Чтение онлайн

Оливер присоединился к нам минутой позже, выглядя при этом выбитым из колеи. Он опустился на скамейку извозчика.

— Держитесь. — Оливер повернул рукоятку. — Мы собираемся как следует разогнаться.

Лошади вскинули головы, и экипаж вновь издал визгливый звук, почти похожий на ржание лошади. Он ринулся вперёд по дороге.

Оливер вёл экипаж на стремительной скорости. Я смотрела, как мимо проносились деревья.

— Кто бы ни гнался за нами, он не сможет догнать нас на лошади, — Оливер зафиксировал скорость и протянул Уиллу оружие. — Если увидишь что-нибудь, стреляй.

Уилл кивнул.

Мы рисковали, передвигаясь днём, но до Пеллингбрука и Развлечения Эдгара предстоял долгий путь. Над нами собиралась гроза, плотные облака прокатывались по небу неровным фронтом.

Люсинда открыла дневник Саймона и пролистала до изображения корабля и огромного морского чудовища. У него было тело кита с громадной длинной шеей и похожей на дубинку головой, и вдобавок челюсти, полные заострённых зубов.

— Не говори мне, что нам придётся столкнуться с этим, — воскликнула я. Мне и Минотавра хватило.

— Боюсь, что так. Корабль пришвартован на частном озере в глуши земель Эдгара, — взгляд Люсинды пробежался по страницам. — Это Развлечение построили, когда мы с Оливером были ещё очень маленькими, но наблюдать, как монстр поднимается из озера, было просто изумительно.

Оливер фыркнул.

— Местные до сих пор не забыли рабочую модель МакТавиша, поднимающуюся из озера рядом с литейным заводом. Они годами будут говорить об этом.

— Какая польза от создания монстра? — спросил Уилл.

— В то время это затевалось как соревнование, чтобы выяснить, какое из двух Развлечений сможет сражаться дольше, при этом не утонув, — сказал Оливер. — Корабль полностью автоматизирован, как и чудовище. Мы все могли безопасно наблюдать с берега. Чудовище победило.

— Отлично, — пробормотала я. — Дайте-ка угадаю, нам придётся подняться на борт корабля.

Оливер повернул другую рукоятку, направляя экипаж по изгибу дороги.

— Я почти уверен, что как минимум одна пластина будет на корабле, но если другая окажется на чудовище, дело предпримет интересный оборот, — Оливер увеличил нашу скорость, когда мы достигли длинного отрезка прямой и ровной дороги.

Я откинулась назад на бархатной скамейке, краем руки легонько задевая Люсинду.

— Хотелось бы мне вернуться в прошлое, во время до всего этого. Хотелось бы мне, чтобы самым большим беспокойством было спряжение немецких глаголов и что надеть к чаю с мамой.

Люсинда положила руку мне на колено.

— Тогда бы мы не стали друзьями, а я все ещё сидела бы в лондонском магазине под вуалью. Взгляни на нас сейчас, — она наклонилась и коснулась своим плечом моего.

— Ты выглядишь нелепо, — призналась я. — Но у тебя милая обувь.

Люсинда рассмеялась.

Оливер украдкой бросил на неё взгляд, и у меня на сердце стало теплее.

Из Люсинды вышла бы отличная герцогиня, если она наконец образумится.

Я переключила внимание на Уилла. Моё сердце пропустило удар, пока я наблюдала, как он оглядывается назад, напряжённо сосредоточившись. Он смел, непоколебим и умён, но дело не только в этом. Когда я смотрела на него, я чувствовала себя живой.

Уилл мельком взглянул на меня, его сосредоточенность дрогнула ровно настолько, чтобы заметить мой пристальный взгляд. Моя кожа залилась жаром.

Что могло вызвать у него те же чувства ко мне? Чувствовал ли он то же, что и я? Я вспомнила его признание о том, что он не хотел видеть страдания любимого человека. Я хотела верить, что он любит меня, но между нами не было ничего, кроме одного украденного поцелуя и целого мира опасностей.

После поездки, которая, кажется, длилась целую вечность, Оливер, должно быть, решил, что миновал пределы выносливости любой живой лошади, на которой кто-то мог бы нас преследовать. Он сбросил скорость, и экипаж вошёл в успокаивающий покачивающийся ритм.

Мои мысли вернулись к отцу Люсинды. Он предложил помощь, но с другой стороны в его словах ощущалась угроза. С каждым мгновением моё подозрение к нему росло.

Я попыталась вспомнить времена, когда он приходил в магазин. Будучи частью С.О.С.Р., он дружил бы с моими родителями. С другой стороны, хоть он время от времени перебрасывался тихим словцом с моим папой, он никогда не казался более любезным, чем любой другой постоянный покупатель магазина.

Я не знала, что и думать.

Я настолько уверилась, что Рэтфорд ответственен за все эти смерти, но сейчас я начинала сомневаться. Впервые я понимала, что кто-то другой мог иметь не менее весомый мотив для убийства.

В тесноте экипажа часы тянулись медленно, а воздух отяжелел от невысказанных слов. В конце концов, напряжение стало казаться плотным, как хлебный пудинг. Мне хотелось запрыгать на месте и закричать, лишь бы кто-нибудь что-нибудь сказал.

Люсинда уставилась в окно, и я слезла со скамейки, примостившись на край сундука, чтобы суметь поговорить с Оливером.

Я вертела в руках ключ, не зная, как выразить то, что крутилось у меня на уме. Я решила просто выложить как есть.

— Ты веришь, что лорд Стромптон мог быть замешан в убийствах? — прошептала я.

Его взгляд метнулся к Люсинде и обратно, словно он осторожно обдумывал ответ.

— Вот что мне известно, — начал он таким же тихим голосом. — Аластер — это человек, который страстно желает контроля. Я знаю, что люди с такой склонностью могут быть опасны, если осознают, что рискуют потерять самое ценное для них.

— Что произошло между тобой и Люсиндой? — спросила я. Я знала, это не моё дело, но мне не нравилось гадать о случившемся, и мне казалось, что Люсинда в настоящий момент мне бы не доверилась.

Оливер устало вздохнул. Он ответил громче.

— Я был молод и безрассуден, Люли была моей лучшей подругой. Она только что вышла в свет, а я ужасно ревновал. Я не мог представить, что женюсь на ком-то ещё, поэтому пошёл к её отцу и попросил её руки.

— Разве не так ты должен был поступить? — спросила я и воровато взглянула на Люсинду. Она хмуро смотрела в сторону.

Оливер поморщился.

— Скажем так, я немного поторопился. В какой-то момент, наверное, мне следовало сказать Люсинде, что я люблю её, или продемонстрировать, что я хотел бы ухаживать за ней. Я застал, как Саймон дарит ей игрушечного мышонка, и я вышел из себя.