Чтение онлайн

— Жизнь за жизнь, - прошипел Полоз, и как не странно Богдан его понял.

— Я никого здесь не убил, поджёг немного в целях самообороны - это было, но никто здесь не умер от моей руки. Дай мне найти то, что я здесь потерял, и я покину ваш мир навсегда, даю слово.

Янтарные диски глаз сверкнули такой ненавистью, что если б не дерево за спиной, Богдан бы точно потерял равновесие. Колдун сильнее вжался спиной во влажный мох, покрывающий ствол растения и ждал ответа. Камень в схватке он выронил, вернуться сам врят ли сможет, придётся ждать. Змей не торопился. Медленно он перемещал свое длинное тело по сочной тёмной траве, то складывая кольцами, то распрямляя.

– Ты разрушил гнездо, одно из яиц погибло, просто так я отпустить тебя не могу...

"Как это мерное шипение складывается в слова?" - думал про себя Богдан, наблюдая за плавными движениями Полоза и вспоминая замшелый пень странного вида.

Чем он его привлёк - не понятно, но колдуна просто нереально потянуло к этой коряге, укрытой толстым слоем мха. Сунув пальцы под зелёный покров, он оторвал кусок рыхлой зелени, откинул и заглянул в обнаруженную дыру. Там, в темноте что-то поблёскивало.

Он уже долго здесь, но кроме травы, деревьев и покрывающего всё мха ничего не видел, а тут золотой блеск. Ему стало любопытно. Это нормальная реакция. Богдан решил достать то, что лежало на дне и разглядеть получше. Правая рука по самое плечо погрузилась в найденное отверстие. Пальцами он нащупал гладкие округлые камни. Поразило то, что они были тёплыми. Осторожно взяв один из камней, Богдан вынул его из пня и начал разглядывать. Гладкий, отливающий золотом, но это точно не металл. Ковырнул ногтем - плотный, но не камень, что-то другое. И тут его озарило, это же яйцо, настоящее яйцо.

"Значит здесь есть птицы? Интересно, каких они размеров, если несут яйца размером с три хороших кулака?"

Колдун осторожно положил находку обратно в гнездо, поднял с земли кусок мха и укрыл им дыру. Нарушать покой этого мира не входило в его планы. Он хотел пойти дальше, но сунув руку в карман обнаружил, что потерял малахитовый камень. Наверное это произошло, когда он наклонялся возле пня. Быстро оглядев траву, в поисках потери, он увидел подползающик к нему со всех сторон чёрных змей.

Их было много, очень много. Все они были разных тонов и размеров, но ни одна из них не была меньше удава. Змеи окружали, шипели, мелькали чёрными телами. Они буквально за пару-тройку минут сплелись в плотное кольцо, не давая даже помыслить о том, что отсюда можно выбраться.

Богдан заметался, закружился на месте, выискивая брешь в этой круговерти, но бреши не было, змеи всё прибывали. Колдуна охватил дикий страх, тело застыло, не желая двигаться, адреналин в крови разрывал изнутри, приказывая бежать, но бежать было некуда.

Пытаясь выровнять дыхание, Богдан сжимал и разжимал пальцы рук, стараясь не терять себя. Он сосредоточился на движениях фаланг и увидел, как с кончиков пальцев на густую траву сыпятся искры. Вот оно - спасение. Колдуй колдун. Вскинув руки ладонями вперёд, Богдан с оглушающим криком выпустил в сторону змей поток энергии, материализовавшийся в жаркое пламя. Змеи шипели, запахло горелой кожей, колдун выжигал себе путь к спасению. Сейчас важным было избавиться от врагов, а то, что это враги Богдан ни секунды не сомневался. Оттесняя противника, колдун продвигался ближе к плотным зарослям, в надежде там скрыться. Но план не удался. Сзади его кто-то схватил, поднял над землёй и отшвырнул обратно на поляну.

Влажный мох смягчил падение, и Богдан быстро обернулся, чтобы понять кто его так приложил. Над ним нависала огромная голова золотого Полоза с немигающими янтарными глазами. Чудовище выдохнуло шипение из своей пасти в сторону незванного гостя и с силой ударило хвостом по земле всего в нескольких сантиметрах от колдуна.

Богдан замер, краем глаза он видел, как чёрные змеи копошатся на поляне рядом с замшелым пнём, что они делают? Хаотичное мельтешение, рваные движения, закладывающее уши шипение. Стараясь не привлекать к себе внимания, колдун, сидя на пятой точке медленно отползал назад, подальше от всего этого, но упёрся спиной в ствол. Отступать больше некуда. Колдун поднялся на ноги и замер.

Огромные янтарные глаза полоза смотрели в упор, страшная пасть чудовища была слегка приоткрыта, и оттуда время от времени выскальзывал тонкий черный язык с раздвоенным концом.

– Жизнь за жизнь!
– шипел Полоз.
– Жизнь за жизнь...

– Убьёшь меня?
– с вызовом крикнул колдун.

Но Полоз отрицательно покачал своей мордой.

– Убивать тебя я не хочу, мне не нужна ваша кровь в нашем мире, предлагаю договор.

Искра радости мелькнула в голове Богдана, но он старательно хмурил брови, чтобы этого никто не заметил.

– Договор будет односторонний?

– Однозначно, - снова кивнул змей.

– А если меня он не устроит?

– Умрёшь, - коротко ответил Полоз.

– Тебе же не нужна моя кровь? Сам говорил.

Теряя терпение Полоз мгновенно метнулся в сторону колдуна и буквально прижал свою морду к голове мужчины.

– Я не ем таких как ты, но в этот раз, пожалуй, сделаю исключение.

Он был настолько близок и ужасен, что Богдан решил не испытывать судьбу, заочно соглашаясь на любые условия.

– Первое: ты покидаешь наш мир и больше никогда в жизни не появляешься здесь.

– Согласен.

– И второе: взамен моего дитя, ты отдашь своё, когда придёт время. Решай быстро, клянись и убирайся.

– Договорились, клянусь!

Из-за двери доносился громкий спор. Кто там? Сколько там человек? По обрывкам фраз создавалось впечатление, что там толпа. Голоса были мужские и женские, резкие и хриплые, кричащие на срыв и жёстко обрывающие споры.

Милка стояла в незнакомом, тёмном помещении, впереди неё была дверь из досок, очертания которой подсвечивались сквозь щели. На цыпочках, не желая спугнуть спорящих, ведунья приблизилась к этой двери. Щели меж досок были достаточно широкими, чтобы посмотреть, что там за ней. И Меланья, максимально приблизившись к преграде, заглянула в одну из них.

Там была комната, большая, длинная, похожая на огромный ангар. Посредине этой комнаты стоял крепкий деревянный стол, конца которого тоже не было видно. По обе стороны стола сидели люди, источающие от своих тел мягкий свет совершенно разных оттенков. Именно этот свет и проникал сюда, через неплотно сбитую дверь.