Чтение онлайн

Буйный хмурится, но после шаг назад делает, ещё один.

Я захожу в спальню сына вместе с хлопком входной двери.

Глава 20

– Злата! У нас праздник?
– Катюша с самого утра крутится на кухне. С интересом поглядывает на обилие еды. Завтрак сегодня на любой вкус.

А кто виноват? Эмир. Чертов Сабуров. Он сдержал своё слово! С утра уточнил: проснулась ли я; а после прислал пакет. Со всевозможными завтраками. И английский, и французский… Проще сказать, какого завтрака тут нет. Еду Эмир прислал через курьера. Хотя тот выглядел так, как будто привык стрелять по утрам, а не завтраки доставлять. Видимо, сам Буйный побоялся появляться на моём пороге. Не хочу я его видеть! После его наглых поцелуев… Еда бы полетела прямо ему в рожу. И мужчина это прекрасно понимал. Вчера он остался цел лишь благодаря тому, что проснулся Мир. И спас отца от болезненной и неминуемой гибели.

– Как вкуфно, - Катя жуёт тост, тянется за соком. – Ты чудо.

– Мгм.
– Я решаю не раскрывать настоящего "повара", пока Катюша не поест. Из гордости ведь откажется. Она очень похожа на меня. А у меня нет желания готовить, когда столько еды пропадёт.

Мир капризничает, так как плохо спал ночью. Тянет ко мне ручки, упрашивая взять к себе. Я усаживаю сына на свои колени, разрезаю для него блинчики. Мир с двойным энтузиазмом уплетает завтрак.

– Очень вкусно, - нахваливает сестра. – Спасибо, Злат. Завтрак просто чудо!

– Можешь поблагодарить Эмира, - аккуратно подсказываю я.

– Фу. Я чувствовала, что с едой что-то не так. Кажется, я отравилась. Да, мне плохо. Так ему и скажи!

– Катюш…

– Я сама скажу! Дай мне его номер, я сама напишу, как он отвратительно готовит.

– Это в его ресторане готовили.

– Ну… Ясно почему он пропал на четыре года. Он от недовольных клиентов прятался. Дашь номер?

Я киваю. Надиктовываю, стараясь не показывать улыбку. Катюша старается выглядеть взрослой и разгневанной, но она ещё такой ребёнок. А с выносом мозга справиться отлично, я не сомневаюсь. Ей много есть что сказать Эмиру. И это будет честно. У меня была возможность выплеснуть эмоции, высказать всё наболевшее. Сестра заслужила того же шанса. А когда выговорится… Будет видно.

До обеда я вожусь с детьми, а после оставляю их с няней. Я еду в мастерскую. У меня заказ. И хоть точных сроков не обсуждали, но всё равно нельзя затягивать. Особенно учитывая сумму аванса.

По дороге я разбираюсь с задачами от начальницы. Анжелика сходит с ума перед открытием новой выставки. Час Х всё ближе, в последний момент многое решается. И хотя начальница не просила приезжать напрямую в галерею, но очень многое я решаю по телефону. Созваниваюсь с кейтеринговой службой, когда сажусь в такси. По дороге обсуждаю статьи с журналистами.

– Нет-нет! – Зажимаю плечом телефон, стараясь открыть дверь. Спорю с клинингом. – Нужно именно в пятницу провести уборку. У нас важное мероприятие.

– У нас накладка, - лепечет девушка. – Мы извиняемся, что так произошло. Мы можем в субботу и…

– Это поздно будет!

– К сожалению, мы ничего не можем поделать. Произошла ошибка в системе, когда мы вас бронировали.

– Тогда перенесите кого-то другого! Мне плевать, как вы это сделаете, но в пятницу в десять утра я ожидаю вас. И если вы не появитесь… Я сделаю так, что ни одна другая галерея вас не наймёт. Вы поняли меня?

Я с раздражением швыряю телефон на столик, прижимаю ладонь ко лбу. Прикидываю, кого ещё я могу нанять. Но фирма, в которую я обратилась, лучшая. Они используют специальные химикаты, которые никак не повредят картинам своими испарениями. Найти замену – невозможно, особенно в такие сжатые сроки. Но уступать я не намерена. Их ошибка – пусть исправляют.

Я останавливаюсь возле мольберта, но понимаю, что кисточка подрагивает в моей руке. В таком состоянии ничего не получится. Я на нервах. Взвинчена. Ещё и Эмир со своими поцелуями… Кисточка выпадает из моих пальцев. – Черт!
– Ругаюсь, пинаю стул, который стоит рядом. Он врезается в стол, баночки с красками шатаются и звенят.

У меня такое состояние, что я не здание подожгу, весь район выжгу к чертовой матери.

Творчество - неконтролируемый процесс, но я должна взять себя в руки. Сделать эту работу. Потому что заказчик не будет ждать вечность. А я уже взяла деньги, я их потратила. Мне нужно как-то справиться с эмоциями. Очистить голову.

Я медленно дышу, прикрыв глаза. Начинаю успокаиваться, направляю мысли к приятным воспоминаниям. Кожу перестаёт покалывать от гнева, нервозность дымкой сползает с тела. Ещё немного и…

– А ты бываешь угрожающей, Зла-та.

Сукин сын!

Я резко оборачиваюсь. Взвинченность возвращается волной, накрывает меня с головой. Мир красным окрашивается, когда я вижу Буйного. Так нагло ворвавшегося в моё убежище. И гнев внутри бурлит, просит освобождения. Находит свою цель. Вчера Эмир спасся. Сегодня… Сегодня ему так не повезёт.

***

Я на нервах. Взвинчена. Эмир со своим наглым видом ещё больше распаляет меня. Я пытаюсь сосредоточиться, но его присутствие разрушает всё вокруг, будто торнадо.

— Чёрт возьми, Эмир, что ты тут делаешь?! — Кричу, сжимая кулаки до боли. Каждая его провокация — как спусковой крючок, и я не могу больше держать себя в руках. Ему было мало вчера?! Он решил, что бессмертный?!

Буйный делает шаг вперёд, безразлично пожимает плечами, чем доводит меня до ручки. Вот так, будто ему совсем пофиг.

— Тебя раздражаю, как вижу, — с насмешкой отвечает он, и это ещё сильнее заводит меня.

— Исчезни! — Выдаю ему в лицо. — Ты не понимаешь?! Не лезь ко мне! Всему есть предел, Эмир! Ты уже перешел все границы!

— А если я не хочу? — С ухмылкой отвечает он, подходя ближе.

Я отступаю назад. Шаг. Еще один. Но комната маленькая, а я рисовала около стены. Поэтому именно в нее и упираюсь лопатками. Все. Я в ловушке. Отступать больше некуда.

Эмир медленно подходит ближе, и я чувствую, как напряжение между нами накаляется до предела. Он как будто совсем не чувствует, что я на пределе. Или наоборот? Ему это и нравится.

Гнев поднимается во мне с новой силой. Не раздумывая, хватаю первую попавшуюся банку с краской и швыряю в его сторону. Эмир едва успевает уклониться, но на стене за его спиной остаётся яркий мазок. Он смеётся, будто ему всё это весело.

— Совсем с ума сошла? — Ухмыляется Буйный, но в глазах мелькает что-то другое, опасное.

— Я же сказала - уходи! — Кричу.

— Размечталась, — произносит он, подходя ближе.

Бросаю ещё одну банку, на этот раз не мажу. Красная краска пятном ложится на его рубашку, и он резко хватает меня за запястье. Я не сдаюсь, пытаюсь вырваться, но он слишком силён.

— Хватит! — Рычит, притягивая меня к себе. Мои руки оказываются прижаты к его груди, пальцы испачканы в краске, но мне всё равно. Я смотрю на него с вызовом, тяжело дыша.