Чтение онлайн

— Но ему же от этого ничего не будет, — мелькнуло у меня в голове. Однако Кайран вдруг зашатался и стал заваливаться на бок. Дракон припал к земле и вновь полоснул Кайрана когтями. Кровь фонтаном брызнула из раны на груди. А дракон посмотрел на меня. Эти глаза! Карие с золотым отливом. Где я их видела? Рептилия опустила голову и впилась зубами в тело Кайрана. И если бы не эльфийская стрела, зверь перегрыз бы Кайрана пополам.

Тварь снова взмыла в воздух, но Ли метнул копье и попал дракону в самое сердце. Монстр взревел и рухнул на землю в паре метров от нас, разметав свои антрацитовые крылья.

Я опустилась на колени рядом с Кайраном. Его синие глаза глядели на меня и не видели. Я пыталась руками зажать раны и унять кровь, которая хлестала у него из груди. Бесполезно. Почему он сам не атаковал дракона? Почему ему смог навредить драконий яд? Или это была та же гадость, которой пытались отравить меня? Я сняла куртку и прижала к его ранам на груди. Кровотечение унялось.

— Кайран! — Голос у меня срывался. — Кайран, посмотри на меня!

Голова его безжизненно запрокинулась. Он больше не дышал.

Ли пронесся мимо меня к упавшему дракону с мечом в руке. Но вдруг замешкался и остановился.

— Чего ты ждешь? — закричала я, вытирая слезы. — Убей эту тварь! Иначе я сама это сделаю!

Ли не двигался с места. Я подскочила к нему с намерением вырвать у него из рук меч и добить чудовище. Но и я застыла на месте. Вместо дракона на земле лежала сраженная копьем и стрелой Филлис.

Она была еще жива, но, кажется, умирала. У меня подкосились колени. Не может быть! Филлис, моя лучшая подруга уже много лет! Одна из первых красавиц Хортон-Колледжа! Неужели это была не дружба, а просто ее работа? Неужели она все эти годы шпионила за мной?

Шоколадные с золотым отливом глаза умирающей остановились на моем лице. И не было в этом взгляде ни раскаяния, ни сожаления. А через секунду ее глаза закрылись навсегда.

— Тебе надо уходить отсюда, — потребовал Ли, помогая мне встать на ноги.

Я была слишком потрясена, чтобы сопротивляться. Кайран погиб. Филлис оказалась драконом и тоже мертва.

— Пойдем, Фей.

Ли перебросил меня через плечо и помчался через поле боя. Мне было все равно. У меня перед глазами стояла одна картина: мертвый Кайран. Ли перепрыгивал через тела и потоки крови. Вокруг грохотало, ревело, кричало, стонало. Ли принес меня в здание школы. Пожар успели погасить, но в здании еще стоял дым и пахло гарью. Ли примчался в библиотеку, медленно опустил меня на пол и прислонил к стене.

— Фей, мне надо обратно, — напомнил он и взял в ладони мое лицо.

Конечно, ему надо возвращаться. Его место сейчас на поле боя. И он не трус, как Лайм и Финн. Я вдохнула запах мха, фиалок и сена. Вдруг это в последний раз? Вдруг я больше не увижу его лица, его синих глаз, этой складки между бровями?

— Если я не вернусь, обещай мне, что будешь себя беречь. И помни, я люблю тебя. Никогда об этом не забывай.

С этими словами он поцеловал меня и исчез. Я осталась рыдать в одиночестве.

— А вот и она, — произнес голос из темноты коридора, — наша Предсказанная пророчеством!

Я утерла слезы рукавом. Кого еще принесла нелегкая? Не хочу сейчас никого видеть. Оставьте меня в покое! Пожалуйста!

Увы, того, кто появился теперь из темноты, нельзя было ни проигнорировать, ни тем более просто послать ко всем чертям. Из мрака вышел Оберон.

— Наконец-то! — заговорил Оберон, торжествующе улыбаясь. — Я был бы рад поговорить с тобой и раньше, но с тебя глаз не спускал мой сын.

Он остановился прямо передо мной. Как же неуютно в его присутствии!

— Тебе не откажешь в упрямстве и настырности, Фелисити Морган, избранная, спасительница мира эльфов. Но ирония в том, что ты вряд ли нас от чего-то спасешь.

Нет, не спасу. От меня вообще никакого проку. Кайрана я уже не спасла. И войну предотвратить не смогла.

— Но что вообще я должна была сделать? Как и отчего вас спасти? Мне же никто ничего не объяснил! Как, по-вашему, я могла предотвратить эту бойню?

Оберон смотрел на меня сверху вниз холодными синими глазами. Казалось, об его взгляд можно порезаться.

— Ты и не могла. Никак. Книгу пророчеств уже много раз толковали неверно. Но в этот раз я сам постарался.

ЧТО?!

— Ты никогда не была спасительницей нашей империи. Ты — всего лишь инструмент, орудие. Тебе ведь уже известно, что ты подменыш, не так ли?

Я медленно кивнула.

— Однако вряд ли кто-то сумел объяснить тебе, что это значит. Старинные сказки повествуют о том, как феи крадут человеческого младенца, а вместо него подкладывают в колыбель своего отпрыска и он воспитывается среди людей. Это полнейшая бессмыслица. Мы, эльфы, рады каждому ребенку. Наше потомство не столь многочисленно, с чего бы мы стали разбрасываться детьми? Мы всех оставляем себе и воспитываем по нашему образу и подобию.

Оберон сел в кресло у стола.

— Подменыш означает ровно следующее: наполовину эльф, наполовину дракон. Бывали в прошлом такие случаи, когда эльфы сходились с драконами и оставляли потомство. Они называют себя «дитя дракона», рождаются в человеческом обличье и с возрастом обретают способность превращаться в драконов, даже против своей воли. Но ты — ты вылупилась из яйца! Из единственного яйца, какое когда-либо откладывал драконочеловек.

— Если хочешь знать, Фафнир, когда принимал человеческое обличье, оказывался вовсе не великаном, как утверждает сага о Нибелунгах, а обычным человеком. Он царствовал в Британии под именем Утера Пендрагона до совершеннолетия своего сына Артура.

Оберон саркастически скривил губы.

— Сказители и историки до сих пор теряются в догадках, откуда тогда чудесным образом взялся Утер и куда потом пропал. Пендрагон — это имя само говорит за себя! Из Пан-Дракона явился Пендрагон. Это древнее написание стало жертвой современного английского языка.

— Получается, что Пан и Фафнир, первый эльф и первый дракон, были братьями?

Оберон нервно встал.

— Мой отец Пан стал королем эльфов, а Фафнир получил Британию. По глупому совпадению именно в это время в Британию и Ирландию пришли первые католические монахи и стали проповедовать о Боге, о вечной жизни. Они прокляли наше эльфийское бессмертие. Видите ли, бессмертие принадлежит только им, христианам! И тогда началась борьба. Эльфы покинули мир людей. Фафнир скончался в одиночестве и отчаянии, оставив сыну государство, истерзанное междоусобными войнами и постоянными набегами саксов. Артур сумел победить всех врагов, и на некоторое время в королевстве установился мир. Мой отец помогал ему, чем мог. Но я всегда желал для эльфов иного существования: великой державы, великого единства, прочных границ. Нам бы следовало захватить всю Британию, уничтожить противников и иноземных захватчиков и создать могущественную и процветающую империю. Регалии моего отца — вот что нужно было для установления эльфийского владычества!

Оберон принялся ходить по комнате взад и вперед.

— Меч, не знающий поражений, ожерелье, обещающее неиссякаемые богатства. Плащ, что дарует неуязвимость. И корона, которая делает своего хозяина бесконечно мудрым. Вот то, что нельзя потерять! Чем нельзя делиться! Они наши, эти сокровища, они принадлежат эльфам! Но мой отец Пан был иного мнения. Ему мерещился какой-то союз, какие-то договоренности…

Оберон едко рассмеялся. От его смеха холод побежал по спине.

— Он хотел помочь Артуру реформировать королевство и ратовал за переговоры с захватчиками. Хотел перекроить все государство по-новому. Мне пришлось вмешаться.