Чтение онлайн

Наплевав на все правила приличия, оттолкнула Галину Николаевну в сторону, чтобы войти в квартиру и кинулась в нашу с братом комнату.

– Ваня?! Ванечка?! – не хотела показывать слабость, но слезы хлынули из глаз, когда мальчик выскочил мне навстречу и уткнулся носом в плечо, повиснув на шее.

Казалось, мы не виделись целую вечность, и меня рвало на части от стыда за то, что я оставила Ваню наедине с тёткой.

– Тата, ты где была? Я думал, ты меня бросила… – всхлипывая, прошептал брат и до боли стиснул шею, будто боялся, что я снова пропаду.

Мне тоже хотелось обнять мальчика сильнее, но я боялась причинить ему боль. Целовала его щеки, утыкалась носом в макушку, стараясь надышаться его запахом. Мама всегда говорила, что дети пахнут счастьем. Ваня пах домом и парным молоком, а ещё он пах семьёй, которой я лишилась, и это терзало мое сердце, рвало душу на части, потому что у меня не осталось выбора. Я не могла взять его с собой и не могла остаться с ним.

– Прости, малыш… прости… как ты? Как ты себя чувствуешь? Болит что-то? Голодный? – спустила ребёнка с рук и начала как истеричная мамаша осматривать его со всех сторон и ощупывать.

– Агаточка, ну что ты! – приторный до тошноты голос тетки раздался сзади, и я обернулась, интуитивно задвигая Ваню себе за спину. – Что подумает твой друг, если услышит подобное? Скажи, Ванечка, ты же не голодный? Тебе же хорошо было с тётей Галей?

А, ну всё ясно. Опекунша рассмотрела Райского, оценила степень опасности и включила свои актерские способности. Решила, что я домой хахаля притащила, с которого можно вытянуть бабла, вот и запела соловьем.

– Всё хорошо, Тат. Я не голодный, – пошёл на поводу у Галины брат, но я его за это не винила.

Мне не нужен был его честный ответ, я итак всё прекрасно знала. Хотя искренне была благодарна ей за то, что не отказалась от него.

– Ну, так чего же слёзы лить? Идемте к столу. Я как раз пирог испекла, – всплеснула руками тетка и унеслась на кухню, вероятно, обхаживать расположившегося там Райского.

Пирог? Серьёзно? Я попала в другую реальность или Галину все это время бесило лишь моё присутствие?

– Всё нормально? – еще раз уточнила, и Ваня кивнул головой.

В кухню идти не хотелось, но оставлять Кирилла наедине с опекуншей не хотелось ещё больше, поэтому я взяла Ваню за руку и поплелась вместе с ним следом за теткой.

Да уж… Будь я слабым полукровкой, не покидавшим территорию оборотней, то сдох бы прямо на лестнице. Вонь стояла неимоверная, но чтобы не смущать Агату, я сделал вид, что ничего не вижу и не чувствую. В принципе что-то подобное я предполагал, как и то, что охранка от кровососов на доме стояла самая дешёвая, а значит слабая и практически бесполезная, если в гости соберется заскочить кто-то из чистокровных.

Выдержки мне не занимать, но оказавшись в квартире в компании Фёдоровой, сдерживать эмоции стало крайне тяжело. Обрюзглая баба, размалеванная, словно клоун стелилась передо мной, пытаясь состроить из себя отличную хозяйку и любящую тетушку, но при этом так завистливо смотрела на мои часы, что бигуди на голове шевелились. Галина не знала, что ее личное дело я изучил и остался крайне недоволен. В прошлом опекунша Агаты вела не совсем пристойный образ жизни и титул «королевы красоты» ей достался благодаря связям одного криминального авторитета, который некоторое время был любовником и покровителем Галины. Потом у мужика появилась новая игрушка помоложе и покрасивее, а Федорова осталась ни с чем.

Пока Агата рыдала в объятиях брата, я прошёл на кухню и открыл холодильник, чтобы изучить его содержимое. Расположение продуктов на полках было странное, но я сразу прикинул, что к чему. Три полки были забиты под завязку, а вот на нижней не было ничего, кроме одиноко стоящего ковшика с манной кашей.

– Вы присаживайтесь. Сейчас пирог из духовки достану и чай заварю, – затараторила, появившись на кухне женщина, и я, решив дождаться Агату, молча присел на стул.

Пирог, скорее всего эта сказочница купила в булочной, а когда позвонили в дверь запихала его в духовку, которая судя по внешнему виду вообще давно не работала. Да и в квартире не пахло так, будто заботливая хозяйка суетилась у плиты и что-то там пекла. Сука. Бессовестная тварь, которая из осиротевшей девушки сделала прислугу, а из мальчика рычаг давления.

Агата человек, но она достойная девушка, которая не заслуживала такой жизни! Многие бы на ее месте сослали пацана в детский дом и отправились на охоту за богатым женихом, чтобы обустроить свою жизнь. Многие, но не Агата. И это говорило о твёрдости ее характера и о чистоте души, что в людях с каждым днем встречалось всё реже и реже.

Когда девушка за руку с братом появилась в комнате, злость немного отступила, потому что было приятно наблюдать за мальчиком, который любопытно поглядывал на меня. Ваня боялся, и Агата пыталась затолкать брата себе за спину, но тот не поддавался, видимо не желая выглядеть при взрослом мужчине слабаком. Молодец. Вырастет достойным защитником.

– Агаточка, ты хоть представь своего… кавалера, а то как-то неловко, – снова напомнила о себе Федорова, а мне захотелось, чтоб она просто испарилась.

Мне было плевать на обстановку вокруг, на кухню, в которой я едва поместился и на кудахчущую над ухом женщину. Всё мое внимание на данный момент сконцентрировалось на молоденькой хрупкой девушке, которая тряслась и краснела от стыда перед тем, кто, по сути, ей никто.

– Теть Галь… – дрожащим голосом начала Агата, но я решил, что решу все вопросы с опекуншей сам и своими методами.

У тетки была бурная молодость и глаз на опасных мужчин у неё наметан, поэтому она и запрыгала на передних лапках.

– Мое имя Кирилл. Сейчас Агата и Ваня пойдут в комнату собирать вещи, а ты… – ткнул пальцем в женщину, и та испуганно захлопав глазами, плюхнулась на стул. – Ты пока объяснишь мне, по какому праву продала квартиру завещанную Агате ее родителями.

– Что? Как это продали? Вы же сказали, что ее забрал банк за долги! – возмущенно вскрикнула девушка, и лицо Галины скривилось, потеряв приветливость.

– Ты смеешь повышать на меня голос, дрянь? А на что я, по-твоему, должна была вас содержать? Думаешь легко на горбу двоих нахлебников тянуть? – зашипела Галина и, подскочив на ноги, заметалась по кухне, будто ей хвост прижали. – Ты день и ночь шалавишься черте где…

– Хватит! – хлопнул ладонью по столу, и звон разбившихся чашек заставил всех присутвующих вздрогнуть, а Галину ещё и побледнеть. – Мы уходим. И не думай, сука, что я про тебя забуду. Долг за хату девочке вернёшь с процентами.