Чтение онлайн

– А что любишь?

– Животных, – признаюсь, – я ведь на ветеринара учусь. Думаю, это итак понятно. А ты тоже?

– Что?

– Тоже животных любишь? – поясняю.

Парень немного сбивается. Будто мой вопрос очень сложный. На секунду его лицо преображается и на нем проскальзывают едва уловимые эмоции. Неприятные эмоции. Хотя, может, мне просто показалось. А может он уже пожалел, что связался со мной? Думал, я тут же брошусь ему на шею? А я про каких-то животных болтаю. Ведь я та еще душнила. Может ему просто легкого секса хочется, как и Мирону, разочаровано проскальзывает в голове.

– Да. Да, – отвечает слишком поспешно, – животных, конечно, люблю. Всех этих милых маленьких песиков и кошечек.

Опять мне слышится что-то странное. Будто его слова лишь ширма, за которой прячется нечто… Прямо как тьма в глазах Мирона…

Тьфу ты! Опять я о нем думаю. Надо заканчивать. Мы и не увидимся больше.

– Если хочешь, можем посидеть в столовке? – предлагаю.

Если откажет, значит я точно не так его поняла, и он заговорил со мной только из вежливости. Но Максим соглашается. Даже приободряется слегка. С лица уходит странный налет непонятных эмоций. Разобраться в которых, я не в силах. Да и не хочу заморачиваться. Может о чем-то своем просто в этот момент думал. Может у него мама болеет или сестренка попала в неприятности. Есть ли у него вообще сестра?

Мы добираемся до столовки и болтаем минут пятнадцать. Я успеваю выпить чашку чая и сгрызть огромную слойку с сыром и ветчиной. Их здесь готовят просто божественно. А для студентов даже заочников еще и не дорого. Видимо учебное кафе спонсирует местная администрация, поэтому и цены не кусаются, не то что в городских. Туда я никогда не хожу. Не по карману мне.

Болтаем о всякой ерунде. Грядущей сессии. Макс рассказывает о своей семье. Я о своей молчу. Если честно, рассказывать о том, в какой нищете мы живем, неловко и может даже стыдно. По крайней мере портить приятный момент и жаловаться на жизнь не хочется. Поэтому на все вопросы отвечаю косвенно.

Да есть брат. Младший. Школу заканчивает. Мама… работает. Да. Дом свой есть… в деревне. На этих словах Макс присвистывает. Начинает говорить, как он мечтает о своем доме в деревне, но родители не хотят покупать. Молчу. Просто слушаю и киваю. Наверняка его родители совсем другой дом имеют в виду. Где-нибудь в элитном коттеджном поселке недалеко от города. А не в той дыре, где выросла я.

Из рассказа понимаю, что между мной и Максимом огромная социальная дыра. Нет. Я и раньше знала, что он не бедный мальчик. Учитывая, на какой тачке ездит. Все из группы мечтают, чтобы он их просто прокатил. Но Максим никогда никого не подвозит, словно боится сиденья испачкать.

У его папы свой бизнес. Сеть крупный магазинов. У мамы свой салон красоты. Конечно, проспонсированный на деньги отца. Но тем не менее прибыльный. Никакой сестры и в помине нет. Мама ни в какую не захотела заводить второго ребенка.

– Она не хочет портить фигуру, – Макс словно немного жалуется.

Хотя ведь это его мама. Как он может говорить о ней в таком пренебрежительном тоне.

– Возможно, первая беременность далась ей не просто, – пытаюсь заступиться.

– Арина, ты очень добрая и очень наивная. Именно поэтому ты мне нравишься. Давай почаще общаться.

Теряюсь от такой прямолинейности. Но нравиться ведь можно по-разному. Не все же утыкается в секс, как у некоторых. Перед глазами снова образ из прошлого. Лихое выражение лица и этот взгляд, от которого плавится все внутри. Мирон хоть и не выглядит плохим парнем, но вся моя интуиция кричит, держаться от него подальше.

Трясу головой, возвращаясь в реальность.

– Давай, конечно, – киваю.

В конце концов просто общаться, что в этом плохого. У меня в этом городе и друзей нет. Так и не завела.

– Скажи тогда свой номер.

Диктую и он записывает. Я не делаю ничего плохого. Так почему на душе так не спокойно. Перезванивает мне и тут же сбрасывает.

– Меня тоже запиши, – кивает.

– Конечно, – тянусь за телефоном, чтобы не забыть.

Вижу еще пять пропущенных. С неизвестного номера. Цифры одни и те же. Значит звонил один человек. Может мама с чужого? Может с Вадиком что случилось?

– Макс, слушай… У меня тут… дела. Бежать надо.

Неудобно. Но в нашей деревне случится может все что угодно. Начинаю с вечно пьяного соседа, любящего на своем дворе размахивать топором, и кончая пожаром. Только в том году два дома под чистую сгорело. Чудом остановить успели, пока на всю деревню не перекинулось. Повезло, что ветер не сильный был.

– Конечно, Арина. Иди. Я напишу тебе или позвоню. Может в кино сходим?

– Кино? – голова уже забита самыми плохими сценарии и о парне, которому еще минуту назад улыбалась, совсем не думаю, – хорошо. Давай, потом обсудим.

Срываюсь с места, бегу в гардероб, попутно набирая маму. Она не отвечает. Получаю куртку по номерку и перезваниваю на тот номер, с которого пять раз звонили. Выскакиваю наружу.

Сердце бешено бьется в груди, пока слушаю длинные гудки. Пока пересекаю небольшой двор. Бегу вдоль высоких уже давно облетевших кленов. Едва не поскальзываюсь на корочке льда и взвизгиваю, когда из-за соседнего дерева ко мне тянутся руки. Крепко до боли хватают за плечи и утягивают в густую темноту, куда не достает свет фонарей.

Сильные руки неожиданно быстро пробираются под куртку. Собираюсь крикнуть. Позвать на помощь. Но большая ладонь накрывает рот. А в ухо уже льется смутно знакомый и такой гипнотический голос.

– Здравствуй, Ариша. Как поживаешь? Скучала?

– Мирон, – выдыхаю сквозь его пальцы. Продолжая ощущать, как вторая ладонь прокладывает путь к моему нижнему белью. Безумие! – Что ты здесь делаешь?

– Проходил мимо. Ты ведь в этом универе учишься. Ветеринаром будешь. Нравится лечить животных.

– Откуда ты знаешь?

– Просто знаю и все. Не дергайся, кошечка. Ты так вкусно пахнешь.

На мгновение понимаю, что мне даже отбиваться от его объятий не хочется. Рядом с ним так неправильно хорошо. Так опасно приятно. Он незнакомый мужик. Опасный, судя по тому, что кричит интуиция. Но когда я ее слушала? Уж точно не тогда, когда осталась на ночь, несмотря на нового притащенного мамой пьяного хахаля. В тот день мне просто повезло. А еще дверь оказалась очень скрипучей. Но ведь могло все сложиться иначе.

– Мирон! Пусти! – наконец привожу голову в порядок.

В ней становится подозрительно пусто с ним рядом.

– А что мне за это будет?

– Твое достоинство не пострадает.

Готовлю пятку для удара.

– Ой, ой! Напугала.

Но хватку ослабляет. Достает наконец-то свои пальцы из моих… О боже! Когда он успел добраться до трусов? И где отдыхали мои мозги все это время?

Оказавшись на свободе, делаю сразу два шага назад. Но Мирон не проявляет агрессии. Выглядит, как кот, наигравшийся с мышью. Довольный. Слегка расслабленный. А я глупенькая подумала, что он меня тут насиловать будет. И, конечно, испугалась. Испугалась ведь?