Чтение онлайн

Надо было срочно собраться с мыслями, и Даниэль взял чек-лист в руки:

– Пройдемся по пунктам.

Надо было срочно приводить свои мысли в порядок и браться за работу. Выкинуть из головы мысли об Оливии и ее странное молчание:

– Оливия стала больше молчать, у нее все в порядке?
– Нет, она не давала покоя.

– Я мало с ней общался, - произнес Марк, - и я с ней не ругаюсь каждый раз, когда ее вижу.

Даниэль кивнул, смотря в чек-лист и произнося вопросы по предполетной подготовке.

Оливия начала работать после того, как Келси вручила ей в руки стопку одеял, замотанных в целлофановую оболочку. Она раскладывала каждое одеяло, бережно поправляя подушки, уже лежащие на креслах. И хотя все салоны самолетов авиакомпании были выше всяких похвал, сегодня этих похвал должно быть больше. Так же, как и ее улыбок.

Кондиционер заработал, и девушка вдохнула чистый воздух, вновь вспомнив Даниэля.

– Встречаем пассажиров!
– Крикнула Келси, и Оливия заметила, как все улыбаясь направились к своим выходам. Натянув улыбку, девушка встала рядом с Ниной и Келси в ожидании их первого гостя страшного и злого экзаменатора.

– Может ему поставить подножку?
– сквозь улыбку прошептала Нина, чем вызвала взрыв смеха у Оливии. Но недовольный взгляд старшей стюардессы прекратил это веселье.

– Он идет, - произнесла она и взгляд Оливии устремился вперед.

Экзаменатор - мужчина лет пятидесяти, коренной житель арабской страны, одетый в форму пилота с четырьмя золотыми шевронами на рукавах, шел быстрой уверенной походкой, держа в руках кейс.

– Он капитан?
– Прошептала Оливия, - я думала он обычный смертный.

– Ты что!
– Произнесла Келси, натягивая улыбку еще шире, - экзамены у капитана, может принимать только капитан. И не просто капитан, а самый умелый в своей деятельности. Улыбаемся шире.

Улыбка Оливии машинально от этих слов стала шире, но она начала испытывать волнение. Теперь не за себя, теперь за Даниэля. Лицо Карима Джабраила, как и предупредил Марк, было угрюмое. Его черные густые брови были соединены в одну большую толстую линию. Они срослись на переносице, видимо от постоянного недовольствия. А густая черная борода воистину завершала его жестокий вид. Все, как и описал Марк.

– Добро пожаловать на борт, сэр.
– Громко и внятно произнесла Келси, но он даже не улыбнулся на ее приветствие. Этот человек был напрочь лишен приличных манер.
– Я провожу вас до кокпита.

– Не стоит, - он шагнул на борт самолета, - я прекрасно знаю дорогу.

Оливии захотелось закричать от ужаса, услышав слова этого человека и преградить дорогу до кабины пилотов. Она еле сдержала себя, стиснув зубы и сжав руки в кулаки. Теперь ее не пугала турбулентность, теперь она реально волновалась за своего капитана. Бедный Даниэль, первый день после долгой паузы в работе, вынужден будет терпеть этого человека больше семи часов лета. В одном маленьком помещении. При закрытых дверях. Этот монстр будет мучить его, высасывая последние нервные клетки.

– Что получит Даниэль, сдав сегодняшний экзамен? Надеюсь это будет Нобелевская премия и не меньше, - прошептала Оливия.

– Если сдаст, то останется капитаном, - ответила Келси.

– Всего-то?
– Буркнула она, думая, что он если не сдаст, то останется тем же Даниэлем при любом раскладе. Ее отец был капитаном и как ему это в жизни помогло? Никак. Лишь только на надгробной плите теперь написано это слово.

Даниэль стойко и уверенно вел себя в присутствии Карима. Марк даже позавидовал ему, ощущая легкую дрожь в руках, он исполнял все, что говорил капитан, пытаясь не обращать внимание на человека, сидевшего сзади них. Карим молчал, но его орлиные зоркие глаза пристально наблюдали за всеми действиями пилотов. Он что-то отмечал в бумагах, которые лежали у него на коленях. Но все стало страшнее, когда вопросы посыпались из него, как зерно. Марк устал считать, сколько он задал вопросов. И хоть все они касались работы, он чувствовал себя, как в школе возле доски.

Даниэль отвечал уверенно и четко, иногда с улыбкой, иногда нахмурив брови, пытаясь углубиться в теорию. Но он отвечал и Марка это очень радовало. И хотя самолет еще даже не взлетел, казалось, Даниэль уже ответил на все.

Оливия прошлась по салону, помогая людям затолкать их вещи в багажник. Она улыбалась, произнося приветливые слова, получая довольные ответные улыбки. Самолет тронулся и долгожданный голос капитана обволок своим шелком:

– Уважаемые, Леди и Джентльмены, говорит капитан Даниэль Фернандес Торрес, мы рады приветствовать вас на нашем борту авиакомпании Arabia Airline по маршруту Дубай - Сингапур. Время в полете займет семь часов пятнадцать минут. Полет пройдет на высоте тридцать девять тысяч футов. В течении полета ожидаются несколько зон турбулентности, рекомендую вас не расстегивать ремни безопасности во время всего полета. Желаю вам хорошего полета, спасибо, что выбрали нашу авиакомпанию. Экипажу приготовиться к взлету.

Оливия стояла между креслами, зачарованно слушая этот голос, чувствуя трепет внутри своей груди. Как давно она не слышала его по громкой связи обращенный к пассажирам.

Сейчас голос просто затуманил ее мысли. Где-то вдалеке ее сознания звучали восторженные аплодисменты. Это бортпроводники торжественно встречали голос своего капитана. Жаль он не слышит, ему было бы приятно знать, что он такой один. Ему нет равных. И нет замены.

Время летело со скоростью самолета, не было и минуты на отдых. Разнося еду по салону, Оливия ощущала волнение и нервозность, пряча их за улыбкой. Улыбка- искусственная маска. Улыбка- первое требование авиакомпании. Улыбка- это прежде всего спокойствие пассажиров. Улыбка- это престижность и большой профессионализм. Сегодня она давалась ей с трудом. Ощущение постоянного тремора самолета и, видя негаснущий знак пристегнутых ремней на панелях в салоне, заставляли ее улыбаться еще шире. Время приближало ее разносить еду пилотам и грозному Кариму. Это заставляло пальцы дрожать. Она переживала за все, мыслей было так много, что, утопая в них, она едва слышала просьбы пассажиров.

Еще три месяца назад она бы порадовалась за участь Даниэля в таком сложном экзамене. Сейчас все стало по-другому. Сейчас она сочувствовала ему, переживала вместе с ним, чувствовала, как тяжело ему управлять самолетом в постоянной турбулентности под наблюдением такого угрюмого человека.

Табло погасло, и Оливия облегченно выдохнула, молясь, что бы оно не включилось до конца полета. Одной проблемой стало меньше, но возникала другая:

– Оливия, время кормить экипаж, - напомнила ей Келси.

Но девушка не забывала об этом ни на минуту и лишь кивнув, она увидела сочувственный взгляд старшей стюардессы:

– Улыбайся и молчи.

– Потом расскажешь, как обстоят дела в кокпите, - произнесла Нина, - может уже надо отправлять пилотам спасательную группу на помощь.

Нервный смешок слетел с губ Оливии. Теперь она начала переживать за себя:

– Я просто поставлю еду на их столики и молча уйду, - успокаивала она сама себя, направляясь на кухню.

Взяв три подноса из рук Джуана, девушка уставилась на еду, понимая, что в голове у нее зарождалась отличная идея по временному устранению нежелаемого объекта из кабины пилотов.