Чтение онлайн

Повернув голову вправо, я с удивлением обнаружил там избитых Яра и Боба…

— О, а вы тут что делаете?! — спросил я.

— Так это, — аккуратно трогая свой синяк, на пол лица, произнёс Боб. — Мы увидели тебя со старшекурсниками… А потом ты как закричишь, мол, ребята — что-то там… Мы и подумали, что это ты нас зовёшь на подмогу.

— Красавчики! — уважительно покивал я. — Смотрю, вам сильно досталось.

— Да это фигня, — отмахнулся Боб. — За сегодня нас с Яром сюда уже третий раз приносят… И вот после первого — мы выглядели гораздо хуже, — хохотнул он.

— М-да, — задумчиво протянул Яр. — Я тогда думал, что не переживу эту битву с третьекурсниками.

А ребятки-то, оказывается, и без меня неплохо качаются, одобрительно подумал я… Надо бы и мне от них не отставать.

После обеда я наконец-то добрался до Ебиниуса — объяснил ему ситуацию и попросил, ради нашего общего блага, поставить мне отметку за экзамен по практике… Но, к моему удивлению, старик заупрямился, сказав, что у него есть свои принципы и он никак не может поставить эту отметку тому студенту, который ещё не умеет чинить и создавать артефакты… Какую бы выгоду это ему не сулило. Я уже совсем было расстроился, но Ебиниус успокоил меня обещанием, что с моими познаниями и сообразительностью он обучит меня этому искусству всего за три недели. А за это время он как раз соберёт рабочий экземпляр магостабилизатора и мы сможем приступить к нашему делу.

Следующие три недели выдались для меня очень насыщенными… Я посещал лекции Ебиниуса вместе с второкурсниками, с группой моих соседей по комнате, и на этих занятиях мы со стариком частенько с головой уходили в различные дискуссии… Да так, что иногда очень удивлялись, когда обнаруживали, что в этом помещении, оказывается, мы не одни.

Студенты-артефакторы второго курса, как я понял, мои будущие одногруппники, со временем прониклись ко мне уважением и даже иногда обращались за помощью: просили, чтобы я им разъяснил тот или иной вопрос.

После лекций мы с Ебиниусом оставались одни в аудитории и тут уже начинались мои индивидуальные занятия.

За неделю он научил меня, как с помощью прибора, размягчающего алхимический клей, самого алхимического клея и новых комплектующих чинить неисправные артефакты… А также — как находить в них неисправности.

Пользуясь земными техническими знаниями, немалым жизненным опытом и сенсорным зрением, мне легко удавалось проводить диагностику неисправного артефакта — находить причину поломки и устранять её. Наблюдая за моей работой, Ебиниус часто хвалил меня за сообразительность и даже обзывал гением артефакторики.

А уже к концу третьей недели я собрал с нуля свой первый артефакт. Причём сделал это не используя магостабилизатор. А случилось это так: на одном из занятий мы со стариком поспорили… Я предположил, что, имея высокий контроль, даже маг шестого ранга сможет преобразовать вещество в годную продукцию. А Ебиниус упёрся, что такого никак не может быть. В итоге меня зацепило его ослиное упрямство и я поставил себе цель доказать старику обратное.

Само собой, я испортил кучу заготовок, прежде чем, аккуратно и нежно воздействуя на вещество только малой частью своей энергии, мне удалось получить рабочую деталь. А когда у меня на руках было несколько таких деталей, я, с помощью серебряной проволоки, алхимического клея и такой-то матери, собрал простенький фонарик…

— М-да, Сид, тебе и в самом деле удалось очень сильно меня удивить, — ошеломлённо покачал головой Ебиниус, разглядывая мою поделку.

— А то ж! — самодовольно выпятил я грудь.

— Давай свой журнал… Поставлю тебе отметку… Ты её действительно заслужил.

— А как там успехи с магостабилизатором? — передав старику свой аттестационный документ, поинтересовался я.

— Уже всё готово — завтра можем приступать, — улыбнулся Ебиниус.

Сдав последний экзамен за первый курс артефакторики, я сразу же поспешил в приёмный корпус, чтобы обрадовать ректора своими успехами.

Все эти три прошедшие недели я с утра до вечера проводил на занятиях с Ебиниусом и, само собой, у меня не хватало времени для прокачки своих воинских характеристик. Поэтому каждый вечер, выходя из учебного корпуса, я превращался в маньяка-мазохиста… А именно: старался по-быстрому найти на кого бы нарваться, чтобы получить мандюлей.

Иногда у меня совсем не было времени придумывать что-нибудь оригинальное и мои докопки выглядели донельзя глупыми. Например, я спрашивал у группы старшекурсников закурить или как пройти в библиотеку, а при любом ответе, с выкриком: «Чё ты сказал?!» — тут же бил в лицо самого крупного или самого дерзкого парня… Или давал кому-нибудь из них поджопник, а потом с наглой ухмылкой говорил, что обознался… Но в итоге я каждый раз стабильно попадал в медпункт приёмного корпуса, где выслушивал ворчание старика, Канта Трайгера, по поводу моего столь безумного способа развития навыков. А в особо удачные дни я за вечер умудрялся попасть в медпункт аж три-четыре раза. Причём всю последнюю неделю я попадал в него, исключительно будучи в сознании. Потому как ни одному из старшекурсников за это время так и не удалось меня вырубить, как бы они не старались.

Пару раз мне удавалось застать в медпункте своих последователей, Яра и Боба, которые делились со мной своими успехами. Как оказалось, к секте самураев-отморозков примкнуло ещё несколько участников, причём двое из них были девушками, со второго курса. И теперь эта банда каждый день, после занятий, выходит на охоту во двор приёмного корпуса. Правда, в итоге побитыми и помятыми они оказываются сами.

Яр похвастался, что ему уже удалось поднять две ступени в телосложении и по одной в силе и ловкости, а Боб поднял уже три — в телосложении, и по две в силе и ловкости. Я же промолчал о своих успехах, так как и сам не знал, насколько мне удалось за это время прокачать свои воинские характеристики. Я решил, что сделаю себе сюрприз и проверю их с помощью артефакта только в конце учебного полугодия… И даже Канта Трайгера попросил мне больше не говорить о прогрессе моего развития.

Предвкушая увидеть то, какое будет удивлённое лицо у Сан Кима, когда я покажу ему свою аттестационную тетрадь, я с беззаботной улыбкой пересекал двор приёмного корпуса… И тут до меня донёсся чей-то разговор:

— Глядите-глядите!.. Вон тот самый — Безумный Сид идёт… Да-да, вон тот, лысый… Говорят, у него что-то с головой… Он, вообще, ненормальный — на людей кидается без всякого повода. И даже на пятикурсников… Да он же всего лишь первокурсник, да ещё и артефактор — что он может нам сделать?.. Тс-с!.. Не говори так громко, а то он услышит… Поверь, лучше с ним не связываться…

Не уж-то это обо мне, удивлённо подумал я?.. Остановившись, я посмотрел в сторону говоривших и увидел там группу третьекурсников, магов огня, которые тут же замолчали и насторожились…

— Эй, Сид, иди своей дорогой… И не вздумай к нам приближаться, — выйдя вперёд из толпы, хмуро проговорил какой-то крупный парень.

Оглядевшись, я обнаружил, что все ближайшие к нам группки студентов вдруг перестали общаться между собой и с любопытством и настороженностью стали наблюдать за мной… Как будто бы в ожидании того, что я выкину на этот раз.

О как, удивился я!.. Оказывается, моя дурная слава бежит далеко впереди меня. Скорее всего, все эти студенты меня знают, а вот я их — нет. Неужели я успел стать настолько популярным?..

— Эй, ты!.. Дерьмо!.. Как ты посмел так грубо разговаривать с нашим наставником?! — встав справа от меня, с вызовом выкрикнула какая-то низенькая брюнетка, при этом обращаясь к третьекурснику.

— Да, ты, дерьмо!.. Как ты посмел?! — встав слева, рядом со мной, произнесла высокая блондинка.

Изумлённо выпучив глаза, я оглядел двух девушек, стоявших по бокам от меня, словно мои телохранительницы… На груди у брюнетки был приколот значок мага воздуха, второго курса обучения, а второкурсница-блондинка являлась магом воды…