Чтение онлайн

Совсем по-другому действовало руководство компартии Югославии.

В начале мая 1941 года по инициативе Иосипа Броз Тито (хорвата по национальности. — Примеч. авт.) в Загребе было проведено совещание Коммунистической партии Югославии (КПЮ), в котором участвовали делегаты со всех концов страны. На совещании прежде всего было установлено, что партия сохранила свое организационное единство и, вопреки оккупации и разделу страны, продолжает свою деятельность как единственная всеюгославская патриотическая партия, что благодаря правильному поведению коммунистов в роковые апрельские дни 1941 года сильно возросло ее влияние и повысился авторитет, что рабочий класс во главе с КПЮ является единственной силой, которая в состоянии заботиться о судьбе Югославии и ее народов.

Безусловно глава коммунистов Югославии Иосип Броз Тито был харизматическим лидером, страстно желавшим стать полновластным руководителем новой страны. Без опоры на титульное сербское население победа в войне с оккупантами (среди которых было много хорватов) не могла быть полной. Поэтому при ведении партизанской войны КПЮ учитывала прежде всего чаяния сербского населения. Для того чтобы привлечь на свою сторону остальные народы Югославии, руководство компартии декларировало возможность образования национальных автономий по советской модели. Уже летом 1941 года компартия Югославии возглавила вооруженную борьбу против многонациональных оккупационных сил и благодаря своим успехам в течение двух лет войны стала получать международное признание, которое окончательно оформилось 24 мая 1944 года. В этот день по требованию премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля королевское правительство Югославии в эмиграции ушло в отставку, а новым премьер-министром эмигрантского правительства стал доктор Иван Шубашич. По инициативе Англии Шубашич в сопровождении посла Стивенсона направился на остров Вис (Ставка коммунистического правительства страны — Национального комитета Антифашистского Веча Народного Освобождения Югославии — АВНОЮ), где на переговорах между маршалом Тито и Шубашичем 16 июня 1944 года было достигнуто соглашение. В нем предусматривалось создание нового королевского правительства из полностью демократических элементов, не скомпрометировавших себя сотрудничеством с оккупантами. Главная задача этого правительства заключалась в организации за границей оказания материальной помощи НОАЮ и согласовании деятельности правительства Югославии за границей с нуждами национально-освободительной борьбы. На основании этого соглашения правительство Ивана Шубашича вскоре объявило в Лондоне декларацию, в которой отдало должное признание НОАЮ и осудило всех сотрудников оккупантов в Югославии. Национальный комитет (правительство коммунистов. — Примеч. авт.) в свою очередь принял ряд обязательств, в том числе — не ставить вопрос об окончательной форме государственного строя до освобождения страны, когда этот вопрос будет решен самим народом.

По приглашению командования союзных войск в Италии (там в Бари находилась основная авиабаза по снабжению сил НОАЮ. — Примеч. авт.), в августе 1944 года маршал Тито прибыл на Апеннины для согласования планов совместных военных операций. Там он встретился с Черчиллем, который добивался укрепления позиций короля и эмигрантского правительства. По инициативе маршала Тито переговоры были направлены на разрешение конкретных проблем, в результате чего была достигнута договоренность о проведении подготовки к созданию единого правительства, о запрещении возвращения короля Петра в страну до того, как народ примет окончательное решение о государственном строе, о помощи в вооружении НОАЮ тяжелым оружием (танками и артиллерией) и о включении кораблей королевского ВМФ в состав военно-морского флота НОАЮ. Во время ведения переговоров Черчилль подтвердил признание прав Югославии на Истрию, принадлежавшую в тот период Италии. Этот факт еще более укрепил возрастающую роль Национального комитета в жизни новой Югославии. Внутри самой страны коммунисты пользовались непререкаемым авторитетом и по советской модели строили Югославию как федерацию национальных республик. В 1944 году их стало шесть: Сербия, Хорватия, Словения, Черногория, Македония, а также Босния и Герцеговина (где проживали мусульмане и хорваты). В составе Сербии было две автономии: Воеводина с преимущественно венгерским и Косово — мусульманским албанским населением. Поэтому военные командования партизанских соединений были как центрального, так и «республиканского» подчинения.

В непосредственном распоряжении Верховного штаба находились следующие соединения: 1-й Пролетарский корпус (1, 5, 6,17-я и 21-я дивизии), 12-й корпус (11, 16-я и 26-я дивизии), располагавшиеся в Западной Сербии и Шумадии; 2-й корпус (3, 29-я и 37-я дивизии и Приморская оперативная группа) — в Герцеговине, Санджаке и Юго-Западной Сербии; 3-й корпус (27, 28-я и 38-я дивизии) — в Восточной и 5-й корпус (4, 10, 39-я и 59-я дивизии) — в Западной и Средней Боснии.

Под командованием Главного штаба Сербии находились 13-й корпус (22, 24, 46-я и 47-я дивизии), дислоцировавшийся в Южной Сербии; 14-й корпус (23, 25-я и 45-я дивизии) — в Восточной Сербии; 2-я Пролетарская дивизия — южнее Крушеваца и Оперативный штаб — в Косово и Метохии с группой бригад и отрядов в этой области и в Южной Сербии.

Под командованием Главного штаба Македонии — 41, 42, 48-я и 49-я дивизии — в Западной и 50-я дивизия — в Восточной Македонии.

Под командованием Главного штаба в Хорватии — 6-й корпус (12-я и 40-я дивизии) — в Славонии; 10-й корпус (32-я и 33-я дивизии) — в хорватском Загорье; 4-й корпус (7, 8-я и 34-я дивизии и Унская оперативная группа) — на Кордуне, в Бании и частью в Славонии; 11-й корпус (13, 35-я и 43-я дивизии) — в Лике, в Горски-Котар, на хорватском побережье и в Истрии; 8-й корпус (9, 19, 20-я и 26-я дивизии) — в Далмации и частью сил в Западной Боснии.

Под командованием Главного штаба Словении — 7-й корпус (5-я и 18-я дивизии) — южнее Любляны; 9-й корпус (30-я и 31-я дивизии) — в западной части Словении и на словенском побережье; 4-я Оперативная зона (14-я дивизия и партизанские отряды) — в северо-восточной части Словении.

Под командованием Главного штаба Воеводины — бригады и партизанские отряды — в Банате, Бачке, Среме и Баранье.

Под командованием штаба военно-морского флота НОАЮ — части военно-морского флота на Адриатическом море.

В боях по прорыву в Сербию, длившихся до начала сентября 1944 года, участвовали 3, 37-я и 1-я Пролетарская дивизии, а немного позже — 12-й корпус и 6-я Пролетарская дивизия Народно-освободительной армии Югославии. Ожесточенные бои проходили в долине рек Лим и Тара, на Камена Гора, в Синяевине, Дурмиторе и Пивска Планине.

После выхода Оперативной группы дивизий НОАЮ на Копаоник германское командование, ожидая прорыва в этот район новых югославских частей, предприняло 12 августа наступление против соединений Народно-освободительной армии в Санджаке и северо-восточной части Черногории с целью воспрепятствовать их прорыву в Сербию. В этой операции, названной «Рибецал», со стороны Германии участвовали 1-я горная дивизия вермахта, 7-я горная дивизия СС, несколько полковых групп из 181-й немецкой, 24-й болгарской и других дивизий, 2-й полк дивизии «Бранденбург» [141] , а также четники.

Чтобы удержать инициативу в своих руках и осуществить перенесение боевых действий в Сербию, Верховный штаб Народно-освободительной армии Югославии отдал распоряжение 1-му Пролетарскому и 12-му корпусам не вступать в тяжелые затяжные бои, а беречь силы для прорыва в благоприятный момент в Сербию. Пользуясь разрывами в боевых порядках противника, 1-й Пролетарский корпус под командованием генерал-подполковника Пеко Дапчевича (он же — командующий 1-й армейской группой НОАЮ) с боями стал продвигаться на северо-восток по направлению к Сербии. В это время 12-й корпус (командир — генерал-майор Данило Лекич) двинулся с Пивска Планины на юго-запад, в Герцеговину, чтобы обходным маневром через юго-восточную часть Боснии снова выйти на Дрину и перейти в Сербию.

После боев на Камена Гора и у Плевли 1-я Пролетарская дивизия (командир — полковник Васо Йованович) в ночь на 21 августа под прикрытием частей 3 7-й дивизии переправилась через реку Лим южнее Прибоя, разогнала четников и овладела Прибоем. В дальнейшем она разгромила четников на Златиборе и овладела населенным пунктом Чаетиной.

Продолжая наступление, дивизия Васо Йовановича выбила части 24-й болгарской оккупационной дивизии из Златибора, овладела Палисатом и открыла себе дорогу в Западную Сербию. После освобождения Златибора дивизия получила задачу, маневрируя в этом районе, ожидать подхода 6-й Пролетарской дивизии, которая, форсировав реки Тара и Лим, в начале сентября также вышла в район Златибора и установила связь с 1-й Пролетарской и 37-й дивизиями. В это же время и корпус Данило Лекича, продвигаясь из Герцеговины в Сербию, после двенадцатидневного напряженного марша вышел к реке Дрина севернее Вишеграда. Отразив атаку частей 7-й немецкой горной дивизии СС [142] , усташей и четников, корпус в ночь на 6 сентября переправился через Дрину и вышел к горе Тара, где соединился с частями 1-й Пролетарской дивизии. Днем раньше Верховный главнокомандующий приказал 11-й дивизии под командованием полковника Милоша Шилеговича из восточной части Боснии перейти в Сербию, в район горы Цер, и войти в состав 12-го корпуса.

Таким образом, в начале сентября в Сербию прорвались девять дивизий Народно-освободительной армии Югославии. Была осуществлена первая часть плана Верховного штаба о перенесении центра тяжести военных действий в Сербию. Эти соединения получили возможность быстрого выхода в Шумадию, чтобы совместно с пятью дивизиями, которые находились там под командованием Главного штаба Сербии, полностью осуществить план Верховного штаба по освобождению Сербии. Возможность быстрого прорыва Народно-освободительной армии Югославии и Красной армии через Сербию в район Белграда создала угрозу группе армий «Е» оказаться отрезанной в Греции, а затем и уничтоженной.

В это же время через территорию Болгарии в направлении Сербии в атмосфере всеобщего праздника двигались советские войска, и этому процессу есть свое объяснение.

Несмотря на этническую и религиозную родственность болгарского и сербского народов, отношения между Югославией и Болгарией были традиционно напряженными, а также отягощались территориальными спорами. В надежде увеличить размеры своей страны болгарское царское правительство стало союзником Германии. Болгарские войска несли оккупационную службу в Греции и Югославии и высвобождали тем самым немецкие дивизии против СССР и его союзников. В Югославской Македонии (данные на лето 1944 года) находилась 5-я болгарская армия со штабом в Скопье. Она включала в себя 14, 15-ю и 27-ю пехотные дивизии, а также 4-ю кавалерийскую бригаду, В юго-восточной Сербии был размещен 1-й (оккупационный) корпус в составе пяти резервных дивизий (22, 23, 24, 25-й и 27-й). Штаб корпуса находился в городе Ниш, а дивизии были разбросаны по разным районам для борьбы с партизанами. В 1943 году 23-ю дивизию перебросили в Северную Черногорию, а 24-ю — в Восточную Боснию, где они и находились до смены власти в Болгарии. В греческой Западной Македонии и провинции Аэген с февраля 1944 года находился 2-й болгарский корпус (7, 26-я и 28-я пехотные дивизии), так что греческо-болгарские отношения в случае восстановления греческого национального правительства были бы отнюдь не радужными.