Чтение онлайн

Может, он даже проникнется своей человеческой природой и с радостью примет себя таким, каков есть? Рил ведет его именно в этом направлении... если допустить, что кто-то вообще может руководить Террзом.

Поймав взгляд путешественника, она улыбнулась ему, и Феннахара поразила и порадовала теплота этой улыбки.

А вот и сын. Внешне, как всегда, сдержан и невозмутим, но Верран показалось, что она уловила легкий оттенок душевного смятения.

–  Феннахар, разве эта безграничная пустота не наполняет вас чувством одиночества?
– Террз мельком взглянул на звезды.
– Непостижимый простор... отсутствие стен, потолка... разве не внушают они ощущение собственной незначительности, даже уязвимости?

–  В чем-то вы правы, - согласился Феннахар, но я бы не сказал, что это так уж плохо. Не слишком приятно, когда тебе напоминают о твоем истинном месте во Вселенной, но, пожалуй, это весьма полезно.

–  Так вы терпите неприглядность Поверхности ради духовного самосовершенствования?

–  Духовного само...
– Феннахар расхохотался, и смех его эхом разлетелся над холмами. Но, заметив слегка уязвленный взгляд собеседника, он подавил вспышку веселья: - Простите, Террз. С вашей точки зрения вопрос вполне резонный. Но на мой взгляд, предположение, будто мы "терпим" землю и небо, вопиюще нелепо. Я, как и большинство других людей, нахожу их прекрасными.

–  Но в чем заключается эта красота? Допустим, ландшафт небезынтересен. Но сказать, что он красив?.. Увольте. Особой красоты я тут не нахожу.

–  Оглянитесь! Посмотрите, как величественны эти суровые зазубренные отроги...

–  Безжизненны и неприглядны, к тому же их хлещут ледяные ветры.

–  Мне эти прохладные свежие бризы несут ощущение жизни и свободы, а воздух пещер представляется тяжелым и спертым.

–  Как, наше благодатное тепло? Да оно - само совершенство!

–  Тогда обратите внимание на разнообразие изысканность и многосложность окружающей нас растительности, а ведь это лишь малая толика того что можно встретить на Поверхности.

–  Согласен, флора Поверхности богата, тогда как в пещерах не растет ничего, кроме грибов. И все же разве может недолговечная земная растительность сравниться по цвету, блеску, безупречности и постоянству с нашими кристаллическими образованиями, сохраняющими первозданную красоту на протяжении не одного великого вена?

–  У цветов есть одно неоспоримое преимущество, - заметила леди Верран.
– Они живые.

–  Аргумент верный, но к делу не относящийся, мама.

–  Возможно, ты изменил бы мнение, если бы хоть раз увидел настоящий цветок, вдохнул его аромат... особенно аромат розы. А без этого как ты можешь судить?

Террз промолчал.

–  Посмотрите на небо, - продолжил Феннахар.
– Звезды, дивная луна... Неужели они не будоражат ваше воображение?

Террз поднял глаза, и его взгляд невольно оказался прикован к лику луны, точно она заворожила его.

–  Они... не сказать, чтобы так уж неприятны, - наконец признал он с крайней неохотой, словно слова вытягивали из него силой.
– Такое ощущение, будто в них заключен какой-то смысл, разгадать бы его... Может, при помощи высшей магии...
– Он помолчал, потом как будто опомнился.
– Но их свет холоден и тускл, и ни в коей мере не сравним с излучением камня.

–  В таком случае вам наверняка бы понравился свет фонаря или огонь свечи, они дают и яркость, и тепло. А если вам не по душе пустоши Назара-Сина, возможно, приглянулись бы городские сооружения с надежными стенами и крышами. Или зеленый полог леса. Мир разнообразен до беспредельности, Террз, разнообразен настолько, что не передать словами. Чтобы не ошибиться в суждениях, надо прежде всего его увидеть.

Террз ответил не сразу, и леди Верран удивленно на него поглядела. Обычно ее сын мгновенно отвергал даже старательно замаскированные намеки на возможное исследование Поверхности. Но на этот раз он стоял, сложив на груди руки и склонив голову, в глубоком раздумье, должно быть, под впечатлением слов Феннахара. Она с замиранием сердца ждала его ответа. Наконец Террз поднял глаза.

–  Может ли статься, что...

Вопрос так и остался незавершенным, потому что в это самое мгновение Нид, стоявший в одиночестве на вершине холма, громко зашипел и заверещал. Люди умолкли, и мутант повторил свои сигналы.

–  Он предупреждает нас о чем-то, - сказала Феннахару Верран, и все трое без лишних слов поспешили вверх по склону. Нид напряженно вглядывался в даль. Увидя, что спутники подошли совсем близко, он поднял громадную лапу и с тихим посвистом указал куда-то во тьму. Верран проследила глазами по направлению руки и, глядя на юго-восток, к Ланти-Юму, сумела различить тусклую россыпь оранжевых огоньков, мерцающих среди скал. Сердце ее отчаянно забилось.

Увидели огоньки и остальные.

–  Костры, - ровным голосом прокомментировал Террз.
– Они вернулись.

–  Гвардейцы?
– спросил Феннахар.

–  Они. Это был всего лишь вопрос времени, - ответила за сына Верран.

–  Верран, вам, Террзу и Ниду нужно немедленно убраться отсюда. Не думаю, что гвардейцы предпримут атаку до рассвета. К тому времени мы будем уже на полпути к Гард-Ламмису. А там я посажу вас на корабль, отправляющийся в Стрелл...

–  Нет, - с ледяным спокойствием сказал Террз.
– Мама может поступать по своему усмотрению, Нид последует за ней. Но я свой дом не брошу.

Феннахар смотрел на него во все глаза.

–  Это безумие. По-моему, вы не понимаете всей серьезности ситуации...

–  Все он понимает, Рил, - вздохнула Верран.
– Но вам не удастся убедить его изменить решение. Что до меня, сына я, конечно, не брошу.

–  И что дальше? Укроетесь с вардрулами где-нибудь в недрах? Наверняка в пещерах найдутся ходы, куда гвардейцам не добраться...

–  Нет, мы не станем ни прятаться, ни бежать, - сказал Террз.

–  У вас нет иного выхода.

–  Один все же есть. Мы будем защищаться.

–  Вы сами не знаете, что говорите. Послушайте, друг мой, неужели вы всерьез решили, что можете тягаться с гвардейцами? Вас наверняка убьют, и ваших друзей вардрулов тоже. Не говоря уже о вашей матери, гибель которой будет на вашей совести. Вы этого хотите?

–  Пусть некоторые из нас погибнут, - бесстрастно произнес Террз, - но это невысокая цена за мир и будущее безмятежное существование. Жертва вполне оправданная и в высшей степени гармоничная. Как можно страшиться воссоединения с Предками?

Феннахар в отчаянии покачал головой.

–  Ничего не понимаю. Смею только предположить, что жизнь несколько предпочтительнее смерти. А насчет обороны пещер... К битве вы абсолютно не готовы, ведь вардрулы по природе своей не воины - слишком добры, слишком утонченны.

–  Ничто не лишено способности меняться. Кланы охотно отразят нашествие убийц.
– Террз поднял руку, предвосхищая возражение.
– Феннахар, на споры нет времени. Не пройдет и багрянца, как гвардейцы будут здесь, надо подготовить достойный прием. Я ждал этого момента. Будьте уверены, мы встретим их во всеоружии.
– И не дожидаясь ответа, Террз резко развернулся и направился вниз по склону к входу в пещеры.