Чтение онлайн

Почему мне казались их отмазки брехней? Да потому, что при слове «бал», все начинали мяться и переглядываться, словно не желали посвящать меня в подробности. Чтобы выяснить, что да как, пришлось идти обходными путями, а именно поинтересоваться об этом у самой болтливой сплетницы, которая знала обо всем и всех в замке, вплоть до того, где и от чего издохла мышь.

Потренировавшись на полянке в метании мечей, я не на шутку разозлилась, так как ничего у меня не выходило. Другое дело с заклинаниями, любое наколдованное орудие летело точно в цель, но не причиняя деревьям никакого вреда, рассыпалось прахом, лишь слегка коснувшись коры. К сожалению самостоятельно я смогла освоить лишь иллюзию, тут-то ничего сложного, но вот наколдовать настоящее орудие пока что мне было не подвластно, а вот с реальным оружием я полный профан. Куда уж мне без наставника освоить эту тонкую технику?

С точностью вроде тоже проблем не было, но я либо не могла рассчитать силу удара, либо не могла держать правильно ножи, так как, ударяясь о ствол дерева, нож перерубал его надвое и врезался в стоящее за ним деревце, или же раскрошив кору, падал на землю.

В общем намучавшись и устав от бесплодных потуг, как собака я побрела в замок к Милке.

Милка – помощница, к тому же племянница кухарки была из людей, как и вся прислуга. Худенька девушка лет двадцати пяти, она просто фанатела от существ, принадлежащих к царству ночи, особенную любовь питала к вампирам и Даркарусу. Последний ей быстро вправил мозги, объяснив, что она для него лишь десерт на столе, но не больше, с чем девушка вскоре смирилась, но никогда не отказывала своему объекту воздыхания в глотке своей свежей кровушки.

– Мил, привет! Есть че пожрать? А то я щас кони двину! – Схватилась я за урчащий живот, входя в двери кухни.

Не смотря на вечернюю прохладу и раскрытые окна, в помещении было душно. Не удивительно, ведь в огромной печи тушилось сразу несколько блюд, плюс ко всему чугунная плита была завалена всевозможными кастрюлями от мала до велика.

Я цапнула одну крышку, хотела отодвинуть ее и засунуть туда свой любопытный нос, и тут же обожглась. Со словами «ай, больно кусается», я отошла от плиты. Потирая на пальцах вздувшиеся пузырьки, которые уже исчезали.

– Погоди, вот моя тетка увидит тебя на кухне, еще не так укусит! – Высунула Мила свое раскрасневшееся лицо из-за кастрюли и вытерла фартуком пот с лица.

Девушка выглядела измученной и, судя по огромной кастрюле начищенного картофеля, стоящей перед ней и двух ведер неочищенных клубней, было из-за чего.

– Если что, то ты меня не видела. Лады? – Улыбнулась я, хватая, горячую, парующую булку с противня. Отломив хрустящую корочку хлеба, я чуть ли не целиком впихнула ее в рот, затем мне на мои голодные глаза попалась кровяная колбаса, которую я тоже пихнула в и так уже набитый рот.

– О, ты погляди кака голодна, поди опять голодовку своим объявила!? – Усмехнулась Мила, глядя на то, как я жадно давлюсь халявными харчами.

– Та… не..прошто некода было. – Еле выговорила я, стараясь, чтобы из моего рта не вывалился ни один драгоценный кусочек пищи.

– А ты что тут делаешь, фуражирка? Почему к балу не наряжаешься? – Прозвучал строгий голос пухлой кухарки, которая вошла на кухню с полной корзиной общипанных перепелиных тушек. Женщина прошла мимо нас к разделочному столу, распихивая своей крупногабаритной талией, выпирающую за пределы столов кухонную утварь.

–Вот елки-моталки! – Хлопнула себя по лбу, проглотив последний кусочек. – Совершенно забыла об этом!

– И как можно забыть о бале? – С ноткой зависти цыкнула Милка. – Если б я была богачкой, то ни в жизнь не забыла об этом, и даже за месяц вперед на платьях бы сидела.

Ее тетка согласно кивнула ей и с осуждением взглянула на меня:

– Вот-вот, так что нечего тебе тут делать, иди по добру по здорову, пока ничего нам тут не напортачила.

Доамнулэ Ирис не могла, чтобы не напомнить мне о том давнем случае, когда я была рассержена на своих родственников и добавила им в вино с кровью немного специй. Просто они меня очень сильно разозлили своими запретами и даже лишили десерта за очередную шалость (за какую точно уже и не помню, так как этот список можно перечислять до бесконечности), поэтому-то я и пошла на месть. Соли и перца я тогда не пожалела, кидала целыми жменями, и когда родственники выпили мстительный напиток, то у них на целую неделю сбились вкусовые рецепторы. Кстати говоря, тогда досталось не только мне, но и кухарке Ирис, за то, что подпустила меня близко к кухне. Ей был сделан выговор с последним китайским предупреждением, а я лишилась десерта еще на ближайший месяц в дополнении к основному лишению сластей.

– Хорошо, сейчас убегу, только вот узнаю, по какому поводу банкетик намечается, и тут же скроюсь, только пятки сверкающие увидите.

– А, ты что, разве не знаешь? – Удивилась Милка, оторвавшись от чистки картофеля.

– Откуда же, если все словно в рот воды набрали?! – На эмоциях отозвалась я и развела руками.

– Ну так это ж, твой дядька гостей заморских ждет. Говорят, что все богатые красавчики из «ваших» соберутся. – Добавила девушка уже шепотом и с одухотворенной улыбкой от уха да уха, а затем залилась краской.

Кухарка шлепнула племянницу мокрым полотенцем по заду.

«Кажется, услышала!»

– Выбрось ты это из головы, дуреха! Знаю я тебя! – Рявкнула Ирис, угрожая сковородой. – Я твоей матери обещала, когда брала тебя к себе на работу, что ты будешь жива и невредима!

– Да я ничего такого и не думала! – В свое оправдание засопела девушка.

– Ага! Не думала она! А кто к графу Даркарусу липнет, как банный лист? Узнаю, еще хоть раз, то всыплю тебе, и не посмотрю, что ты моя племянница.

– Ну, тетя! – Протянула Милка с обидой.

Я не стала влезать в семейные разборки и испарилась поскорее, пока самой не досталось, раздумывая над той тайной, в которую меня посвятила Милка.

***

В холле и на лестничных площадках было достаточно оживленно, но я, чтобы не путаться под ногами у слуг, шмыгнула к мальчикам на этаж, но к моей неожиданности там, у дверей мальчишеских покоев, встретила тетушку Лучию, точнее столкнулась с ней нос к носу.

Тетушка, как всегда была великолепна. Дорогое атласное платье с декольте пурпурного цвета, сидело на ней как влитое, подчеркивая ее высокую грудь и тонкую талию. Перчатки под цвет платья облегали руки вампирши до самых локтей. Высокая прическа с упругими темными локонами делала ее лет на сто моложе. Носочки туфелек, торчащие из-под платья искрились бисерной россыпью. И вообще, она вся сияла благородством и аристократическим великолепием, но возможно, это сияние исходило от ее дорогих украшений, которыми она себя обвешала, словно праздничное дерево.

– Что ты делаешь в таком виде? О, да ты только посмотри на себя, это никуда не годится! – Сказала тетушка вместо приветствия, жестикулируя руками. – К полночи в замок явятся гости, а ты выглядишь как деревенская замарашка.

– Я тоже рада была повидаться с тобой! – Фыркнула я, натягивая заготовленную заранее актерскую улыбку на все случаи жизни, и попыталась пройти мимо нее. – Извини, но мне пора?

– Нет, нет. Я тебя никуда не пущу в таком виде.

«Что значит в таком виде? И чем ей не угодила моя внешность?» – Возмущалась я про себя. Выглядела я вполне обычно, без всяких эксцентрических штучек, типа, птичьего гнезда на голове или ожерелья из кроличьих ушей на шее. Вполне все было прилично и обыденно: бриджи и рубашка с жакетом, правда рубашка была помята, а бриджи слегка грязные и потертые, и возможно из косы выбилось пару десятков прядей…. Ну ведь не совсем бабайка же, зачем было меня сравнивать с деревенской замарашкой? Это знаете ли обидно немного.

– Сегодня очень важный день для всех нас, и я тебе не позволю опозорить нашу семью. Пойдем немедленно ко мне, я буду делать из тебя настоящую леди! – С неким воодушевлением и энтузиазмом воскликнула тетя и схватив меня за руку потянула за собой.

Мне не понравился тон тетушки, так как он для меня не сулил ничего хорошего, но сопротивляться своей властной родственнице я не могла, она же мне не мать и вить веревки из себя она не позволяла никому, даже своим сыновьям. Куда уж мне горемычной? Зато она прекрасно могла делать это с другими, в особенности с дядей. Он так и млел под ее томным взглядом, и никогда ей не мог ни в чем отказать.