Чтение онлайн

— Конечно, но я еще бы хотела узнать кое о чем. Де… дедушка Элиссандер сказал, ты знаешь, как избавиться от метки.

— О, конечно, знаю, моя милая. И помогу. Навязывание мужа самое гнусное, что может произойти с такой молодой девушкой как ты. Наверняка хочется свободы, не зависеть от принца и вернуться домой. — В глазах призрака проскользнуло нечто темное, ядовитое, но тут же исчезло, оставляя одно сочувствие.

Показалось?

— Как только освободишь меня, я все сделаю. Купол не дает мне творить волшебство напрямую. Это немного сложный процесс, — фыркнула бабуля и улетела в туман.

Обескуражено обернулась к деду Саше.

— Так что я должна сделать?

Все это время стоявший молча дед Элиссандер встрепенулся, словно отошел от спячки и махнул рукой.

— Видишь те чаши?

Неподалеку стояли, вернее парили в нескольких сантиметрах от земли, три каменные широкие таблички, исчерченные рунами и в некоторых местах разорванные. Глянула на кисть руки с добытыми мной словами. Видимо это не достающие фрагменты. Напротив каждой таблички стояли каменные чаши. Простые, даже грубоватые, без каких-либо изысков.

— Держи, — мужчина достал из котомки по пучку разных трав. Положи в чаши и окропи их своей кровью. — В мои руки лег изящный кинжал с серебряной рукоятью.

И почему чаще всего во всяких ритуалах задействована кровь? Секта прямо какая.

Подойдя к чашам, разложила пучки трав, и встав над первой чашей сжала в другой руке кинжал. Надеюсь, он достаточно острый, не хотелось бы мучиться. Прапрадед и прапрабабка молчали внимательно за мной наблюдая. Их взгляды были осязаемы и не очень приятны. Колючие, пожирающие и ждущие. Хотелось стряхнуть их и вообще оказаться рядом с Аодхом. Почувствовать защиту, но… Это никогда не завершится, если я сейчас дам слабину. Освобожу Элелию, получу свободу от метки и попрошу Аодха начать наше знакомство сначала. Да, так, наверное, будет правильно. Без всяких меток и запечатлений.

Вздохнув и зажмурившись, полоснула лезвием по ладони. Кожу мгновенно защипало и потом пришла боль. По ладони потекла теплая кровь. Морщась и шипя под нос, накапала драгоценной жидкости от души в каждую чашу. Стоило крови соприкоснуться со стеблями сухой травы, как она принялась дымиться.

Стараясь не удивляться, сжав в кулак поврежденную ладонь, обернулась к деду Элиссандеру и сглотнула, заметив дикий взгляд.

— Ч-что дальше? — еле выдавила из себя, стараясь не думать о плохом. Они же дед с бабулей, что они могут сделать своей родной внучке? Ничего. Поэтому, Далия дышим глубоко и делаем что велят.

— Приложи руку к камням, — каркнул дед Саша, в этот момент он походил на ворона заметившего блестяшку, или на что там вороны падки.

Приблизившись к таблицам, коснулась первого камня рукой. Шероховатого и приятного на ощупь. Одна из тату вспыхнула и словно змея переползла на твердую поверхность. Разорванные руны на таблице соединились, засияли и тихонько мелодично загудели. Проделав все то же самое с оставшимися рунами, отошла на шаг осматривая свои действия и слушая тихую мелодию камней. Она мягкими волнами ласкала слух и… вызывала беспокойство.

Сбоку зашипело гремучей змеей. Вздрогнув, обернулась, истаявший силуэт Элелии приник близко к куполу. Сейчас черты ее лица заострились, превращая прекрасное лицо в маску хищника, а на руках будто отросли когти. Дернула головой, отвернулась. Все ли я делаю правильно?

— Теперь, размести опал между чашами, — голос моего предка прозвучал ближе.

Немного дрожа, сделала как он сказал.

— Дальше что?

— Ждем.

И все застыли в ожидании, даже время кажется остановило свой бег в ожидании грядущего.

Некоторое время дым поднимался в ночное небо, камни «пели», а медальон сиротинушкой лежал между ними. Но вот, дым сгустился, опустился вниз будто живой, скрутился коконом вокруг опала, руны на камнях вспыхнули, отсоединились от каменных поверхностей и зависли чего-то ожидая. Подарок Элелии переходящий из поколения в поколение, воспарил и словно губка впитал в себя травяной дым с рунами. Засиял ярко, что пришлось зажмуриться. Когда свет рассеялся, дед срывающимся от волнения голосом приказал:

— Быстрее, окропи его кровью.

— Снова?

— Ну, живее, без вопросов, пока магия действует! — едва не прохрипел дед Саша, хватаясь за грудь.

Сцепив зубы, надавила успевшую немного затянутся рану. Вновь закапала кровь, а я застонала от боли. Чувствую себя жертвенным поросенком.

— Прикоснись им к куполу.

Несмело приложила опал к хрустальному куполу с удивлением наблюдая как он будто впаялся в него. Поверхность опала вновь вспыхнула, слова, впитываемые им, взвились, зависли на секунду и легли вокруг камня, засияв. По поверхности свода поползли огромные трещины словно по льду при оттепели. На какой-то миг все замерло и… купол рассыпался; осколки засверкали в отсветах светящихся растений и звезд разными цветами.

— Свобода!! — возликовала Элелия, и от ее тона по моей коже прошли мурашки.

Позади меня громко с облегчением выдохнул дед Саша.

Дух бабки ринулся ко мне и остановился напротив, обдавая меня могильным холодом и даже платье Ткачихи мало помогало от его проникновения.

— Благодаря тебе я могу жить, моя дорогая Далия. Ты достойная из всех моих потомков. И я тебя награжу. Ты станешь свободной, тебе не нужно будет ни о чем тревожиться.

Сердце вновь кольнуло плохим предчувствием. В следующую минуту, Элелия взяв мое лицо в свои холодные ладони, прикоснулась к моему лбу губами в благословенном поцелуе. Жгучий холод расползся по венам, в груди что-то оборвалось, стало невыносимо трудно дышать, где-то что-то натянулось и оборвалось. Звон был такой силы, что потемнело в глазах и последнее, что я подумала прежде, чем все заволокла тьма.

Что же я наделала?

Аодх ир Аэтран

Наблюдая за танцующей парой, Аодх не сводил с них глаз. Какого баргеста вытворяет Гволкхмэй? Неважно согласилась Далия сама или нет, он просто плевал на древние законы. Аодх мог приказать Далии не следовать его правилам, указать Гволкхмэю его место, но не желал разводить скандал на глазах у приглашенных гостей. Он был бы в своем праве, но не хотелось портить королевскую репутацию брата, и чтобы потом обвиняли его жену. А ведь это непременно бы случилось. Пусть и на его стороне привилегия, а все же дворцовые нюансы существовали, отказ привел бы к не желательным последствиям.

Его охватывала не просто злость — ярость, всеобжигающая до черной пелены перед глазами. Магия бежала по венам лавой грозясь не просто поджечь скатерть на сервировочном столе с закусками, а спалить весь дворец. Приходилось прилагать немало усилий по сдерживанию внутреннего огня реагирующего на настроение хозяина.

А затем он понял, что что-то не так. Мимика, жесты Далии не совпадали с теми которые он успел изучить. И еще эта улыбка… Не могла она так улыбаться Гволкхмэю. Будто…

Сощурившись, принц напряг зрение. В иллюзорных чарах он был не так силен, но кое-что понимал. Пару окутывали светящиеся зеленовато-синие жгуты, помимо этого поверх еще была накинута мелкая магическая сетка, скрывающая настоящие личины танцующих перед ним сидов. Он не мог знать кто это, но то, что не Далия с его братом — бесспорно.