Чтение онлайн

Дальнейшая дорога тянулась медленно и тоскливо. Разговаривали мало, погружённые в свои мысли. Никаких инцидентов больше не было, если не считать того, что однажды их попытались ограбить. Это случилось в тот момент, когда мужчины отдыхали в возке, а верховые лошади, привязанные, бежали сзади. Но человек, распахнувший дверцу экипажа, замер, увидев направленные на него сразу четыре пистолета и разглядев двух молодых сильных мужчин, державших их. После этого дверца закрылась, причём почтительно и тихо, а вслед за этим они услышали, как несколько человек ломятся напрямик сквозь придорожные кусты. И всё стихло. Больше их никто не беспокоил до самой Речицы.

Когда экипаж, наконец, въехал в ворота города, Элен не могла усидеть на месте. Она порывалась выйти, чтобы ехать верхом, но муж и брат удержали её.

— Если тебе этого непременно хочется, — сказал Ален, — давай остановимся где-нибудь, где ты сможешь переодеться. В этом платье тебе в седло не сесть. Это немного задержит нас, но мы подождём. Правда, Юзеф? — подмигнув, спросил он.

— Конечно, — ответил Юзеф, — мы подождём столько, сколько будет нужно. Если ты не торопишься, — и он улыбнулся жене.

Элен покрутила головой и вздохнула. Ну, они же знают, что она сгорает от нетерпения оказаться дома, и не станет задерживаться.

Ворота им открыл старый привратник, который, узнав Штефана на облучке, чуть не расплакался, и тут же послал сказать, что вернулась панна Элена. Так что, когда она сошла на землю у крыльца, ей навстречу уже выбегали все, кто был в доме. Она улыбалась, отвечая на приветствия, радость от того, что она, наконец, вернулась сюда, захлёстывала её тёплой волной. И тут она увидела дядю Яноша. Он, хромая, спускался по ступеням и протягивал к ней левую руку, чтобы поскорее обнять возвратившуюся воспитанницу. Правый его рукав был пуст и подколот к камзолу.

— Дядя… — прошептала Элен, а он уже целовал её, прижав к себе. Она тоже обняла его. Потом отстранилась.

— Дядя Янош, как это случилось?

— Это? — кивнул он на правый рукав. — Об этом поговорим после. Долгая история. Сейчас важно только то, что ты вернулась.

— Но…

— Элен, — Янош мягко взял её руку и вдруг увидел кольцо. — Так ты теперь больше не Кречетова? — с улыбкой спросил он и посмотрел туда, где немного в стороне стояли двое молодых мужчин. Потом снова взглянул на воспитанницу. — И как теперь тебя величают?

— Пани Вольская, — улыбнулась немного смущённо она.

— Значит, прислушалась к моим словам, — засмеялся Янош. — Ну, хоть раз ты сделала то, на что я надеялся. А я уж было подумал, что тот молодой человек рядом с паном Юзефом прибыл сюда не в качестве гостя, а в качестве нового родственника. Представь же нас, наконец, друг другу.

— Дядя Янош, этот человек действительно ваш новый родственник! — и отвечая на его вопросительный взгляд, Элен продолжила: — Посмотрите внимательней. Неужели он никого вам не напоминает?

Янош всматривался в лицо мужчины, потом перевёл взгляд на Элен, стоявшую с сияющими глазами и выжидательной улыбкой, и скорее угадал, чем узнал:

— Ален?

— Да! Дядя Янош, мы встретились! Мы нашли друг друга!

Ален подошёл к Яношу, ещё секунда — и они обнялись. В глазах пана стояли слёзы.

— Теперь я стал самым счастливым человеком во всём Польском Королевстве! Видно, Бог простил какие-то мои грехи и позволил мне иметь не только дочь, — он посмотрел на Элен, — но и сына. Вы позволите называть вас сыном, пан Ален?

— С радостью, — ответил тот. — У меня до сих пор был только один отец, которого я любил, оплакивая. Теперь есть ещё один, которого я буду любить и уважать не меньше.

Наблюдая за этой сценой, многие слуги смахивали невольные слёзы, а Юзеф, отступивший в сторону, вдруг почувствовал себя чужим. Только что он испытывал облегчение от окончания их долгого пути; только что, захваченный радостью Элен, забыл о собственной печали. И вот теперь, глядя на счастливых людей, нашедших друг друга, дождавшихся встречи, он с новой силой ощутил себя непоправимо одиноким.

В этот момент Янош, коротко взглянув в сторону ворот, обратился к Элен:

— Дорогая моя… дочь, тебе тоже предстоит знакомство. И тоже с новыми родными. Это нехорошо, не быть знакомой со своей свекровью и золовкой, — он хитро улыбался в усы, совсем как когда-то при разговоре с маленькой Элен. На Юзефа он даже не взглянул.

Элен не сразу поняла, что имеет в виду дядя, а поняв, испугалась за Юзефа, за то, что он сейчас начнёт рассказывать… но додумать она не успела. На дворе раздалось: «Юзеф!» и какая-то девушка с визгом бросилась на шею её мужу. Всё случилось так неожиданно и быстро, что Элен не успела почувствовать ничего, кроме удивления. А Юзеф и вовсе растерялся. Оторвав от себя плачущую и смеющуюся одновременно девушку, он прошептал:

— Каролина, — потом увидел подходящую к нему всё ещё стройную, несмотря на годы, женщину. — Мама…

Все вокруг улыбались, а Юзеф выглядел таким растерянным и одновременно счастливым, что напоминал в эти минуты мальчишку, который, дождавшись, наконец, обещанного подарка, обнаружил, что подарок гораздо лучше, чем он мог рассчитывать.

Когда прошло первое потрясение от встречи, и все немного успокоились, Юзеф представил Элен своей матери и сестре. Пани тепло улыбалась невестке.

— Надеюсь, ваше долгое путешествие прошло успешно? Пан Янош говорил нам, что в России у вас были неотложные дела. Вы смогли их решить?

— Да, пани, полностью, — ответила Элен, коротко посмотрев на дядю.

— Что ж ты меня называешь пани? Ты — жена моего сына, и я была бы счастлива, если ты называла бы меня, как и он, мамой. Разумеется, я не претендую на то, чтобы занять в твоей душе место родной матери, но очень хочу, чтобы мы стали ближе.

— Благодарю вас…мама, — с некоторым усилием выговорила Элен. И вдруг улыбнулась, произнеся вслух это слово. Пани поняла её без объяснений и протянула руки. Две женщины обнялись, почувствовав взаимную симпатию. На это тут же откликнулась Каролина:

— А я? — спросила она, оторвавшись от Юзефа, с которым стояла, обнявшись. — Выходит, что мы будем сёстрами?

— А ты против? — спросили одновременно мать и сын.

— Нет! Конечно, нет! А…вы, пани, не будете возражать? — спросила она у Элен, немного робея. Они были почти ровесницами, но Каролина выглядела гораздо младше. И не по внешности, а по какой-то почти детской манере общения, непосредственности.

— Конечно, не буду — ответила Элен. — Но только с условием: мы не будем говорить друг другу «вы». Хорошо?