

– Да, на данный момент у меня нет от тебя никаких секретов.

Юра тянется ко мне и целует.

– Я в восторге.

– От чего? – отрываюсь от него.

– От того, что узнаю тебя лучше. Хоть тогда нас только страсть связывала, но что-то в тебе притягивало так сильно, что даже через полгода не смог забыть.

Юра заставляет меня своими словами спрятать взгляд. Поджать губы. Я не хотела перед ним строить из себя кого-то. Я только хотела быть искренней.

– Жаль, я не поговорил с тобой зимой. Многое могло бы быть по-другому.

– Не жалей. – Поднимаю глаза. – Раз тогда ты сделал такой выбор, значит, это было лучшее решение на тот момент.

Юра находит мои пальцы, переплетает их. Мы оба виноваты в том, что случилось зимой. Не умели слушать, не умели слышать.

Надолго нам остаться наедине не дают. В палату стучат, Юра отстраняется и разворачивается к двери.

– Александра, к вам еще один житель.

Нам завозят еще одну кроватку.

В груди как будто снова весна, распускаются цветы. Я не могу сдержать улыбку. Тут же поднимаюсь, Юра помогает.

– Врач сказал, что жизненные показатели еще одной вашей девочки в норме, ее можно отдать маме. Если хотите, на ночь можем одну забрать.

– Нет, не хочу. Я справлюсь.

Мы переглядываемся с Юрой. Какое-то чудо сегодня. Пока я укладываю Аню в ее кроватку, Юра идет сразу к нашей третьей малышке. Но, как только берет ее на руки, она сразу начинает плакать.

– Сейчас мамочка тебя возьмёт. Подожди. – Но дочка не успокаивается, кричит еще громче.

– По-моему, Аня кричит тише.

– Не знаю, насколько тише. Но, точно, иначе.

Надо скорее ее успокоить, а то она разбудит свою сестричку.

– Ну, прямо, “наша Таня громко плачет”, – Юра спокойно реагирует на детский крик, уравновешенно. В своем стиле.

– Таня? – переспрашиваю и забираю у Юры дочку.

– Я просто так сказал. Она такая голосистая. Прям певунья будет.

Я сажусь в кресло, укладываю удобно малышку, чтобы показать ей, как надо брать мамину грудь и пить молоко.

– У нас все голосистые, – улыбаюсь Юре. – Так ты предлагаешь, Аня, Марина и Таня?

– Анна Юрьевна, Марина Юрьевна и Татьяна Юрьевна. Звучит, круто. – Юра присаживается на стул, складывает руки на соле и наблюдает за нами, давая право последнего слова. И мне нравятся эти имена. Обычные, наши имена.

– Я согласна. Аня, Маня и Таня, – сокращаю до минимума.

– Будет сложно не перепутать их и внешне, и по именам.

– Браслеты нам в помощь. У Тани – синий. У Ани – розовый. У Марины – желтый. И знаешь, идея с сережками не такая уж и плохая. – Юра довольно улыбается. – Браслет можно снять, потерять, а с ушками сложнее.

– Слушай меня и все будет хорошо.

– Юр, а ты уже свыкся с мыслью, что ты многодетный папа?

– Пока нет. Наверное, надо с ними пожить, чтобы до конца это осознать. Саш, я хотел домой ехать ночевать, Ахилла посмотреть, но может, мне лучше остаться?

– Не надо, я попрошу Сару приехать, ты лучше съезди к Ахиллу. А то он скучает один.

– Хорошо.

– Она уснула, – отвечаю шепотом, и у меня есть пару минут отдыха.

– Может, сходим к Маринке? А то она там одна осталась.

– Да, давай.

Мы просим медсестру присмотреть за малышками, а сами на пару минут идем к третьей дочке, которая еще самая слабенькая. А теперь еще и одна осталась. Без своих подружек-сестричек.

– Что врач говорит?

– Ты же видишь, она вся в проводах. Дышать начала сама, но есть самостоятельно пока не может. Хоть бы она поправилась.