Чтение онлайн

Я успеваю дотянуться до воина, перерезать ему глотку, развернуться и перерезать ещё одну. Отлично, на пару заклинаний хватит.

Взываю к Толмунду, и кто-то случайный во вражеском строю падает от милости.

Увы, Омен мне уже не отзывается — резерв пуст. Данужский лес и без того полыхает, будто бог войны и огня сошёл стихией в самое пекло сражения. Тучи стрел, камни и осколки, мерцание боевой магии, свист клинков, рык зверей и стоны, оторванные конечности и чёрная кровь, напитывающая землю.

И где-то там, в этой бойне — лин де Блайт. Ему нужна помощь.

— Восточный фланг заняли! — подоспел Торнел. Вернулся из разведки, куда я отправил его четверть часа назад. — Нужно перебираться туда, здесь таххарийцы… Слишком много, не выстоять… Тиали пусты, стязатели бесполезны без магии Толмунда. Экзарх Арган, послушайте…

— Где его милость лин де Блайт? — Я напрягаю зрение, высматривая чёрный доспех.

— Там, — приходит короткий ответ. — С солдатами.

На перерытой воронками поляне все доспехи чёрные: серые мундиры пропитались кровью. Две живые волны людей сходятся в схватке, рыча и воя, потрясая оружием и готовясь умереть. Оттуда невозможно выбраться живым.

Ругательство срывается с сухих губ. Это не первая битва, в которой я участвую с Блайтом, но первый раз он так отчаянно ищет смерти. Чтоб его!..

— Уводи стязателей назад, к катапультам, — отдаю короткий приказ. — Пусть найдут жертв среди раненых и возвращаются.

Отталкиваю ногой таххарийца, пытающегося подняться, пинаю в живот. Рукоять сабли скользит от липкой крови, на плече кровоточит глубокий порез.

Нужно найти Блайта. Лин де Блайта, будь проклята его сиятельная задница!

Варвар прыгает откуда-то сверху, два острых хопеша распарывают воздух там, где мгновение назад стоял я. Тихий шелест сабли, отточенный взмах лезвием снизу вверх — и нападающий пытается запихнуть свои кишки внутрь. Не выходит. Воин падает на горячую землю почти беззвучно.

Ему на смену приходят двое и атакуют одновременно. Я бы сказал, что это новые жертвы для кровавого бога, но они не дают к себе подобраться. Или я слишком устал, чтобы это стало возможным. Тело почти не слушается. Нужна жертва.

Полыхнуло злым пламенем, и горящая земля тут же взмыла в воздух, разбрасывая тяжёлые, плавящиеся от магии Омена камни и тела таххарийцев — сзади подоспели боевые маги. Часть из них всё ещё в тылу — трудится над катапультами по приказу какого-то выскочки из Кроуницкой академии. Его милость лин де Блайт притащил его накануне. Знать бы, где теперь сам консул. Жив ли?

Успеваю перевести дыхание и отступить за дерево. По коже текут горячие ручейки. Сплёвываю солёную слюну, вытираю рукавом губы. В глазах двоится. Плохо.

Когда возвращается ясность мысли, слышу крики и взрывы, рёв огня, оглушительный треск, с которым падают выкорчеванные стволы деревьев, проламывая черепа. Свои, чужие — без разбора. Несколько раз землю тряхнуло — так бывает, когда несколько магов Ревда действуют сообща. Топот, лязг оружия, и — слава Семерым! — отрывистый голос лин де Блайта: «Не прыгать вниз! Не спускаться в воронки! Назад, за укрепления!»

Земля вспучивается, поднятая зелёной магией, встаёт стеной, отгораживая солдат Квертинда от противника. Тут же падает бурой занавесью, но пары секунд хватает для отступления.

Я ложусь на землю, прикрываюсь чужим щитом. Кажется, таххарийским.

— Назад! — консул орёт, как сумасшедший. — Назад, назад!

Блайт хрипит, как загнанный конь, но отсюда не понять, ранен ли он. Рука с клинком то и дело взмывает в воздух, пронзает тела варваров, что бесконечным потоком пытаются подобраться к нему сквозь поваленные деревья, перерытую выжженную землю и трупы. Вокруг консула их уже горы, настоящее царство Толмунда.

Кирмос почти не глядя кидает кинжал во врага и улыбается точному попаданию. Как от наслаждения. Он всё ещё в битве.

— Ваша милос… — пытаюсь крикнуть я, но голоса нет, поэтому тихо сиплю: — Нужно уходить.

Он не слышит. Ему некогда. Вот косматый воин свалился с размозжённым черепом. Ещё один упал с разрезанным горлом. Секунда — и кинжал из перевязи проткнул лучника, что подобрался слишком близко. Ещё мгновение — и огромный шар огня разбивает целый отряд варваров. Раскаленный воздух обжигает глаза, гортань, нос. Но он словно и не чувствует. Блайт не человек. Настоящий смертоносный вихрь посреди человеческого моря. Видят боги, он совершенно безумен. Таххарийцы уже опасаются подходить к консулу и неспроста: в своей буйной ярости он кажется бессмертным.

Это вселяет победную уверенность. Консул лин де Блайт жив, а значит, битва не проиграна. Он может выиграть её в одиночку.

— Вставай, щ-щенок! — рявкает Кирмос, вытаскивая из-под тяжёлого ствола какого-то парнишку. — Пошёл, ну!

Парень поднимается, подгоняемый ужасом, но тут же падает. Я сразу определяю: псёнок. Так мы называли тех, кто только прибыл в Пенту на обучение.

Что с псёнком стало, не знаю, потому что вдруг понимаю: в одиночку ни одна битва не выигрывается. Теперь Кирмос почти один, а значит, идеальная мишень. Три стрелы мелькают в воздухе и вгрызаются в тело Блайта, отбрасывая его назад. Самая последняя пронзает плечо, лишая Кирмоса ведущей руки.

Он качается, ещё и ещё, взывает к Толмунду, но тот ему не отвечает. Паршиво. Пекло и бездна, он погибнет!

Откидываю щит и ломлюсь сквозь гарь и битву к лучнику. Я знаю, откуда стреляли. Видел. Но вычислить стрелка не удаётся и я просто двигаюсь в том направлении, натянув маску стязателя на нос. На ходу поливаю её водой из фляги, чтобы не задохнуться в дыму.

Десять шагов, двадцать. Ноги слушаются плохо, но я надеюсь найти жертву и воззвать к Толмунду. Поднимаю за волосы какого-то таххарийца, но он мёртв. Не подходит. Следующий — тоже. Рычу. Мимо проносится стрела.

— Арган, нет! — кричит Блайт мне вслед. — Твою мать, Грэхам, вернись!

По звону клинков понимаю, что ему пришли на помощь солдаты. Но, если я сейчас развернусь, меня расстреляют в спину. Нужно идти вперёд. Во имя Квертинда! Во имя Кирмоса лин де Блайта!

Уворачиваюсь от прицельно летящих жал и вижу его — стрелка. Лезвие обрушивается на лучника в тот миг, когда он только успевает сообразить, что его цель — вот она, рядом. Варвар падает, и сзади снова звучит приказ Блайта об отступлении. Но реагировать на него некогда: налетает что-то чёрное, быстрое, почти молниеносное.