Чтение онлайн

В конечном счете, нам надоедает следить за ними. Они отлично проводят время, пока она где-то там. До самой темени мы шатаемся по улицам, шум города и вой городских пробок.

— Как думаешь, с ней все хорошо?

— С ней все хорошо, Сэм.

— Получится ли у нас размотать этот клубок до конца?

Зейдан смотрит куда-то вверх, улыбается и прислушивается к музыке вдалеке, он медленно начинает двигаться в такт, подхватывая меня. Rag'n'Bone Man — Human.

— Все будет хорошо, — он так красиво двигается, в то время, как я совершенно скована, смеюсь и неуверенно держу его руку, пока он крутит меня.

— Ты отличный танцор.

— Я прекрасный танцор, ты не знала? — он играет бровями, и я готова засиять.

— Хороший ты парень, Зейдан, а главное скромный, — мы смеемся.

Каким бы хорошим не был этот день, всегда есть какая-то горечь. Горечь от того, что ты забыл позвать кого-то очень важного, горечь от того, что кто-то просто не хотел быть с тобой в ту самую минуту, и горечь от того, что мгновение окончено. Тебе придется вернуться в ту реальность, которая никуда и не девалась.

Лиам закрылся в своем кабинете, и никто не должен его беспокоить, но я совершенно не хотела, чтобы он оставался один. Мы хорошо проводили время, а он просто уничтожал себя. Вот так заканчивается день. Я стучусь в его дверь, но он не открывает. Он заперт не только в четырех стенах, но и в своих собственных мыслях.

Я сажусь у его двери, прислушиваюсь к каждому шороху. Он жив, с ним все хорошо, просто ему никто не нужен сейчас. Я сижу несколько часов так, под его дверью, пока сон не окутывает меня. Мне сниться что-то хорошее, что-то мягкое, нежное и чудесное, мне сниться мягкая кровать, солнечные лучи и доброе, очень доброе утро.

— Доброе утро, Соня, — я потягиваюсь и открываю глаза.

— Что я здесь делаю?

— Ты уснула прямо у моего кабинета.

— Ты принес меня сюда?

— Ага.

Лиам сидит за компьютером.

— Как Зейдан это допустил?

— Он уснул крепким сном, я не могла.

— Насыщенный день?

— Мы решили поиграть в шпионов, и весь день ходили по пятам за Элли и Каем.

— Что ж, лучшее, что могло произойти.

— Что делал ты все это время? И где Зейдан?

— Я был в библиотеке, искал статьи и пытался найти зацепки. Нам нужно найти Нику.

— А что на счет Маринет?

— Я нашел статью о ней и моем отце.

Лиам достает газету и показывает мне, я читаю о возлюбленной наследника миллионной империи. Маринет выглядит такой светлой и невинной. Совершенно не похожа на Мисс Вудс. Не понимаю, как две такие разные женщины были такими близкими подругами.

Что самое интересное, я знаю ее, вот она зацепка. Я знаю ее!

— Я виделась с ней как-то. У меня хорошая память на лица, она работает в прачечной, недалеко от моего дома. Обычно Мама сама носит свои вещи туда, но, когда она уехала по работе, мне пришлось нести.

Я подрываюсь с места, несусь в комнату Зейдана. Он только вышел из душа, и на нем только спортивные штаны. Он, словно, с обложки журналов сошел. Я отворачиваюсь, скрывая свое смущение.

— Я знаю, где работает Маринет, нам нужно поторопиться.

Лиам стоит в дверях и делает этот современный жест «рукалицо».

— Ты ничего не видел, — я тыкаю пальцем ему в грудь и вылетаю из комнаты. Сдавленный смешок, и он получает подзатыльник.

Когда я так начала смущаться Зейдана? Как вообще расценивать такую глупую реакцию? Черт. Нет, такое не должно случиться. И Лиам… Их двое. На этой планете есть два человека, которые заставляют мое сердце что-то чувствовать.

Я рассеянная из-за таких своих мыслей. Лиам садится за руль. Зейдан собирается сесть рядом со мной на заднее сиденье.

— О, нет, проваливай, — я выталкиваю его, — иди к Лиаму наперед.

— Что с тобой?

Лиам снова ухмыляется.

— Стоило ей увидеть тебя без рубашки… — договорить он не успевает, я снова даю ему подзатыльник.

— Как ты останешься без головы.

Зейдан делает вид, что ничего не понял, но я то знаю, что он понимает абсолютно все.

— Следи за дорогой, дружок, — я вцепилась пальцами в его плечо, — довези нас в целостности и сохранности.

Лиам накрывает мою руку своей, смотрит мне в глаза, будто с вызовом, я делаю ему больно, но он не подает виду.

— Слушаюсь, моя госпожа.

Лиам включает музыку, от чего становится легче и обстановка не такая напряженная. Мы за шаг до разгадки. Я открываю окно, свежий воздух заполняет салон, мы летим, и уже не так страшно, совсем не страшно. Я высовую голову и тяжело дышать, не могу поймать воздух на такой скорости. Прячусь обратно, в этот раз, подставляя ветру ладонь, будто держу ветер за гриву.

Зейдан наблюдает за мной с помощью зеркала, он постоянно настраивает его, а Лиам поправляет обратно. Кажется, все налаживает между ними.

— Мы приехали.

Маринет выдает заказы, когда мы заходим в прачечную. Ее руки выглядят совсем натруженными и неухоженными. Женщина вкалывает каждый день в этом убогом месте. А что если у них с Мистером Вудсом была любовь и их жизнь могла сложиться иначе. Она могла бы быть Мисс Вудс, доброй, честной. Представляю, как она занимается благотворительностью, а он поддерживает ее во всем. У них могла бы быть прекрасная совместная жизнь.

— Здравствуйте! — Маринет выглядит утомленной, но она находит силы, чтобы улыбнуться мне.

— Ваша Мама давно не приходила, у нее все хорошо?

— Да, я рада, что вы меня помните. Мне нужно задать Вам пару вопросов. Это очень важно.

Она снимает халат, просит ее подменить, и мы выходим в парк, что рядом. Когда Маринет идет, она немного хромает. Мы присаживаемся на лавочку, Зейдан и Лиам стоят недалеко от нас, они почему-то решили не давить на нее своим присутствием.

— Есть одна очень хорошая девочка, которая пропала на днях.

— Чем я могу тебе помочь?

— Кто-то пытался ее убить. Вы знакомы с семьей Вудсов?

— Не думала, что разговор зайдет о них, — она улыбается, и эта улыбка такая теплая и живая. — Когда-то я любила Девэина, но так сложилась судьба, что мы с ним не должны были быть вместе.

— Но у Вас ребенок от Мистера Вудса?

— Я запретила общаться им с Никой. Раньше получалось контролировать, сейчас, не знаю. Она девочка взрослая.

— И вы действительно жили в их доме?

— Ты задаешь мне слишком личные вопросы, Девочка, но я отвечу на них. Девэин забрал нас с Никой в поместье, но с моей подругой и его нынешней супругой мы не уживались. Она постоянно издевалась над детьми, а мужу говорила, что это Ника. Но мой ребенок не способен на такое. Все закончилось, мое терпение закончилось, когда обвинила нас в смерти ее детей, но знаешь что, — ее голос стал тише, и он наклонилась ближе к моему уху, — она сама их убила.