Чтение онлайн

— Мы запустим эту песню завтра же, Ада. — голос продюсера опять возвращает меня в реальность. — Как тебе удается постоянно меня удивлять, девочка? Сокровище мое…

Ухмыляется и подмигивает. Улыбаюсь в ответ. Молчу.

В этой песне живет моя вера в лучшее. В любовь, что преодолевает все и до поры до времени таится в самом крохотном уголке сердца, ждет своего часа, чтобы засиять, запорхать счастливой птицей…

Сжимаю в холодных руках пузатую чашку в горошек с новогодним орнаментом с внутренней стороны. Рассматриваю веселого оленя с красным носом и Санту, который держит поводья и устремляет свои сани высоко в ночное небо. Усыпанное звездами.

Уже очень долгое время я просила у старого бородача только одного…

Маленькую звездочку, которая упадет с небес и принесет в мою жизнь щепотку звонкого счастья. Маленького малыша с сине-зелеными глазами, умными и цепкими, такими же, как и у моего единственного любимого мужчины.

Ставшего мужем…

Музыка звучит не только в студии, но и в моем сердце, навевая воспоминания:

Я лежу в постели. Проснулась, но не могу заставить себя открыть глаза. Прислушиваюсь к себе, к своему ноющему телу и понимаю, что не чувствую горячего мужчины рядом.

Страх заползает под кожу опутывает острыми щупальцами и причиняет физическую боль. Мне бы просто распахнуть глаза и встретиться с реальностью…

Но… не могу.

Прислушиваюсь изо всех сил, хочу услышать дыхание, шелест, малейший звук намеком, что я не одна.

Ничего.

Переворачиваюсь на бок и притягиваю колени к груди, собираюсь в комочек пульсирующей боли. Закрываюсь от всего, прячусь в своем воображаемом мирке.

Стоит открыть глаза и хрупкое неведение исчезнет, а я упаду на острые скалы предательства, растерзанная и уничтоженная хищником.

Боюсь узнать, что мой мужчина бросил меня на утро, как уже было однажды…

Что может быть страшнее чем заснуть в объятиях любимого, а на утро проснуться в одиночестве?!

С пониманием, что тобой просто попользовались и выкинули за ненадобностью, как БУ мебель, или еще что-то в этом роде. Для тебя мужчина, который был рядом и любил ночь на пролет был всем, а для него ты оказалась просто очередной из, скрасила досуг и оказалась не нужной.

Тупая, ноющая боль заполняет холодом сердце, сковывает. Со мной однажды поступили именно так. Разбили, растерзали и выкинули.

Сомнения ядом отравляют душу и в глазах начинает покалывать, от мысли, что все могло быть жуткой, страшной игрой…

Сердце трепещет пойманной птичкой в груди и с каждым вдохом накрывает паника, а я все не могу решиться, глаза распахнуть.

Внезапное касание горячих пальцев заставляет вздрогнуть. Открываю глаза и встречаюсь с лучистыми сине-зелеными океанами, где в самой глубине прячутся монстры.

— Ты не спишь, — бархатный шепот и пальцы скользят по лицу, очерчивают скулы, легонько касаются губ.

— Да, — отвечаю тихо, не отрываю взгляда от сине-зеленых омутов, искрящих палитрой чувств.

— Всю утро наблюдал за тобой, засмотрелся… — голос нежностью пропитан.

Холодный и замкнутый Тайгер Ривз сейчас другой.

Смотрю в любимое лицо с резкими чертами, словно вылепленным античным скульптором, наклоняется ко мне и смоляная прядка, чуть длинноватая, падает на высокий лоб.

Тянусь и убираю ее, молниеносно ловит мои дрожащие пальцы, подносит к губам и целует.

О стольком нужно поговорить, спросить, но в эту секунду все становится неважно. Мой Ястреб рядом. Не исчез. Не развеялся под утро сонной дымкой, как было в первый раз.

Мой палач из сновидений стал реальным…

Прячу лицо за пузатой чашкой. Делаю глоток. Приятное тепло разливается по грудной клетке. Мне спокойно. Странная легкость скапливается маленьким незримым сгустком счастья глубоко внутри.

Зарождается продолжением любимого мужчины. Частичка моего Зверя. Опасного. Безжалостного. Жестокого. Напористого и … родного.

— Запускай ротацию на радио, Мэт. С сегодняшнего дня лоббируем на волнах, смотрим на результат, и песня идет в клип.

Голос Скута, разговаривающего по мобильнику, отвлекает. Смотрю в чисто выбритое лицо Брауна. Лучший музыкальный продюсер не только в Штатах, но и имеющий звонкое имя по всему миру. Оперативен, как всегда. Уже договаривается по поводу продвижения новой песни.

Шатен с теплыми карими глазами. Высокий. В простых джинсах и майке. По виду даже и не понять кто именно стоит перед тобой и жестко отдает команды.

Этот человек стал моей золотой карточкой в жизнь.

Умный, интеллигентный мужчина. Крайне взвешенный. Совсем не похож на людей, вертящихся в круговороте шоу-бизнеса. Для Скутера на первом месте его семья. Жена и дочки — близняшки, которые перешагнули подростковый возраст и уже начали во всю проверять крепкие нервы отца на прочность.

— Хорошо, мой помощник направит запись в ближайшие часы… — бескомпромиссность интонаций. Когда надо Браун может продавливать танком и идти в лобовое.

Опять улыбаюсь, вспоминая, как поставила его перед стенкой, заставив пойти на уступки и сделать мой контракт одним из самых лояльных к исполнителю за всю историю лейбла.

— Договорились. — прячет телефон в карман и оборачивается ко мне.

Допиваю вкусное какао, к которому стала неравнодушной в последнее время. Наклоняюсь, чтобы поставить опустевшую чашку на низкий журнальный столик, но меня ведет в сторону. Перед глазами вдруг карусель запускается, покачиваюсь и сваливаюсь в мягкое кресло.

«Хорошо, что на пол не грохнулась!” вдогонку летит мысль и заставляет прижать ладонь к животу в желании защитить.

Прикрываю глаза, так как мир стремительно кружиться, пускаясь вскачь. Сильно начинает мутить.

— Адель! Что с тобой?! — обеспокоенный голос.

— Сейчас пройдет, — отвечаю вмиг пересохшими губами.

В руки мне вкладывают холодную пластиковую бутылку. Делаю жадные глотки, и прохладная жидкость отгоняет слабость.

Разлепляю веки. Перед глазами возникает серьезное суровое лицо продюсера. Темные брови сходятся на переносице, а карие глаза прощупывают.

— Ты — бледная. Совсем белая. Нужно врача звать.

— Не нужно, Скут. Все хорошо. Сейчас пройдет. Мне не нужен врач. Уже была на осмотре…

Внимательный взгляд.

Прикусывает губу и легонько улыбается:

— Твое “сейчас пройдет” думаю растянется месяцев на восемь, я прав?

Проницательный.

И как почувствовал?! А говорят, что мужчины не замечают пока им в лоб, не скажешь…

— Ада со вчерашнего утра в студии, Скут!

Перевожу взгляд на нашего звукорежиссера, который с беспокойством, отражающимся на худом лице, наблюдает за происходящим.