Чтение онлайн

— тогда я лягу с тобой". Они требуют за себя чудесного или трудного приданого,

например, матрас, набитый струнами для арфы, пригоршню блох, или беломордого

черного как смоль козленка, да еще с уздечкой из червонного золота, или девять

тростинок с зелеными кончиками, или мешок обрезков ногтей, или воронье гнездо,

полное яиц крапивника».

В традиционных свадебных обрядах, однако, препятствия на пути жениха были куда

более скромными, а невыполнимые задачи в силу самой своей природы выполнялись

фигурально — как отгадывание загадок. В некоторых районах Уэльса, например, друзей

жениха не пускали в дом невесты, и в результате разгорался поэтический поединок между

двумя «враждующими партиями». Такие состязания «на пороге» были присущи и

некоторым сезонным обрядам, причем загадки иногда принимали стихотворную форму.

Отгадывание загадок вплоть до недавнего времени входило составным элементом в

свадебные ритуалы отдельных областей России и Средней Азии, и иногда загадки

содержали намек на просьбу об исполнении чего-то принципиально невыполнимого. Так,

в одной из деревень Ярославской губернии «продавец невесты» приглашал шафера

«торговать» ее, причем плата была либо в золоте, либо в загадках. Выбор всегда падал на

загадки, и «продавец» на них не скупился. Например, он говорил «Дай мне за нее море,

полное до краев, с серебряным дном». Шафер тут жеподносил ему чашу, полную пива,

на дне которой лежала серебряная монета. Или «Отгадай, что это – само твердое, а нутро

мягкое». Шафер давал ему свечу. «Покажи мне то, чего нет у хозяина этого дома», — и

шафер выводил вперед жениха, ведь у хозяина дома еще не было зятя.

Невыполнимые задачи предназначены сохранить границу между обитателями двух миров,

и эта их функция четко просматривается в индийском ритуале. Во время похорон

женщины, умершей родами, ее близкие, чтобы обезопасить себя от ее недоброго

призрака, разбрасывают на дороге горчичное семя – считается, что призрак может

вернуться с места кремации, только если соберет все разбросанные семена. В других

областях на дороге вместо горчичного семени оставляют растрепанную хлопковую вату,

которую призрак должен собрать за одну ночь — точь-вточь как в преданиях. Эта задача

считается невыполнимой, поэтому возвращения призрака можно не опасаться. Собирание

льняного семени — один из излюбленных мотивов кельтских повестей, и, по-видимому,

это связано и с традиционными гаданиями в канун Халлоуина, когда девушки рассыпают

на полу льняное или конопляное семя, а потом собирают его, приговаривая «Пусть мой

муж придет собирать, боронить, скирдовать». Тогда призрак будущего мужа непременно

покажется.

В фольклорных версиях сватовства к дочери великана герой напоследок должен пройти

еще одно сверхчеловеческое испытание — увидеть различия там, где различий нет.

Невеста предстает перед ним как одна из трех и более совершенно одинаковых сестер,

голубок или лебедей, и он должен ее узнать. Этот «тест» тоже имеет параллели в брачном

обряде. Так, у многих индоевропейских народов было принято, когда жених приезжал за

невестой, заменять настоящую невесту подложной. В Уэльсе, например, невесту нарочно

переодевали, иногда старухой, и жених должен был ее узнать, в Англии же сначала

подменяли девушку, потом хозяйку дома, а затем бабушку.

Подводя итог, можно сказать – если с чисто бытовой точки зрения бракосочетание есть

счастливое и исполненное дружелюбия событие, соединяющее двух людей, которые

хотят соединиться, и устанавливающее новую связь между двумя семьями, то миф и

ритуал однозначно провозглашают прямо противоположное. Мирный и дружелюбный на

поверхности, брак символизирует победу высшего небесного начала над темными силами

нижнего мира, победу, которая достигается на условиях, поставленных самими этими

силами. Награда — освобождение от власти этих темных сил и окончательный союз

жениха и невесты. Такая абстрактная формулировка, видимо, вполне согласуется с

нашим собственным определением брака как воплощения «мистического союза Христа с

его Церковью» — Церковью, освобожденной из когтей дьявола благодаря победе,

которая одержана на его же территории.

Рассказывание на свадьбах простого народа повестей о героическом сватовстве усиливало

значимость совершаемого обряда. Но суть этих повестей не сводится к одному только

союзу мужчины и женщины. Поиски и добывание труднодоступной невесты, розы среди

шипов, можно сравнить с поисками и добыванием сокровищ в других повестях о

приключениях — Меча Света, Сосуда Изобилия, Живой Воды и т.д. Психее в поисках

Купидона, Ясону в поисках золотого руна пришлось выполнять сложные задачи, очень

похожие на те, какие поставил перед Кулухом великан Избададен. Повести о добывании

чудесных предметов, как и рассказы о героическом сватовстве, часто заканчиваются

магическим бегством от преследования сил Иного мира. «Сватовство», таким образом,

можно назвать вариантом сюжета о поисках труднодоступного сокровища, которое

необходимо человеку, чтобы он достиг цельности и «состоялся», и которое всегда надо

силой вырвать из лап извечного, неутомимого врага.

Обратимся теперь к одной иэ наиболее интересных раннеирландских повестей на тему

героического сватовства, где наряду с уже названными традиционными мотивами

появляется новый — мотив сверхъестественного соперника.

Мак Ок приглашает своего приемного отца Мидира погостить год у него в Бруге. Мидир

согласен принять приглашение, если Мак Ок подарит ему дорогую колесницу, плащ,