Чтение онлайн

Ведь ни одного верного человека не позвал. Как можно быть таким наивным. Да и лучших дворян, проливавших за него кровь и не состоявших в альянсе обидеть, не пожелав их присутствия на празднике. Все же верные в конце концов от него отвернуться если он так будет продолжать и дальше. Да он буквально прокричал этим: сегодня я буду один, приходите-убивайте. Вечер наступал быстро. В огромном зале на нижнем этаже горели сотни свечей. Особняк казался гигантским светлячком, жужжащим в ночи. Все приглашенные собрались. Алана, сцепив зубы, спустилась по лестнице: да будь ее воля она всех бы их разорвала голыми руками на части. В зале ей было находиться неприятно она свернула в коридор, прошла мимо плотно прикрытых дверей и стен, украшенных семейными портретами, проскользнула на кухню, через черный ход вышла на улицу в сад и услышала голоса, доносившиеся с балкона:

— Надеюсь, здесь эта проклятая оборотниха нас не подслушает.

— У этой старухи талант появляться в совершенно неожиданных местах.

— Появись, она здесь сейчас, и это станет ее последним подвигом, — мрачно заметил Зира, и позвенел чем-то в кармане. «Проклятая оборотниха» попыталась слиться с кустом жасмина, почувствовав, как озноб пробежал по коже. На балконе под которым она остановилась собрался весь «цвет» альянса.

— Мальчишка еще глупее, чем я думал. Только и делает, что играет в великого правителя, — продолжил барон. Поглядывая вниз. Алана, не стесняясь залегла на траву, вжалась в землю. Еще не хватало получить серебряный болт в спину. — он поверил мне просто на слово, несмотря на то что происходило в городе.

— Да, — поддержал его другой, — я грешным делом сначала подумал, что нас все же вышлют из города, хотя бы в поместья. Ан-нет, он наоборот советуется с нами во всем.

— Завтра я займусь волчонком, — пообещал Зира, и компания, развернувшись, скрылась в доме, оставив Алану сидеть в кустах. Ну, вот доигрался, со злостью подумала Алана, выпрыгивая из зелени и врываясь в дом, не обращая внимания на перепачканное зелеными пятнами и землей платье. Может хотя бы сейчас этот глупец мне поверит. Когда Алана вбежала в зал, послышался звон, предупреждающий, что сейчас новый князь будет произносить речь и Алана застыла на месте. Понимая, что бежать и делать что-либо сейчас бесполезно. На вершине лестницы появился высокий худощавый парень. Его черные волосы стягивала в хвост черная бархатная лента. Одет он был в черную рубашку и такие же простые черные штаны, этот странный для праздничного приема ансамбль довершали охотничьи высокие сапоги и пояс, на котором висел скрученный бич и нож в простом кожаном чехле с замысловатой вязью по бокам. Этот нож передавался в семье Драгерд от отца к сыну. Дворяне недоуменно переглянулись, послышались шепотки, утихшие, как только Раду заговорил:

— Прошу простить мой неподобающий для праздника вид. Сами понимаете я в трауре. Но не будем об этом, — пожал плечами князь. — Настала моя очередь произносить речь господарей Эрдели вступающих на престол. Не будьте в претензии, что она так коротка: вы арестованы господа! — Раду взмахнул рукой и из-за портьер дверей с балкона, стали появляться люди в военной форме Эрдели. — Вы обвиняетесь в убийстве господаря Эрдели и государственной измене! Ваши связи с Азарией доказаны. — четко выговорил князь. После этих слов в зале началась суматоха. Дворяне возмущались, потом на их лицах стали появляться первые признаки страха, а когда они сообразили, чем грозит им это обвинение, в ужасе забились в руках солдат и стражей. Зала наполнилась ахами и воплями отчаянья. А над всем этим возвышался молодой князь с лицом, не выражавшим ни единой эмоции. Дворян как овец согнали в кучу и не дав опомниться увели в темницу, по всему особняку шныряли солдаты с зеленой лентой на рукаве- тюремная стража. Алана стояла как гром пораженная не понимая происшедшего. Раду подошел к ней:

— Надеюсь, теперь ты довольна моим решением, и поняла, почему я не мог позвать на праздник верных мне дворян?

— Вполне, — с достоинством ответила она, сверкнув глазами.

— Извини, Алана, но я не мог сказать никому, что готовлю заговорщикам ловушку.

— Но почему ты сразу их не арестовал? Ты подверг себя опасности.

— В этой суматохе? Не разбирая правых и виноватых? Нет уж, — проскрипел зубами Раду, — я хочу, чтобы все убийцы моего отца получили по заслугам. — Алана глянула в горящие глаза племянника и поняла, что перед ней отнюдь не мальчишка, которым можно командовать. Перед ней стоял Князь в полном смысле этого слова. — умеешь же ты прикинуться дурачком, — потрясенно пробормотала она:

— Видимо я тебя плохо знаю.

— Да нет. — Пожал плечами Раду, — просто пришлось измениться.

— Я вижу, мальчик мой, я вижу, — грустно улыбнулась Алана.

— Я тоже кое-что вижу, — брови Раду задорно поползли вверх. Он глазами указал на измазанное платье. — Зачем так жестоко обходиться с праздничной одеждой. Так на тебя государственной казны не напасешься.

— Это все из-за моего непутевого племянника, — притворно вздохнула Алана, — не знаешь такого? Их разговор прервал граф Краковский.

— Все арестованы, никто не скрылся, — доложил он, — как вы и планировали.

— Я требую менее жестокого обвинения и приговора, — вскинулся из толпы дворян барон Зира. — согласно дворянскому кодексу, древности моей фамилии и былых заслуг предков. Не ты писал законы князь, не тебе их менять.

— Посмотрим, — недобро вспыхнули зеленым глаза Раду, он повернулся к стоящему рядом графу, — Барона Зира казнить незамедлительно, а вместе с ним тех, кто лично участвовал в убийстве моего отца.

Поднявшаяся волна шума, быстро утихла подавленная тюремными стражниками.

— А что делать с остальными? — невозмутимо поинтересовался граф, указывая мечом на других заговорщиков.

— Остальных? На каторгу, — решил князь, — Пусть отстроят на холме, где убит был мой отец крепость. Это стратегически важный объект для охраны Эрдели, которое они так легко согласись продать. Все семьи мятежников выслать из княжества, имущество изъять в пользу государственной казны. — Только сейчас Алана осознала, какую блестящую операцию провел Раду. Ему пришлось притворяться и идти к своей цели потихоньку. Но зато никто больше не будет считать его глупым и безответственным. Люди будут знать, что их князь не бросит их, не предаст и не оставит преступника безнаказанным.

— Господарь, будет исполнено, — поклонился граф.

— Да, — спохватился Раду, вытаскивая из кармана свиток с гербовой печатью, — теперь вы граф возглавляете Дом Советов. И каждый из находившихся во время пожара в храме получит медаль Отваги. Простым солдатам и местным жителям добавьте денежное вознаграждение.

— Во имя Эрдели! — граф опустился на одно колено, — благодарю, господарь…

…С тех самых пор Раду почти никому не доверяет, настолько, что бы назвать своим другом, вот почему я так удивилась, когда он привел вас, — закончила Алана, глядя в одну точку, — Сумели вы пробить стену, которой он себя окружил.

— А замок?

— А что замок? Как только его отстроили Раду поселил там солдат. Они и охраняют княжество, установив там свои орудия.

***

Пол ночи пролежав без сна, я твердо решила- никогда не спрашивать у Раду о мятеже вспыхнувшем во временя правления его отца. Тем более осуждать за жесткий приговор, вынесенный дворянам. После того, что мне рассказала Алана, я поняла, что Раду бывает не только милый и добрый. Он может быть и жестким и опасным противником, если того требуют обстоятельства. Он определенно из тех людей, тьфу оборотней, кого не следует иметь во врагах. Но рядом с ним я чувствовала себя спокойно. Раду, за последнее время, проведенное с ним я стала лучше понимать его. И, кажется сильно привязалась. Если раньше он вызывал раздражение. То теперь неизменно, вызывает восхищение, правда раздражение тоже присутствует. но нельзя иметь все сразу. в случае с князем меня напрягает его упертость и желание решать все самому. Ну как же князь. И как я поняла никому не доверяющий князь. Хотя после того, что с ним произошло, я бы тоже поостереглась доверять людям. Однако в случае с Раду смотреть надо не н слова, а на поступки. Он ничего не обещает, но делает. Он постоянно выводил меня из себя, но оберегал как мог. Он готов был пожертвовать жизнью ради нас с Эриком. Он не просил признания просто делал. И даже сейчас умудрялся оставаться для меня загадкой. Я была уверена: Раду что-то еще известно. Только мне он об этом не говорит. Ну ничего проблемы с доверием решаемы. Я сделаю все, чтобы Раду смог мне доверять. И ни за что не предам это доверие.1 Вздохнула, невесело улыбнулась. Ну и компания у нас подобралась: Раду, лишившийся при таких ужасных обстоятельствах отца, я лишившаяся при похожих обстоятельствах матери и Эрик никогда не знавший своих родителей. Мда. Наставник бы оценил…Наставник! сердце тревожно сжалось. Что с ним теперь? Хотя я ведь могу посмотреть. Точно могу. В последнее время столько всего навалилось, что я совсем забыла про зеркальце, подаренное Лисом. А если учесть мое последнее с ним общение… Я вздрогнула вспомнив последнюю показанную им картинку. Стоп! Я хочу видеть Яна Ференцева! А не предателя Арта. С такими мыслями я вскочила и начала рыться в сумке. Извлекла на свет заветный артефакт. И с тревожным сердцем заглянула вглубь. Сейчас все было не так как в прошлый раз. Я действовала увереннее и странное дело, я стала чувствовать поток энергии, с которым столкнулась в своем подсознании еще, когда передавала силу Эрику. А значит зеркальце действительно помогает овладеть силой. Я всмотрелась вглубь в зеркальном отражении проступил лес. Потом легкие палатки. Да это же военный лагерь. Возле центрального шатра стоял с перевязанной рукой Ян Ференцев и оживленно что-то доказывал высокому пепельноволосому мужчине в военной форме. Наставник, сердце окатило теплом радости. Он жив, но ранен. И что он делает в лагере военных? Неужели с остальными Охотниками все так плохо? А покажи-ка мне зеркальце весь лагерь и других Охотников. В ответ оно замерцало и погасло. Что? И это все? — возмутилась я. — большие заказы мы не берем, ясно. Спасибо хоть сообщило, что наставник жив. С этими мыслями я отправилась в постель намереваясь еще и там погипнотизировать упрямый артефакт. Но едва моя голова коснулась подушки, глаза закрылись сами собой.

Проснулась поздно утром, ощутив зверский голод. Я наспех умылась, поплескав в лицо холодной водой, оделась в яркое голубое платье, любезно предоставленное мне Аланой, волосы расчесала и скрепила обручем с ярким топазом в центре. Глянула в зеркало. Это не я! На меня смотрела девушка весна, никак не меньше. Яркие глаза подчеркивал топаз. Темно-каштановые волосы, то тут то там отливали медью. Я проказливо улыбнулась и в отличном настроении поспешила вон из комнаты. На лестнице я столкнулась с бодрым и веселым Эриком.