Чтение онлайн

– Я слышала, что после кровопускания надо отдыхать какое-то время, - осторожно ответила я, уже продумывая, как бы незаметно открыть границы, и чтобы никто не понял, что это могу быть я. Может, опять какая-нибудь “случайность” поможет.

– Ну ладно, как только откроются границы, отправимся с тобой в путешествие, - с довольством заявил Дэнни.

Удивилась.

– Ты тоже поедешь? Но ведь это озеро, как ты говоришь, далеко отсюда.

– И что? Не одна же ты поедешь. Как я уже говорил, намерения у меня серьезные, я намерен заслужить прощение.

Пока решила не говорить Денни, что он прощен, но вместе мы все равно никогда больше не будем. Не стану я доверять тому, кто однажды меня уже предал. Ну и к озеру этому, когда представится возможность, поеду без Дэнни, как бы мне не хотелось иметь под боком мага и защитника.

Последние размышления заставили меня задуматься и о Дейрегарте. Осторожно, из-под ресниц, скосила взгляд на сигирда. В данный он лично подливает Майе в кубок какой-то напиток, Майя же капризно кривит губы и показывает на другую бутылку с явно чем-то крепким. Сотем отрицательно качает головой, отказывая Дриш в таком угощении.

Некрасиво все выходит. То что творится между мной и сигирдом. Пусть предает Дэй не меня, но лично мне от этого как-то не легче, от этого поступок лучше не становится. В идеале мне надо держаться до последнего, хочет встреч, пусть тогда объясняется с великой любовью и выбирает, а иначе все это грязно и подло.

И вроде все понятно, но беда в том, что сила воли у меня пропадает, как только я оказываюсь рядом с Сотемом, остается только дикая страсть, и да, если сигирд захочет, он свое возьмет практически без сопротивления с моей стороны.

Ужин закончился, напоследок Дэнни активно завлекал меня а ночевку к себе, а когда я удивилась, что все равно он не может ни на что рассчитывать из-за заклинания, мне улыбнулись сначала невинно, пояснив, что хочет Денни только общения, но потом парень с коварной улыбкой добавил, что на стриптиз, к примеру, заклинание никак не распространяется. Вот что у человека в голове?

Для разговора с Деем я, зайдя к себе, выбрала самую закрытую и непритязательную одежду из своего гардероба. То в чем раньше во время экспедиции убиралась и мыла посуду. Обувь старая и потрепанная. Волосы в некрасивый кривой пучок. Никакой косметики. Ну, и хватит, а то еще палку перегну. В таком виде, думаю, повелитель Золотого Края ко мне сильно приставать не станет.

К назначенному сроку суровый воин отвел меня к Дею. Несмело вхожу в кабинет властителя. Да, сейчас все официально, никаких гостиных, спален и полей. Правда, кабинет сигирда больше напоминает библиотеку. Роскошную, просторную библиотеку с диванами и креслами, ну и весьма привлекательного вида коврами с высоким ворсом, на которых наверняка так удобно и хорошо лежать. Голышом.

Блин, вот о чем я опять думаю?

Сотем сидит за широким, расписанным узорами золотым столом. Мужчина вальяжно развалился в большом кресле, больше напоминающим трон. Сигирд внимательно, с прищуром оглядывает мою фигуру, в глазах его я читаю предвкушение. Предвкушение игры кота с мышкой.

Остановилась как можно дальше от стола властителя. Руки дрожат, поэтому сцепила их в крепкий замок. Я выдержу.

– Присаживайтесь, - Сотем кивнул на кресло, напротив его стола.

Тяжко вздохнув, прохожу и сажусь на указанное место.

Ближайший час сигирд подробно расспрашивает меня о происшествии с конем, требуя пересказать чуть ли не каждую секунду встречи с их святыней. Под конец я не выдерживаю и спрашиваю:

– А что в этом коне священного?

Сигирд весело улыбнулся и пожал плечами:

– Этого никто не знает, но мудрецы говорят, что священный, ловить, ставить его под село и ездить на нем запрещено. Хотя раньше находились желающие несмотря на неизвестный риск. Видите ли, белых коней кроме вот этого священного у нас в мире больше нет. Черные рождаются, с возможностью пересекать грани миров, остальные окрасы лошадей никакими магическими свойствами не примечательны, а вот есть ли какие-то особенности у белого, кроме способности виртуозно лазить по горам, никто так и не выяснил, но выделиться необычным конем хочется.

– Удавалось кому-то оседлать белого?

– До вас никому. Даже был один несчастный случай, когда охотник, преследуя белого жеребца упал со скалы и разбился.

Задумчиво скребу подлокотник кожаного кресла.

– Понятно. Если у вас больше нет ко мне вопросов, я пойду?

– Куда?

– К себе.

– У меня еще много к вам вопросов. К примеру, был ли у вас же мужчина или нет?

Бросило в жар. Опять.

Ответила как можно прохладнее:

– Вас это волновать не должно.

– Это так, но вот отчего-то волнует.

Сигирд, хищно на меня глядя, неспешно поднимается со своего кресла. Нет-нет-нет!

– Не приближайтесь ко мне, - то ли прошу, то ли требую я, следя за тем, как Дей огибает свой большой стол и идет ко мне.

Нервы не выдержали. Вскочила со своего места и ринулась к выходу.

Не успела. Рывок, поворот, и я оказываюсь прижата к столешнице.

Оперлась на стол. Тихо паникую, поскольку. сзади Сотем, который крепко прижимает меня к себе.

Зажмурилась, ощутив, как мужчина медленно гладит меня по бедру.

– Отойдите, - увы, слишком слабо и неуверенно произношу я.
– Иначе я все расскажу Майе.

– Возможно, так даже будет лучше, - задумчиво произносит Дей, от его ответа у меня душа в пятки уходит и одновременно воспаряет в небеса. Он хочет признаться о своем увлечении мной?

– Вы серьезно?
– глаза не открываю. я словно кошка, которую гладит рука хозяина - вот-вот замурлыкаю от удовольствия.

Мужчина гладит мои ноги, талию, одним резким движением, вытаскивает низ рубашки из брюк и кладет руки на живот, осторожно, круговыми движениями вновь гладит, а потом берется за пряжку моего ремня.

Боже.

– Думаю, мне не остается другого выхода, - с нотками печали в голосе говорит правитель и целует меня в шею, отчего я просто улетаю.

В голове каша, мысли мечутся. И вдруг в голове ярко всплывает сцена из столовой, где сигирд отказывает Майе в крепком напитке.

– А вдруг Майя беременна? Уже беременна. Ваши отношения столько значат для мира.

Дей замер. Так мы стоим довольно долго. Мне кажется, сигирд не размышляет. Он просто пытается меня отпустить, но видимо сделать это ему действительно трудно.