Чтение онлайн

Именно сейчас леди СтоннКассел услышала, как её дочь играет на лютне какую-то балладу. Поразмыслив, что на балконе она окоченеет, Ариана двинулась к комнате дочери, откуда доносилась мелодия. Сама Ариана толком не умела играть на музыкальных инструментах, кроме, разве что, флейты и то, получалось фальшиво. Комната её дочери была подстать её собственной. Всё было аккуратно прибрано, никого хаоса. Адриана часто подражала своей матери и в какой-то мере, леди СтоннКассел-старшая этим гордилась.

Адриана, столь похожая на мать внешне, почти неотличимая от ней, сидела в кресле, ловко перебирала и зажимала струны, напевая, почти неслышно.

— И вновь шагает Неран, сквозь холодные дубравы

Призренье в городах и страх в селениях,

Вот спутники его.

Судьба бастарда тяжела,

Но он последний, кого СтоннКасселом зовут.

– Ты раньше не любила эту балладу. — чуть громче сказала Ариана испугав дочь, струны дёрнулись и издали вовсе не мелодичный звук. Адриана улыбнулась, когда её мать села рядом.

— Хм, не знаю, она, последнее время засела у меня в голове… — мило улыбнувшись, Адриана словно бегала по комнате глазами, пытаясь ускользнуть от взгляда матери.

— Матушка, я знаю, что не вправе так говорить, но… я ревную… — сказав это, девушка прикусила язык и поджала губы, пока Ариана непонимающе смотрела на неё.

— Тебя к Айдану. — сказала та, наконец, и Ариана вовсе перестала, что-либо понимать.

— Я знаю, что он важен для всех нас, но ты не замечала, что говоришь только о нём?! Даже Кира истерит только по тому, что ты как будто нас не замечаешь! — зелёные глаза её дочери наполнились слезами, и Ариана поняла, что её дочь ещё такая кроха. Почувствовав, как сердце горит от чувства вины, она прижала к себе дочь и сама чуть не разрыдалась. Она и вправду только после её слов поняла и осознала, что ни разу не поговорила с дочкой по душам, после битвы при Амхаре. Она часто была раздражительна и в памяти всплывали дни, когда она просто прикрикивала на дочь, дабы та оставила её одну.

— Прости меня, дочка. Я столько всего пережила, что просто уже совсем запуталась. — сказала Ариана, и Адриана что есть сил прижалась к телу матери

— Ты же ведь любишь меня? — всхлипнув, спросила дочка.

— Больше жизни — отвечал мать, поцеловав её в лоб. Так они и просидели, почти несколько часов, пока в комнату Адрианы не вошла Кира.

— Сидят, две голубки. — сказала она, чуть пьяным голосом и прошла по комнате походкой абсолютно трезвой женщины.

— Я сейчас реветь начну от такой милой картины — шепнула она, поняв, что Адриана заснула на груди матери.

— Эта девка, которая Имнари, — Кира шмыгнула носом, положив подбородок на ладонь, упирая локоть в бедро — собралась и уехала вместе с Фаилом Акром в Сайн-Ктор. Представляешь? — глаза Ариана вышли из орбит, когда она услышала это. Чтобы не разбудить дочь, она кивком попросила Киру помочь ей уложить Адриану в постель. С горем пополам, они сумели это сделать и сами легли по разные стороны от девушки.

— Она у тебя самая добрая. Самая теплая. Самая любимая. — ласково говорила Кира, наблюдая как Адриана спит. Глаза её уже давно стали стеклянными от выпитого вина, и она говорила шёпотом.

— Ты знала, что она стала бояться спасть одна? Её слишком часто сняться кошмары. — она провела пальцем по щеке племянницы и улыбнулась, но не весело, а очень даже грустно

— Ты — эгоистка, Ариана. Ни разу не поговорила, ни со мной, ни с ней. Забудь обо всех страданиях, хотя бы ради дочери, договорились? А перестану истереть! –

— Истеричка. Договорились — выдала Ариана и Кира ухмыльнулась по-кошачьи, своими масляными глазками

— А меня ты любишь? — Ариана состроила непонимающую гримасу, и Кира заливисто улыбнулась.

— Ну, ты мне не чужой человек… — начала она, сжимая свою косу. — Люблю! — шикнула она, когда Кира кокетливо и наигранно вытянула губки.

— Я сегодня не буду одна спать — сказала Кира, забравшись под одеяло. Ариана обреченно заперла дверь комнаты дочери и вмиг, ежась от холода, так же спряталась под одеяло.

Корру как то не улыбалась перспектива сидеть в Амхаре и ждать, пока всё разрешиться само собой. Тем более, два старых интригана, имя которым: Марий и Бреатфор Мейстланды, справлялись со всеми обязанностями сами, без чьей либо помощи, смысла плясать под их дудку не было.

Одарённый магией с рождения, Корр мог видеть лишь отголоски будущего в сновидениях. Он видел, как Айдан уходил из Амхары, даже пытался его остановить, но когда мутное видение мелькали перед его глазами, он лишь стоял, как статуя, не в силах даже колыхнуться.

Айдан стоял на вершине горы и за его спиной красовались два огненных крыла. Одно из них было драконьим, второе принадлежало грифону. Затем он делал шаг и во тьме Корр слышал лишь оглушительный рёв крылатого ящера. Его мысли сейчас были закованы на видениях, которые касались его самого и Терона.

Он видел прекрасный зал Академии Дейн-Педа и Терона, лежавшего мертвее мёртвого по центру пентаграммы в виде шестиконечной звезды. Доспеха его брата дымились, словно его только что ударило молнией, а сам Корр лишь стоял на коленях и рыдал. Повернув тело брата, он понял, что смотрит сам на себя, ведь на шее красовались рубцы от оспы и следы от белоснежных клыков.

Хотелось бы Мейстланду верить, что всё это лишь кошмарный сон. Однако чувство того, что всё это он видит не просто так, не покидало его ни на минуту. Он не знало чего ждать, но сердце говорило ему, что Айдану, верному другу, нужно помощь, а эти из ниоткуда взявшиеся ведьмаки не внушали доверия. Коул СтоннКассел, пропавший невесть когда, и появившийся так неожиданно, был странным стариком, который всем сердцем ненавидел Варлоков. Хотелось бы Корру верить, что все его россказни о том, что Варлоки будут использовать Айдана как марионетку, правда. Корру нужно было во что-то верить, а иначе жить как-то не хотелось.

Отряд двигался на лошадях, но даже так они каким-то образом оставили от Айдана на пару дней. Казалось, его подгонял хлыст страха, наводимый безумием. Натыкаясь на его небольшие стоянки, можно было определить, что Айдан пытался обучаться той силе, что получил. Как показывали выжженные дубравы и перепаханные поля, вместе с перепуганными постояльцами придорожных трактиров, можно было понять, что учёба у него не задалась.

Одни говорил, что он отдыхал несколько часов и двигался дальше, рассказывая страшные истории из древности Зантара. Другие утверждали, что он был Вестником Смерти, что проносился по полям. За ним следовали наводнения и страшные ветра. От всех этих слухов, спиной Корра овладевали мурашки.

Когда на седьмой день пути солнце начинало заходить за горизонт, Кит Лионор, ученик Коула, взобрался на холм. Когда отряд подошёл к нему, он выдал:

— Он в трёх днях пути от нас. Он пугающе быстро бежит на восток, к Аркинтору. –

— Что за лихо несёт его туда? Гора же ведь проклята! — недоуменно воскликнул Корр

— Чем это? — спросил Дориан, подводя своего горного пони на холм

— Там погиб «предыдущий Неранов Наследник». Хеймдалнир Каменный Кулак — отвечал Мейстланд, поведя плечам от очередного морозного дуновения, подувшего с востока прям им в лица.