Наследница
Шрифт:
– Иди сюда, – потянул меня к себе Димон.
Спустя мгновение я оказалась у него на коленях.
– Повернись ко мне спиной, – прошептал на ухо.
– Ладно, – я развернулась и прижалась спиной к его груди.
Димон расставил ноги в стороны, чтобы я поместилась между ними, после чего он откинулся назад и повлек меня за собой. Далее я ощутила его горячие руки у себя на плечах. Он медленно скользил ладонями вниз по рукам, затем переместился на живот.
– Точно веришь мне? – спросил уже не так бодро, как до этого.
– Да.
И сейчас его руки разошлись, одна поползла обратно вверх, к моей груди, а вторая – к трусикам. Это было прекрасно, но лишь с эстетической точки зрения, на деле, к своему глубочайшему сожалению, я ничего эдакого не ощутила. Да, горячие руки, да, касаются кожи в предположительно эрогенных зонах, ну и, пожалуй, всё.
– Тебе нравится? – спросил Димас, а у самого уже и сердцебиение участилось, и дыхание стало более глубоким. На него эта процедура «познания чувственности» оказала куда больший эффект.
– Думаю, нам пора остановиться, – я немного отстранилась от него.
Он не стал возражать, прекратил свое большое путешествие по моему телу тут же. Вот, за что я его особенно уважала всегда, так это за выдержку.
Мы смотрели друг на друга, Димон ждал каких-то слов, каких-то выводов, я же решила поцеловать его, чтобы не обидеть молчанием, поскольку говорить было нечего. Все-таки, он чудесный человек и замечательный парень.
Так получилось, что я встала на четвереньки лицом к нему, поза вышла слишком откровенной, в результате Димас резко выпрямился и, не дожидаясь каких-либо намеков, припал к моим губам.
Когда мы возвращались в казармы, я не переставала мысленно ругать себя. Блин, вместо того, чтобы объясниться в нелюбви, дала ему надежду. Ну, не дура? Как меня так угораздило, ввести в заблуждение человека, которым дорожила больше всего на свете? Выходит, я немногим лучше подонка мажора… Хорошо одно, утренние боли прошли, а плохо то, что пробудились муки совести.
А ветер все дул, нес за собой ароматы травы, прелой земли, даже леса, хотя отсюда тот был далеко. Но помимо всех этих природных запахов, мой нос уловил запах Димона – смесь из порошка, каким он стирал свои вещи и чего-то еще, что не описать словами, этот запах лишь можно ощутить, он разливался теплом по телу, был таким дорогим и близким, привычным. Как же мне изменить себя? Как суметь полюбить? Ведь я не представляю будущего, где рядом нет его.
От мыслей отвлек далекий гул, уже скоро я увидела черное авто. Порш медленно катился по проселочной дороге, от этой картины у меня аж скрутило все внутри. Мерзавец так и продолжает таскаться сюда. Тогда я инстинктивно подошла к Димону и схватила его за руку.
– Эй, поаккуратней, – довольно улыбнулся он. – Оторвешь.
– Пошли быстрее, мне холодно, – пробормотала и ускорила шаг.
– Ты смотри-ка, какие перцы к нам в Жопицу пожаловали, – произнес Димас, когда мы проходили мимо авто. – Крутая тачка.
Я же смотрела на водителя, мажор сидел в солнечных очках и с застывшей ухмылкой, следил за нами.
Послание десятое
С тех пор, как светлым духом ангела Аверия завладел Люцифер, прошло много времени. Елейла боле не подводила своего хозяина, она служила ему беспрекословно, чем вызывала в сатане все больше интереса. Чего нельзя было сказать об Абигоре, он отказался сопровождать Елейлу, ибо она вступила с ним в серьезный конфликт, каждый раз отказываясь исполнять волю главнокомандующего. Вскоре сатана передал падшую под покровительство Небироса, все же тот имел больший успех у женщин, умело находил к ним подход. И это решение оказалось правильным, по крайней мере, прекратились бесконечные споры.
На пару с Небиросом Елейла осуществила пять удачных вылазок на землю, результатом которых стали еще четыре плененные души Небесных воинов. Что сказать, Небирос ликовал! Он давно жаждал вернуть расположение Владыки, а как следствие и место главнокомандующего Адской армией. И помощь Елейле в этом случае была лучшим способом достичь поставленных целей.
Абигор предпринял еще попытку поговорить с Люцифером о неуправляемости падшей, однако встретил резкий отпор. Безусловно, демон понимал причину столь теплого отношения Владыки к деве, и это-то его волновало больше всего. А Небирос тем временем активно добивался расположения Елейлы, всячески угождал ей, восхищался ею, он не приказывал и не повелевал, Небирос хитростью добивался подчинения, по крайней мере, он так полагал.
Как-то раз, когда дева вернулась из очередного похода, в казарме ее встретил Абигор. Он стоял у большого полотна на стене, на котором демон пронзал мечом воина Света. Елейла вошла и хотела уже сесть за стол, как главнокомандующий повернулся к ней, окинул взглядом, преисполненным презрения.
– Ты всем довольна? – спросил он.
– Вполне.
– Тебе приятна компания Небироса? Он прекрасно ладит с женщинами, все-таки многовековой опыт демона искусителя имеет свои плюсы.
– Небирос глуп, – заключила Елейла и все же села за стол.
– Прости?
– Он самолюбив до безобразия, алчен и, повторюсь, глуп. Не то, что ты…
– А что я? – Абигор медленно подошел к столу и, упершись в него руками, подался вперед.
– Ты честолюбив и предан Владыке. Качества настоящего воина. Однако, есть у тебя одна особенность. Она сойдет как за достоинство, так и за недостаток.
На эти слова демон лишь вопросительно вскинул брови.
– Ты не искушен. Тебе есть, куда падать. Я же права? Владыка сделал на тебя ставку, но ты растеряешься, когда столкнешься с природой чувств. Мы с тобой в этом похожи. Нами правят иные силы, тогда как Вселенной правят чувства. А Небирос давно поддался искушению, поэтому он все еще превосходит тебя в некоторых моментах. Правда, достойнее его это не делает. Жаль, что мы с тобой не сработались, если так можно выразиться.
Слова Елейлы поставили демона в тупик, отчего он возненавидел ее еще сильнее. Абигор не признавал поражений, а здесь он оказался бессилен:
– Далеко пойдешь, демоница Елейла, – нехотя усмехнулся он.
– Все пытаешься рассмотреть во мне угрозу. В том твоя главная ошибка. А Небирос пытается вернуть некогда свой статус, на остальное ему плевать. И страшиться тебе стоит не меня, а его. Он оскорблен, унижен и зол. Такие демоны безрассудны, они начинают вести себя как безликие. Но вы все упорно не хотите этого признавать.
– Небирос мне не соперник.
– Конечно, не соперник, – снисходительно улыбнулась дева. – Если мои слова для тебя пусты, то прислушайся хотя бы к Ваалбериту, он мудрый демон, мудрее нас всех.
В нежелании продолжать беседу, Абигор покинул казарму, а падшая осталась сидеть. Она вытянула руки на столе, затем опустила на них голову. Елейла за все время, проведенное здесь, многое поняла. Если в Небесном дворце ей достаточно было следовать заветам Отца и приказам наставников, ибо остальное не имело для дела никакой важности, то здесь пришлось задействовать всю свою хитрость, здесь каждый жаждал выставить себя в выгодном свете перед Люцифером, сместить конкурента, а лучше и вовсе уничтожить. Безусловно, падшая была вне конкуренции, поскольку имела для сатаны большую ценность, но ее положение все же могло измениться, послушай Люцифер Абигора, потому-то она и выбрала себе в покровители Небироса.