Чтение онлайн

«Считай, что дело сделано, потому что мне нужны все свободные места в твоём календаре».

Ему не о чем беспокоиться. Они у него уже есть... на всю оставшуюся жизнь, насколько я могу судить.

Глава 11

Тайсон

Я хотел надеть кольцо на палец Колетт в тот вечер, когда привёл её домой, но у меня ещё не было подходящего кольца.

На следующий день, когда она ушла на работу, я отправил грузчиков в дом её отца, чтобы они перевезли всё в наш дом. Мне пришлось пообещать Карсону, что я сделаю ей предложение в течение недели, чтобы он впустил грузчиков.

Они закончили, и я спрашиваю Карсона, можем ли мы поговорить наедине. Он ведёт меня в красивый кабинет, обставленный антикварной мебелью из вишни и украшенный винтажными произведениями искусства. «Никогда бы не подумал, что скажу это, — говорит он, печально качая головой, — но ты напоминаешь мне меня самого, когда я встретил мать Колетт. Мы знали друг друга меньше месяца, а она уже жила со мной и планировала свадьбу». Он подходит к бару, встроенному в дальнюю стену, и берёт два хрустальных бокала.

Я сажусь на удобный кожаный диван, расположенный в небольшом уголке с большим эркером. Через минуту он присоединяется ко мне и протягивает мне напиток, а затем садится в такое же кресло напротив меня.

Откинувшись на подушки, я делаю глоток мягкого скотча, наслаждаясь легким жжением. «Кстати, о свадьбах, — начинаю я. — Ты же знаешь, что я могу купить Колетт любое кольцо, какое она захочет». Я хочу убедиться, что он понимает: я прошу об этом не потому, что ленюсь или не могу позволить себе кольцо. «Но, думаю, мы оба знаем, что больше всего она будет рада носить кольцо своей матери».

Лицо Карсона смягчается, и он задумчиво склоняет голову набок. «Я чуть было не похоронил свою Анжелику с её обручальным кольцом, но друг напомнил мне, что независимо от того, носила его Колетт или нет, это был памятный подарок, который она хранила бы как сокровище. Вместо этого я похоронил её с моим кольцом». Он улыбается мне, и в его карих глазах, так похожих на глаза Колетт, сияет счастье. Он лезет в карман. «Я надеялся, что ты попросишь об этом». Он достаёт маленькую синюю коробочку и протягивает её мне.

Я ставлю свой напиток на столик рядом с креслом и беру протянутый предмет. Открыв его, я вижу потрясающий бриллиант огранки «кушон» весом в пять карат на платиновом кольце с замысловатым плетением и множеством бриллиантов. Что меня удивляет, так это простое платиновое кольцо, расположенное за ним. Кольцо явно недорогое, но оно отлично сочетается с ярким бриллиантом.

«Когда я делал предложение Анжелике, я не мог позволить себе ничего, кроме простого обручального кольца. Потом, когда студия начала приносить доход и нам не нужно было вкладывать в бизнес каждую заработанную копейку, я попытался заменить его другим кольцом. Ей оно понравилось, но она отказалась снимать первое и носила оба кольца до того дня, когда мы потеряли её».

От волнения я едва могу говорить и не решаюсь сказать что-то ещё, потому что буду выглядеть полным дураком. «Спасибо», — хриплю я, аккуратно закрываю коробку и кладу её в карман.

Мы встаём, и Карсон пожимает мне руку, прежде чем проводить меня до двери. Он открывает её, но кладёт ладонь мне на плечо, прежде чем я успеваю выйти. «Я хочу внуков, и чем раньше, тем лучше». Он сжимает моё плечо почти до боли. «Но я хочу, чтобы они родились в законном браке», — предупреждает он.

— Да, сэр, — бойко отвечаю я. Карсон закатывает глаза и отпускает меня, отступая в сторону, чтобы я могла пройти. — Я подожду твоего звонка , — бросаю я через плечо, направляясь к своей машине, и улыбаюсь, услышав его смех позади себя.

Я еду домой и встречаюсь с грузчиками, объясняя им, куда что ставить после того, как они всё распакуют. Я взял отгул на весь день, поэтому, как только они закончат, я кое-что расставлю, а затем снова сяду в машину и поеду в «Гриер Студиос». Когда я приезжаю в офис Колетт, она склоняется над столом, перебирая стопку бумаг, и её сексуальная попка оказывается прямо передо мной. Я прищуриваюсь, захлопываю за собой дверь и запираю её на замок.

Колетт вздрагивает и оборачивается, прижав руку к груди. «Чёрт возьми, Тайсон, — восклицает она. — Ты меня напугал».

Я подхожу к ней, кладу одну руку ей на спину, а другую — на ягодицы и прижимаю её тело к своему. При виде этой картины мой член тут же становится твёрдым, и я делаю так, чтобы она почувствовала каждый сантиметр моей стали. Её глаза расширяются, а с красных губ срывается тихий стон. «Если вот что происходит со мной, когда я вижу твою милую маленькую попку в обтягивающей юбке, то что, по-твоему, происходит с каждым другим мужчиной, который проходит мимо?» — рычу я. Она бросает взгляд на дверь, и на её щеках появляются два розовых пятнышка.

«Когда дело касается твоей работы, она принадлежит студии, маленькая наследница. Но, думаю, я ясно дал понять, кому принадлежит это тело, детка. Всё это чёртово время. Где бы ты ни была. Думаю, ты заслужила ещё одну порку». Она кивает и пытается выглядеть раскаявшейся. Но в её глазах появляется огонёк, и она прижимается ко мне чуть сильнее, потираясь нижней частью тела о мой член. Я вздыхаю и отступаю назад, пока она не оказывается зажатой между мной и своим столом. «Это не совсем подходящее наказание, если оно тебя так заводит». Я наклоняюсь так низко, что мои губы касаются её уха, и говорю: «Ты вся мокрая для меня, Колетт?»

Она делает судорожный вдох, и по её телу пробегает дрожь. Откинувшись назад, я коварно улыбаюсь ей, а затем обхожу её и нажимаю кнопку на пульте, лежащем на её столе. Стена с окнами, выходящими в коридор, внезапно становится непрозрачной.

— Тайсон, — выдыхает она. — Мы не можем...

Я не слышу, что она там ещё говорит, потому что опускаюсь на колени и задираю её юбку до талии. Её чулки доходят до бёдер и держатся на чертовски сексуальных кружевных подвязках. При виде влажного пятна на её шёлковых трусиках у меня текут слюнки, и я, не теряя времени, сдвигаю их в сторону и вылизываю её киску. Она вся мокрая, и я слизываю и всасываю каждую каплю. Колетт стонет, её колени подкашиваются, и она опирается на стол. Уткнувшись лицом ей между ног, я не могу видеть её лицо, когда довожу её до оргазма, но мне нравятся звуки, которые она издаёт от удовольствия, пока я довожу её до пика. Но я не хочу, чтобы их слышал кто-то, кроме меня. «Тише, детка», — напоминаю я ей, и её стоны становятся приглушёнными, вероятно, она зажимает рот рукой.

Зная свою женщину так, как знаю её я, когда она уже на грани, я отстраняюсь и накрываю её губы своими, одновременно погружая пальцы внутрь и надавливая большим пальцем на клитор. Я заглушаю её крик экстаза и продолжаю целовать её, пока её оргазм медленно угасает. Я не даю ей полностью прийти в себя, прежде чем снова завести её. Она вяло протестует, бормоча что-то о том, что больше не сможет. Я отпускаю её губы и рычу: «Ты дашь мне ещё один. Но на этот раз я войду в тебя так глубоко, что ты примешь каждую каплю моей спермы».