Чтение онлайн

мешает ему наследовать королевство после смерти брата. Видимо, статус фения был

весьма удобен для тех, кто в силу обстоятельств рождения не имел права наследовать

земельную недвижимость, скот и трон иными словами — для младших братьев.

Описанный выше раздел страны между двумя братьями разительно напоминает раздел

Ирландии между сыновьями Миля и Племенами богини Дану, согласно которому

последние получили в свое владение подземную, или скрытую, часть страны. В цикле

повестей о фиане говорится, в частности, и о том, что св. Патрик сослал Племена

богини Лану «на вершины холмов и скал». В этом пункте и сами фении оказываются как

бы примыкающими к Туата, сидам и фоморам, поскольку их жилища обычно

располагаются в районах, внешних по отношению к обжитому пространству. Поэтому

сам институт фианы также изображается как относящийся к минувшим дням, к

дохристианскому прошлому Ирландии, а само название их воинства ассоциируется с

названием воинства фоморов (sithchuire). О фениях говорится, что матерями их были

женщины из Племен богини Дану, и противники их подобным же образом оказываются

обитателями сидов. В одной повести, датируемой VIII в, Финн выслеживает вора,

регулярно кравшего у фениев пищу. Он преследует его и видит, как тот скрывается в сиде.

Финн пытается удержать его, наносит смертельный удар, но двери захлопываются,

прищемив Финну большой палец. Вытащив палец из щели, он сует его в рот, чтобы

облегчить боль, и в эту минуту понимает, что имя вора — Кулдуб («черноволосый»).

Чудесное озарение, которое нисходит на Финна в результате жевания или сосания пальца,

описано и в других повестях этого цикла. В некоторых других ранних текстах, как

показано Т. О'Рахилли и Дж. Мерфи, имя или жизненные обстоятельства противника

Финна позволяют предположить в нем сверхъестественного «сжигателя». Достаточно

упомянуть Фотада, который имел также имена «Единый бог», «Сильный бог»,

«Чудесный бог», «Красный» (Дерг) и прыгал через горящий очаг, и Айлена Мак Мидну,

который, изрыгая изо рта огонь, на каждый Самайн поджигал Тару Айлен, подобно

Кулдубу, был убит в тот момент, когда входил в сид. Известно также, что Финн изгнал

из сида Алму своего деда по матери, Тадга сына Нуаду, на котором лежала часть вины за

убийство отца Финна Голлом сыном Морны (Goll — «одноглазый»), этот Голл тоже был

одним из предводителей фианы и имел прозвище Аэд ( aed — «огонь»). В повестях,

записанных уже в наше время, Балор, дед Луга по матери, тоже замешан в убийстве его

отца и тоже угрожает сжечь всю Ирландию своим дурным глазом. Таким образом, во

всех трех циклах мы сталкиваемся с темой битвы героя с противником, чей

«разрушающий» глаз намекает на его родство с фоморами, представляющими силы хаоса.

В сагах уладского цикла эта тема появляется в рассказе об убийстве Голла и Гарба.

С одной стороны, тот факт, что все герои саг Лейнстерского цикла были воинами,

сближает их с повестями Уладского цикла, но, с другой стороны, близкие отношения

фениев с обитателями сидов, а также фигура самого Финна, поэта и пророка, делает

сказания похожими скорее на мифологические повести. Имя Финна, кроме того,

соотносится с именем валлийского Гвина ап Нуда, который был одновременно воином и

охотником, а также королем Аннувна, Иного мира, т. е. властелином страны чудес. Но

воинский дух Финна и его воинов выражен гораздо слабее, чем у уладских воинов, и

волшебной силой Финн тоже уступает мифологическим персонажам. Что же касается

охоты как основного занятия фениев и их любви к лесной жизни в целом, то все это

находит свои параллели в излюбленных развлечениях деревенской молодежи Ирландии и

в наше время. Мы имеем здесь в виду прежде всего пешую охоту с собаками, требующую

изрядного умения быстро бегать по лесу.

Существуют свидетельства, что уже в XI в рассказы о фиане составляли неотъемлемую

часть устной фольклорной прозаической традиции, в Шотландии же и в Ирландии они

были распространены в крестьянской среде вплоть до наших дней. С другой стороны, до

нас дошли упоминания о том, что еще в VIII в. или даже ранее эти повести исполнялись

при дворах ирландской знати. Однако, как можно предположить, фольклорные и

«аристократические» варианты этих повестей весьма разнились, к тому же кажется

весьма проблематичным, чтобы эти рассказы могли входить в репертуар филидов,

поэтов-профессионалов. Из относящегося к XII в. и насчитывающего около двухсот

названий списка саг, которые должен был знать филид, только пять относятся к Циклу

Финна. И опять таки если, как принято считать, основной текст саги «Похищение быкаиз

Куальнге» базируется на письменной версии IX в, а возникновение сюжета в его

законченной форме принято датировать примерно концом VII в., то самые ранние тексты

из Цикла Финна появились, видимо, не ранее конца XII в. В данном случае мы имеем в

виду в первую очередь сагу «Разговор стариков» ( Acallam na Senorach), длинный путаный

прозаический нарратив, в ходе которого Кайльте рассказывает св. Патрику и другим о

приключениях Финна и его воинов, о войне, об охоте, о чудесных холмах, о лесах и

озерах, которые они встречают, странствуя по Ирландии. Но начиная с XII в тоненький

ручеек повестей о фиане превращается в поистине могучий поток. Следует упомянуть о

том, что одновременно цикл повестей об уладских воинах прекращает свое развитие и,

как нам кажется, очень немногие из этих саг вошли в традиционный репертуар устных