Чтение онлайн

— Хватит! — Девушка чуть не плакала. — Я больше не могу! У меня голова кругом идет.

— Да, кстати, Гаррис мне кое-что объяснил, насчет оформления документов. В крайнем случае обойдемся своими силами. Только забери у него свое свидетельство о рождении, а ему оставь копию. Нет, лучше дай мне, я сам это сделаю.

Она потупилась:

— А не будет это выглядеть так, словно я проявляю к нему недоверие? Неудобно же.

Детектив усмехнулся:

— Перед убийцей-то? — Увидев, что Лиза еще больше расстроилась, он поспешил ее успокоить: — Пусть у нас будет запасной вариант. Так, чтобы ты смогла оформить свои бумажки и без него. И не переживай ты так! Я тебе объясняю все это для того, чтобы ты поняла — верить нельзя никому! Без меня из дому не выходи ни при каких обстоятельствах.

— Хорошо. — Лиза всхлипнула последний раз. — Ты принес от Славика раскладушку?

— Да. Она на кухне. Сегодня ты там спишь.

— Почему я?

— Если убийца проникнет в квартиру в ночное время, он будет искать тебя на твоем собственном диване. Я даже твои тапочки около себя поставлю для пущей достоверности. Так что пусть приходит, я его встречу.

Лиза вздрогнула, но решила не спорить.

Она быстренько постелила Андрею и удалилась на кухню. На раскладушку она расстелила старенький плед, который накрыла ветхой простыней, и вместо одеяла принесла из прихожей свое зимнее пальто. Чтобы лечь, ей предстояло нырнуть на раскладушку рыбкой или проползти по ней змеей — места пройти не осталось.

Заварзин спал чутко. Теперь же ощущение опасности и вовсе лишило его сна. Он вертелся в постели, то и дело запуская руку под подушку, где спрятал газовый пистолет. Андрей был убежден, что убийца не станет стрелять, чтобы не поднимать шума, и надеялся, что вид его оружия отпугнет незваного гостя.

Детектив уставился в потолок, прокручивая разные варианты возможного развития событий. Главное, как говорится, день простоять да ночь продержаться. Как только Лиза вступит в права наследования, киллер станет безопасен — заграничной претендентке уже не будет никакого смысла ее убивать, поскольку наследницей Батуриной автоматически станет мать, наследниками же матери — ее муж или брат Лизы и так далее, родственников со стороны матери в России у Батуриной хватало, и если они не проявляли интереса к девушке, пока она нуждалась в их помощи, то уж на ее миллионы-то слетятся, как мухи на мед. Но это уже не его забота. Он обеспечит ей возможность вступить в права наследницы, получит плату за свои услуги и забудет о существовании этого нелепого «воробушка».

Заварзин вертелся на крайне неудобном диване, стараясь примостить свое худощавое тело так, чтобы в него не впивались торчавшие повсюду пружины. Так продолжалось довольно долго, и в конце концов он все-таки задремал, потому что не услышал, как дверь в квартиру отворилась, а затем была аккуратно прикрыта. Два человека, один из которых держал в руке шприц, бесшумно приблизились к дивану, на котором спал детектив, и замерли в удивлении, не обнаружив там девицы.

— Чё это? А? — шепотом спросил Жирный.

— Заткнись! — прошипел Губа и приготовился всадить иглу в руку Заварзина, не прикрытую одеялом.

Тотчас же детектив резко перевернулся и наставил пистолет на незнакомцев.

Губа среагировал мгновенно. Точным и резким ударом он вышиб оружие из руки не ожидавшего такой прыти детектива. Тот скатился с кровати и едва не сбил с ног растерявшегося Жирного.

— Возьми фраера на хомут! — сквозь зубы скомандовал Губа, бросил шприц на диван и выхватил нож. — Ща я его…

Он не договорил, согнувшись пополам от удара, который нанес ему ногой извернувшийся Андрей. В ту же секунду детектив дернул за щиколотки продолжавшего стоять столбом Жирного, и тот, нелепо взмахнув руками, повалился на пол. Заварзин попытался вскочить, но на него, матерясь, навалился Губа. Они покатились по полу, бестолково молотя друг друга. Жирный забегал вокруг сцепившихся, выжидая, когда подвернется удобный момент ударить мужика, оказавшегося на месте девушки, которую они должны были похитить.

О существовании Лизы увлеченные дракой бандиты забыли.

Она же, мгновенно сообразив, что происходит, ужиком сползла с раскладушки, вооружилась любимой сковородой и тихонько приоткрыла дверь.

Жирный кинулся на оказавшегося сверху Заварзина и замахнулся, целясь ему в висок. На руке его блеснул кастет.

Лиза привидением скользнула к клубку рычавших от ярости мужчин и изо всех сил опустила на голову Жирного свое универсальное оружие. Тот замер на секунду-другую, будто раздумывая, падать ему или нет, и без стона завалился на бок, освободив придавленного им детектива и чуть облегчив участь Губы, который еда дышал под грузом двух тел.

Девушка не колебалась ни секунды: пока Заварзин, сцепивший руки на горле врага — который тоже яростно сдавливал его горло, — соображал, как бы того скрутить, она спокойно обошла сопевших от напряжения противников и, старательно размахнувшись, треснула Губу сковородкой в висок. Тот отключился.

— Отлично, мадемуазель! — прохрипел Заварзин, потирая горло. — Придется мне снизить сумму вознаграждения, поскольку в данной ситуации ты вела себя не как охраняемый объект, а как напарница… А, черт! — Он закашлялся. — Тащи что-нибудь — их связать надо.

Лиза, отбросив переживания, заметалась по квартире. Она выскочила на балкон, отвязала бельевую веревку и потащила свою добычу в комнату.

Заварзин принялся деловито скручивать за спиной руки более опасного Губы.

Лиза, заметив, что Жирный зашевелился, встала над ним, подхватив валявшуюся на полу сковородку.

— Не шуми, — предупредил Заварзин. — Соседи милицию вызовут.

— А пусть вызывают! — воинственно сказала она. — Сдадим этих подонков, и дело с концом.

— Не суетись, мадемуазель, — ухмыльнулся детектив. — Нам с ними покалякать надо. Включи-ка свет и задерни шторы. Будем проводить беседу в теплой и дружественной обстановке.

Лиза поспешила выполнить его распоряжение.

Скрутив Губу, детектив принялся за стонавшего Жирного.

— Можно я его еще разок тресну? — неожиданно спросила девушка.

— Умерь свою кровожадность, — посоветовал Заварзин, подтаскивая к стене Губу.

Бельевая веревка, соединявшая теперь горе-напарников, как парные кандалы каторжников, натянулась, и Жирный застонал громче. Андрей подобрал с полу свой пистолет и нож Губы.

Губа приоткрыл еще мутные глаза и с ненавистью посмотрел на детектива.

— О! — обрадовался Андрей. — Пришел в себя. Теперь можешь врезать тому мешку с дерьмом, чтобы не мешал нашему конструктивному и содержательному диалогу.

Лиза с удовольствием треснула Жирного по голове, и тот покорно уткнулся носом в обшарпанный паркет.

— Чертова бикса! — проворчал Губа.

— Расслабься, миленький, я бы все равно тебя заломал. И оставь, пожалуйста, свой уголовный жаргон! Здесь дама.

— С-сука!

Заварзин неодобрительно покачал головой и с укоризной сказал:

— Мадемуазель? Позволь сковородочку на секунду? Он плохо понимает русский язык.

— Ладно… — буркнул Губа. — Ты, фраер, не знаешь, во что лезешь! Гомон тебе теперь, хана…

— Ага, — кивнул Андрей, — мне, конечно, хана, а тебе — на нарах париться. Сейчас ментовку вызовем — и ваши не пляшут. Отвезут тебя с дружком в хитрый домик. И потянешь ты за разбойное нападение…

— Держи карман! Меня отмажут, а тебе башку отшибут, — упрямо огрызнулся бандит.

— Так и будем препираться? — спросил Заварзин. — Или тебя вырубить и с твоим корешем переговоры вести? Я ведь тебе, прыщ, зла не желаю, я только узнать хочу, кто тебя послал и зачем?