Наслаждение смертью
Шрифт:
– Боже мой, боже мой! – застонала Катька, раскачиваясь на корточках из стороны в сторону. – Я не могу больше, я домой хочу, пусть лучше сразу убьют!
– Молчи, чего ты несешь! – в отчаяньи проговорила Алина, испугавшись, что с Катькой сейчас начнется истерика.
И тут глаза Алины стали совершенно огромными – она поняла, что истерика с Катькой – это просто детский лепет по сравнению с тем, что произойдет сейчас: один из глыбовских парней, подбежав к одной из своих машин, выхватил оттуда гранату…
Катька тоже увидела это, но, как это ни странно, остатков рассудка не лишилась, а закричала:
– Девки, в кусты, скорее! – и, подлетев с земли, опрометью бросилась к лесу.
Следом за ней кинулись и Алина с Сашкой. Едва добежав до кустов, они, не сговариваясь рухнули на землю.
– Уши зажмите! – крикнула Сашка.
– А-а-а! – застонала вдруг Катька.
– Ты чего? – повернулась к ней Алина.
И в этот момент раздался взрыв.
Девчонки лежали, прижавшись к земле и боясь на миллиметр оторвать от нее головы. Наконец Алина осторожно приподнялась. Сквозь кусты она увидела полыхающий на поляне огромный костер. Мелькали какие-то фигуры, кто остался в живых, кто нет, разобрать было невозможно.
Сашка тоже открыла глаза и посмотрела на поляну. В эту минуту девчонки увидели, как взорвалась машина, за которой они прятались всего пару минут назад…
Катька лежала, закрыв руками голову, и плечи ее вздрагивали.
Тут со стороны дороги раздался какой-то вой. Девчонки даже не сразу сообразили, что это такое. Постепенно до них дошло, что это вой сирен…
Девчонки увидели пожарную и милицейские машины, из которых высыпали люди в форме.
Алина с Сашкой смотрели друг на друга не в силах что-либо сказать. Тут подняла голову Катька.
– Катя… – дрогнувшим голосом произнесла Алина. – Катюша, вставай. Все кончилось.
Катька некоторое время молчала, потом потихоньку начала всхлипывать. Алина крепилась из последних сил, но не выдержала: сползая вниз, она ухватилась за Катькину руку и зарыдала. Тут же рядом опустилась и Сашка. Девчонки, размазывая слезы и сопли по лицу, обнимались и говорили все трое одновременно. Каждая пыталась успокоить остальных, но никто не слушал друг друга. Потом они замолчали и просто сидели обнявшись, пытаясь осознать, что все страхи, которые им пришлось испытать, остались позади…
– А это еще кто? – послышался сзади удивленный голос, вернувший девчонок к действительности.
Все разом обернулись и увидели мужчину лет сорока в милицейской форме с погонами майора.
– В машину давайте, – скомандовал он.
– Мы вам сейчас все объясним, – заговорила Алина.
– На месте объясните, – буркнул мужчина. – Пошли!
Сашка с Алиной поднялись с земли. Катька ойкнула и осталась сидеть.
– Что такое? – спросила Сашка.
– Я, кажется, ногу сломала… – прохныкала Катька.
– Тьфу, твою мать! – выругался майор и крикнул:
– Эй, Смотров! Врача со «скорой» позови! У девки тут с ногой что-то…
– Утро-о-о… туманное-е-е… – прорвался в Алинины уши громкий голос, и она открыла глаза.
Открыла и не поняла сперва, где находится. Повертев головой, она увидела, что полулежит в какой-то незнакомой казенной комнате.
Рядом сидела Катька, возле нее притулилась Сашка. Чуть поодаль расположились две девушки, в которых Алина узнала подружек бандитов, что отдыхали на поляне. И тут же все события последнего времени всплыли в ее памяти.
Она вспомнила и то, как они ездили выручать Сашку, и то, как убегали от бандитов, и приезд милиции…
И следом поняла, где находится – в КПЗ. И с ужасом осознала, что романс, оказывается, исполняет не кто иная, как Катька.
Удивленно уставившись на подружку, которая, надрываясь, выводила мелодию, закрыв глаза и старательно раскрывая рот, она толкнула подружку в бок.
– Эй, мать! Ты чего это?
– А я в знак проте-еста! – не выбиваясь из ритма, пропела Катька.
– Пусть ее, – устало проговорила Сашка. – Она с утра надрывается.
– А я что же, спала, что ли, все это время?
– Ну да. Как нас кинули здесь, ты и вырубилась сразу. Я, кстати, тоже поспала.
– А я нет! – заявила Катька, – я в таком месте ни за что не усну.
– Катя, а как твоя нога? – спросила Алина, увидев забинтованную Катькину лодыжку.
– Нога? Нормально все, просто ушибла, оказывается. Меня волнует, сколько нас еще будут здесь держать! И документы отобрали!
Катька вскочила с месте и, подлетев к металлической двери, забарабанила в нее кулаком.
– Куда ты! – дернулась к ней Алина.
– Оставь! – отмахнулась Катька и заорала:
– Свободу честным труженикам России! Свободу голодающим Африки! Даешь семичасовой рабочий день!
– Господи, что она несет?! – простонала Алина.
Сашка только улыбнулась, пожав плечами.
– Сме-ело това-а-арищи в но-гу! – с надрывом завела вдруг Катька, и Алина, в ужасе зажав уши, села на пол.
Две девчонки так и сидели в углу, глядя на происходящее круглыми глазами.
В коридоре послышались голоса, а также звяканье ключей. Один голос явно был очень недовольным.
– Сме-ло мы в бой пойдем… – завопила что было сил Катька, вдавливаясь в дверь.
Она с лязгом распахнулась, и раскрасневшаяся Катька вылетела вперед, попав в объятия прямо своего папаши.
Он крепко схватил дочь за плечи и поддержал ее. Катька, раскрывшая рот, чтобы выкрикнуть очередную пургу, осеклась на полуслове и пролепетала изменившимся тоненьким голоском:
– Папа?
– Как видишь, – сухо ответил Майоров.
– Папа, ты за мной? – обрадовалась Катька, повиснув на шее у отца.
За спиной Александра Николаевича Майорова мялся милиционер в капитанской форме.
– Папочка… – хитрая Катька, прекрасно умеющая маневрировать отцом, тут же сменила тактику.
Обняв его за шею, она всхлипнула и, захлебываясь слезами, начала причитать:
– Папочка, миленький, как хорошо, что ты приехал! Я знала, что ты обязательно меня найдешь! Папа, ой, папа, знаешь, как мне тут было плохо! А до этого? Ой, ужас, ты даже не представляешь, что с нами случилось! Я еле жива осталась! – в качестве доказательства Катька высунула вперед свою забинтованную ногу.