Чтение онлайн

Пробравшись в замок, я оставил на условленном с Тибо месте знак, что я дома. Потом спустившись в грот, самым тщательным образом еще раз осмотрел ларец. Не найдя ничего нового, я заполнил лежащий в ларце кожаный кошель золотом, затянув шнурок, повесил его на шею. Поместив ларец в заплечный мешок, выбрался наружу. Тибо уже ждал меня. Я рассказал ему обо всем.

 - Я хочу проследить за ними. Поэтому, меня может долго не быть дома.

 - Поеду с вами, может, пригожусь вам, – Тибо был полон решимости.

 - Нет, ты один знаешь о них все, что знаю я. В случае чего, действуй по обстоятельствам. Дай знать отцу. Осторожно намекни: пусть заберут Николь из монастыря пораньше, не дожидаясь, пока их отпустят домой на лето. Помни, что ей грозит опасность. Следи за всем. Это очень опасные и серьезные люди. Ты нужен здесь.

 Попрощавшись, я отправился в Онфлер.

Когда наступил вечер, я подошел к дверям уже знакомого мне дома. Постучав, стал ждать. Лакей, вышедший на мой стук, как-то неловко отступил в сторону и, напевая про себя старинный мотив (что давалось ему с трудом, он явно нервничал), провел меня в дом. Не обратив внимания на его нервозность (мало ли, чем он расстроен), я пошел за ним. Подойдя к одной из дверей, лакей открыл ее и пропустил меня вперед. Я почувствовал его смятение и обернулся, чтобы посмотреть, что с ним. Но было поздно. На меня сверху упала тяжелая, свитая из металлических колец, сеть. От неожиданности я растерялся, но, совладав с собой в считанные секунды, рванулся изо всех сил. Сеть, тяжесть которой могла бы раздавить обычного человека, и крепкая настолько, что удержала бы и разъяренного быка, опутала меня, как кокон. Запутавшись в ней, я упал.

Я рвался из сети со всей силой, на какую был способен, ярость слепила глаза кровавой пеленой. Кольца начали поддаваться моим рывкам. Сеть, с металлическим скрежетом, рвалась от моих усилий.

 - Скорее! Давай шип! – услышал я совсем близко, – коли его, быстро!

В мое тело воткнули что-то твердое, как кинжал, и мгновенно я почувствовал, как силы покидают меня. Ослабев, но, не потеряв сознания, я затих, не в силах пошевелиться.

Ко мне подошли Тридвиг и Брукс. Молча, опять не думая ни о чем конкретном, они быстро освободили мои ноги и руки от сети. Несколько слуг подтащили и надели на них чугунные кандалы. Один человек, не то, что поднять – не смог бы сдвинуть их с места. Затем, присев у моей головы, Брукс так же деловито стянул на ней металлический обруч, при этом внимательно вглядываясь в мое лицо.

Повернув меня и разрезав кожаные ремешки, Брукс снял с меня мешок с лежащим в нем ларцом. Достав, он долго рассматривал его, поворачивая во все стороны. В его голове проносились неясные обрывки разговора с каким-то человеком.

Я, заставив себя успокоиться, внимательно вчитывался в мысли Брукса. В его мыслях я видел темную огромную комнату, затянутую драгоценными гобеленами и со старинной дорогой мебелью. В темном углу, на небольшом возвышении, стоял стул с высокой спинкой, повернутый к собеседнику боком. Высокие подлокотники стула полностью скрывали сидящего на нем. Только глухой голос негромко доносился из его глубины.

Тот, кто сидел на стуле был явно чем-то раздражен. Он бросал фразы так же отрывисто и грубо, как и Брукс. В отрывках мыслей Брукса я только и смог разобрать, что таинственный собеседник требует от него привезти ларец и молодого, невинного потомка Тьёдвальда.

Но зачем? Кому понадобились через пятьсот с половиной лет старый ларец и живой человек? Я не мог даже представить себе такое.

– Мы сделаем Лорду подарок, о котором он даже не мечтал. Ты знаешь, кого мы поймали? Это пропавший сын де Мореля! И надо же – уже кем-то превращенный. Удача сопутствует нам! – проговорил Брукс, все еще рассматривая ларец.

 - Откуда тебе известно, что это сын де Мореля?

 - Ты, старина, никогда не был внимательным. В доме противника нужно примечать все. Там много чего интересного можно заметить, например: картины и портреты.

 - Понятно, а как ты узнаешь, невинен он или нет. Сам-то не проверишь – не девка! – Тридвиг расхохотался.

Меня начал опять наполнять гнев. Вот подлец! Еще хохочет. Странно было слышать его смех: скрипучий, похожий на воронье карканье.

– А мне и не надо проверять, я и так знаю. О нем ходит добрая слава. Он невинен, как юный монах. Посмотри на него. Даже вампиром не искусился – сила! – Брукс сказал это таким тоном, что я не понял, восхищается он или забавляется этим фактом.

 - Тогда нечего здесь торчать, пора и домой! Как думаешь, Лорд раскошелится?

– Отходим сегодня же, как управимся – сразу. Думаю, Лорд будет доволен. А он очень щедр, когда доволен.

Глубокой ночью к дому подкатила телега. Сняв с моих ног кандалы, меня заставили встать на ноги. Я не сопротивлялся – мне было важно отплыть с ними в море. Там уж я попробую выпутаться. А тогда посмотрим, кто из нас «невинный монах». Меня переполнял гнев, но я решил не показывать своего настроения, пусть думают, что я смирился.

Шип в моей руке лишал былой силы. Я чувствовал себя так же, как в последние дни моего перевоплощения, когда лежал на полу склепа: боли не было, но не было и сил.

Мы прибыли в порт, в самый отдаленный его уголок. К пристани причалила шлюпка, в которой сидело несколько здоровенных матросов. Их внешний облик выдавал бывалых моряков, суровое выражение их лиц не предвещало ничего хорошего тому, кто осмелился бы вступить с ними в перепалку. Недовольно ворча на проливной дождь, заливавший город уже несколько часов, матросы закрепили шлюпку у причала и выбрались из нее.

Подойдя ко мне и не церемонясь, подхватили под руки и грубо поволокли к шлюпке. Брукс и Тридвиг поспешили за ними. Бросив меня на дно, залитое дождевой и морской водой, все уселись в ней, и матросы, оттолкнувшись от причала, разобрали весла. Они действовали быстро и слаженно. Если капитан их судна хотел выйти в море, то нужно было торопиться – скоро начнется отлив.

«Из таких молодчиков получились бы хорошие пираты, – подумал я. – И передо мной нет того страха, какой безотчетно возникает у людей, стоит мне пристально посмотреть на них. Может они и есть пираты? Брукс и Тридвиг – точно».

Мы вышли из порта. На рейде стоял, почти невидимый, человеческому взгляду, из-за пелены дождя, корабль. На его палубе не были зажжены сигнальные огни. Капитан явно намеревался тайно выйти в океан.

Корабль, – легкий и быстрый флейт, такому мог позавидовать любой пират! Я всегда хотел служить на таком судне. Такие суда были, в основном, военно-транспортными и, ходя на них, можно было побывать во многих странах. Что же, мои мечты сбываются, но в каком-то извращенном, изуверском виде!

Подняв на палубу, матросы молча приковали меня к фок-мачте чугунными кандалами, руки стянули сзади железными, в несколько рядов, цепями, а голову притянули и закрепили за обруч. Я стоял прикованный и не имеющий возможности даже пошевелиться, с головой, высоко поднятой вверх.

Так меня могли не опасаться матросы, несущие вахту на палубе. «Я не смогу смотреть на них и воздействовать своим взглядом»,– понял я их действия.

Мы вышли в море с ночным отливом. На палубе царил полный порядок и сосредоточенность, матросы работали слаженно и каждый из них знал свое место и работу. «Чтобы команда работала так хорошо, нужен авторитет, значит, капитан не из робких людей, раз сумел у таких моряков завоевать доверие и подчинение», – заметил я про себя. И все же матросы были возбуждены и радовались, что им не пришлось долго торчать в порту Онфлера.