Чтение онлайн

Волосы Санни были безжалостно смяты моими руками, спадая массой беспорядочных волн по ее спине. Свободный ворот футболки свисал с ее плеча, бретелька бюстгальтера была оттянута моими нетерпеливыми руками.

Я любил ее нежную кожу. Ее вкус. Любил прикасаться к ней. Я хотел почувствовать все это. Я хотел ее.

Санни прикусила губу, а затем кивнула. Я снова притянул ее к своим губам.

Через несколько секунд мы превратились в сплетение пальцев и губ. Ее язык был сладким и мягким.

Звук расстегиваемой молнии показался оглушающим в машине, когда металлические зубцы разошлись. Пальцы Санни нащупали пуговицу, а затем она обернула руку вокруг моего члена. Я застонал от этого ощущения. Это так отличалось от моей собственной руки. Мягче, не так решительно.

Лучше.

Она начала гладить меня. Нежно.

– Сильнее, Санни.
– Я обхватил ее ладонь своей.
– Вот так, - прошептал я, и мой член дернулся, когда она начала работать со мной.
– Да. Вот так.

Наши губы снова слились воедино. Я храбро провел рукой по ноге Санни, скользнул между бедер и нашел сладкий секрет, который они прятали. Погрузив палец в трусики, обнаружил ее гладкую и готовую.

– Черт, детка, ты такая мягкая. Такая мокрая.

– Всегда для тебя, - простонала она.

От ее слов я стал еще тверже. Ее рука вокруг моего члена сводила меня с ума. Я хотел большего.

Всю ее.

Но сейчас был согласен и на это. Я знал, что мы оба девственники. Узнаем друг друга впервые. Я хотел, чтобы Санни было хорошо.

Ее обернутая вокруг моего члена рука гарантировала, что это будет хорошо для меня.

Машина наполнилась тихими вздохами и стонами. Окна начали запотевать. Я гладил и дразнил, находя клитор и перекатывая его, слушая реакции Санни и пытаясь ответить на них. Погрузив один палец в нее, продолжил играть с ее клитором. Санни ахнула и погладила меня быстрее, покачиваясь на моей руке. Мы неистово целовались, наши языки сражались друг с другом. Санни начала двигаться быстрее, крепче сжав меня. Мои яйца напряглись, и я опустил голову на ее плечо.

– Долго это не продлится, - выдавил я из себя.

Санни внезапно охнула, выгибаясь надо мной, ее тело напряглось. Клянусь, что видел чертовы звезды, когда собственный оргазм пронзил меня, и я кончил на ее руку, толкаясь сильнее.

Санни рухнула на меня сверху, и я, полностью опустошенный, обнял ее, крепко прижимая к себе.

– Срань господня, - выдохнул я.

– Язык. – Санни хлопнула меня по груди.

Я откинул с ее лица тяжелые волосы.

– Я такого не ожидал.

Санни подняла голову, встретившись со мной взглядом.

– Я тоже, но это было правильно.
– Она усмехнулась.
– На самом деле, это было охренительно.

Я расхохотался над ее ругательством. Она редко выражалась, но если делала это, то как-то мягко - черт или проклятье. Слышать, что она так выражается, было сексуально. На самом деле я снова стал твердым. Полуобнаженное тело Санни на мне помогло в этом.

Она взглянула на меня, выгнув бровь.

– А чего ты ожидала? – Я пожал плечами. – Мне семнадцать, а ты только что одарила меня лучшим оргазмом в моей жизни. Конечно, я хочу большего.

– Больше, чем моя рука?

– Я знаю, что мы к этому не готовы. Но я возьму все, что ты захочешь мне дать.

Санни улыбнулась, лаская пальцем мой подбородок.

– Ты только подумай, Линк. У нас впереди все лето. Целое лето только для нас.

Я сильнее сжал ее в объятиях и крепко поцеловал.

– Да. Наше лето. 

Линк

Уперевшись ногой в нижнюю ступеньку крыльца, я потянул на себя сгнивший пень. Наконец, он поддался, и я со стоном упал обратно в грязь. Стряхнув с одежды остатки корней и куски дерева, я встал пыльный, разгоряченный и такой счастливый, каким не чувствовал себя уже целую вечность. Сняв футболку, я вытер лицо.

Кто-то прочистил горло, и я посмотрел вверх. Джерри Браун стоял, скрестив руки на груди, и изучал меня. Я приехал в лагерь три дня назад и уже работал как проклятый. Это не было «тепленькое местечко» помощника. Это была делай-что-должно-быть-сделано работа, и, хотя я был уверен, что мой отец думал, что наказывает меня, мне это нравилось.

Джерри подошел ко мне, протягивая бутылку воды. Я принял ее и осушил в несколько больших глотков, затем откинул со лба мокрые от пота волосы.

Босс молча протянул мне коричневый пакет, я заглянул внутрь и увидел толстый бутерброд и яблоко. Сев на ступеньку, я с благодарностью принялся за еду. Джерри расположился рядом со мной, поставив на ступеньку еще одну бутылку воды.

– Пей побольше.

Я кивнул, набивая рот ветчиной. Его жена была превосходным поваром, и я собирался наслаждаться едой этим летом. Если вся моя работа будет такой, я быстро сожгу все калории, что получу, и мой отец никогда об этом не узнает.

– Я почти закончил здесь, а потом заменю эти сгнившие доски.
– Скомкав вощеную бумагу, я вытащил яблоко и откусил огромный кусок.

Джерри повернулся ко мне лицом.

– Я должен извиниться перед тобой, малыш.

Я проглотил кусочек, прежде чем спросить.

– Извиниться, сэр?

Он хрипло рассмеялся, качая головой. Затем откинул назад бейсболку и вздохнул.

– Последние пару лет лагерь боролся за выживание. Когда твой отец предложил спонсировать его и дать нам немного денег, я заподозрил неладное.
– Он искоса взглянул на меня.
– Я знаю, что он хочет эту землю.

Я не отрицал этого. Мой отец приказал мне держать ухо востро и «найти слабые места» в лагере.

– Я хочу выяснить, что ему нужно, что делает его уязвимым, и сделать ему предложение, от которого он не сможет отказаться, - проинструктировал Франклин.
– Найди это и расскажи мне.

Слова отца меня не удивили. Он ничего не делал из великодушия, так что я знал, что у него есть скрытый план по поводу моего нахождения здесь. Помимо разделения нас с Санни.

Я пожал плечами.

– Я не собираюсь помогать ему в достижении этой цели, сэр.

Он толкнул меня в плечо.

– Кончай с этим «сэровским» дерьмом. Просто Джерри.

Я улыбнулся, доедая свое яблоко.

– Ладно, Джерри.
– Я прислонился спиной к ступеньке, и он повторил мои действия.

– Я думал, ты будешь ленивым, богатым маленьким сосунком. Паршивцем, с которым мне придется нянчиться, который проведет лето, лежа возле бассейна и задирая своих сверстников.

– Я тебя не виню, - засмеялся я.

– Но ты другой, малыш. Ты же работяга. – Он тоже рассмеялся.
– В списке, который я тебе дал, было то, что я не мог или не хотел делать сам. Тяжелое, грязное дерьмо, которое, честно говоря, должно было занять у тебя неделю, если не больше. Ты выполнил все за три дня и ни разу не пожаловался.

Я огляделся вокруг.

– А на что жаловаться? Я работаю на улице, твоя жена потрясающе готовит, и я могу есть все, что захочу. Я могу плавать в озере или в бассейне и ложиться спать, когда захочу.
– Я не мог не поддразнить его.
– Хотя кровать была бы более желанной, чем раскладушка в офисе.