Чтение онлайн

Никогда не видела его таким.

Привлекает к себе и целует, сильно, со всем пылом.

Отрывается, заглядывает в глаза.

— Люблю тебя, Адель. Больше жизни люблю. Ты мне сейчас даришь лучшее, что может дать женщина мужчине…

Восемь месяцев спустя

Наблюдаю за птицами, парящими в небесах. Летят клином пробивая ясное синее небо. Мигрируют в теплые края.

Все последние месяцы я нахожусь в странном интересном положении. В двойне странном.

Я мама малютки. Любознательной крошки, которая смешно уползает от меня, гоняясь за игрушками.

Сейчас, когда уже скоро должен появиться еще один малыш я двигаюсь с грацией мамонта и чувствую себя соответственно.

Мы играем с Элис в зимнем саду, сижу в беседке и прижимаю дочку-непоседу к себе.

— Маммма, — звонко смеется малышка, которая уже начала выговаривать первые слова и гладит меня по большому животу.

— Скоро, малышка, чуть меньше месяца осталось и у тебя появится брат… — тереблю кудри и целую в покатый лобик.

Смеюсь, а моя егоза спрыгивает с моих колен в руки к нянечке.

Звонок мобильного, заставляет отнять взгляд от удаляющейся дочки.

— Привет, любимая. Как ты?

— Хорошо, только малыш во всю дерется, пинает меня в ребра. Я тебе скажу, что у него отлично поставленный удар. Искры из глаз выбивает.

Слышу бархатный смех.

— Думаю, что любовь к боксу у нас семейная.

— Я скучаю, мистер Ривз! Ты когда приедешь?

— Сегодня же вылетаю, сладкая.

Улыбаюсь счастливо.

— Я безумно скучаю, Тай, — поджимаю губы.

Мне действительно, особенно в последнее время очень его не хватает. Хочется, чтобы все время был рядом.

— Канареечка моя. Это была последняя важная встреча. Больше я вас с Элис не оставлю, уже перепоручил все переговоры. До самих родов я из штатов ни ногой.

Замолкаю. Перевариваю информацию и понимаю, насколько большую уступку сейчас делает мой трудоголик.

— Я люблю тебя, Тай, — почему-то голос срывается на шепот и в глазах жжет, но внезапно весь романтизм ситуации ускользает, потому что я вскрикиваю.

— Что случилось? — обеспокоенный, резкий голос мужа наполнен тревогой.

— Да, ничего, сын твой опять пинается…

Мне кажется, что я слышу глубокий выдох на той стороне мира. 

— Скоро буду, птичка. У меня душа не на месте. Не должен был улетать и оставлять вас.

— Тай! Я точно с тобой сейчас говорю?! Мне мужа не подменили?!

Смеюсь. У меня настроение меняется с дикой скоростью. То в радость, то в слезы, а иногда огурцы со сливочным кремом ем.

— Господин Ривз, все готово.

Слышу голос и понимаю, что Тайгеру пора заканчивать разговор.

— Я лечу к тебе. Потерпи Канареечка, скоро буду и от себя ни на шаг не отпущу моих самых дорогих девочек.

— Ловлю тебя на слове.

— Адель, я принесла тебе фруктов, — слышу голос своей Эри, поворачиваюсь в сторону грузной женщины, появившейся в беседке. Откладываю телефон.

— Я не хочу, Пышка.

— Надо. Не для себя, а для малыша! — безапелляционно заявляет чернокожая женщина и кладет поднос, забитый нарезанными дольками.

— Ладно, соглашаюсь и тянусь за яблоком.

Единственный фрукт, который на протяжении всей беременности стал для меня чем-то вроде необходимости.

Пышка садится рядом.

— Опять пишешь? — спрашивает и бросает взгляд на тетради с нотами, разбросанными по всему столу.

— Да. Не могу остановиться, — смеюсь, вгрызаясь в очередной ломтик.

— И кто-то только что не хотел есть, — ухмыляется Эйрин, — ты когда работаешь обо все забываешь.

Киваю. Да, действительно водится за мной такой грех. Забывать обо всем и погружаться в свой мир.

Из которого вытащить меня может только дочь. Ради нее все отходит на второй план, а игра в кубики так и вовсе самый главный повседневный ритуал.

— Давайка мы с тобой пройдемся, милая.

Эри встает резво ни смотря на свой не малый вес и подходит ко мне, помогает подняться.

— Пойдем шарик, разомнем конечности!

Тяжело встаю, живот все вниз тянет. Уже несколько дней чувствую себя особо грузной и неповоротливой.

Держусь за руку моей надежной соратницы и названной матери, идем медленно. Мне все труднее становится переносить последний этап беременности. Неповоротливая я стала и плохо передвигаюсь.

Однако прогулка необходима, и я строго выполняю все наказания доктора.

Делаю несколько шагов, как поясницу простреливает. Кажется, что шарик где-то внутри меня лопнул и воду из себя выпустил.

Хватаюсь за живот и ловлю обеспокоенный взгляд черных глаз.

— Я позвоню врачу! — быстро отвечает Эри, и я понимаю, что кое-кто решил нагрянуть в наш мир раньше положенного срока.

Что такое счастье и почему оно всегда дается через боль?

Я лежу в палате увитая пиликающей аппаратурой, которая отслеживает все, что только можно. Тело скручивает в очередном болевом спазме.

— Давай, Адель. Терпи, милая, — подбадривает меня Нора. Мой врач, которая вела меня всю беременность.

— Не могу… больше… нет сил, — отвечаю, едва разлепляя губы.

Пот струится по лицу, и медсестра едва успевает протирать мне лоб.

— Еще чуточку. Мы уже близко!

Сознание практически уплывает. Тужусь изо всех сил. Схватки становятся все сильнее, но я борюсь, переношу эту боль. У всего есть конечная цель. Для меня это мой сын, который скоро появится.

Резкая оглушительная боль и звук, от которого все внутри взрывается счастьем. Детский крик. Мой малыш громким плачем заявил о своем приходе в этот мир.

— Поздравляю, миссис Ривз! У Вас родился сын! Здоровый мальчик. Настоящий гигант. Десять фунтов. Двадцать два дюйма. 

Врач торжественно вещает о чем-то, поздравляет, а я ее сейчас не слышу. Взгляд прикован к малышу, которого наконец кладут на мою грудь.

Плачу. Рыдаю. Слезы текут по щекам, когда я в странном обескураженном состоянии смотрю на маленькое чудо.