Чтение онлайн

Так какой смысл поддаваться страху, сожалениям или впадать в уныние, даже если смерть близка? Старый настоятель в аббатстве часто говорил: «Жизнь драгоценна лишь в тех случаях, когда ты сам того желаешь». Я смотрю на жизнь, как на последний кусочек замечательной трапезы, станешь ли ты наслаждаться им или будешь сокрушаться, что осталось так мало, и испортишь себе удовольствие? — Монах оглядел своих товарищей, но все молчали. — Если Марибор считает, что пришло время моей смерти, то кто я такой, чтобы с ним спорить? В конце концов, именно благодаря ему я появился на свет. И до тех пор, пока я живу, каждый день есть дар, который станет даром напрасным, если я проведу его плохо. К тому же я знаю, что последний кусочек часто оказывается самым сладким.

— Это очень красиво, — сказала Ариста. — Я никогда не видела пользы в религии, но если бы моим учителем был ты, а не Сальдур…

— Каким ветром меня сюда занесло? — пожаловался Гонт. — Как я умудрился оказаться вовлеченным в вашу безумную затею? Не могу поверить, что это происходит со мной. Вам не кажется, что стало трудно дышать?

Он снова улегся на пол, накрылся с головой одеялом и застонал. В наступившей тишине Майрон встал и принялся искать еще не развернутые свитки, которых оставалось очень много.

— Кто научил тебя эльфийскому? Кем он был? — спросил Магнус у Ройса.

— О чем ты?

— Ты недавно упоминал человека, который научил тебя эльфийским словам. Кем он был?

— Я познакомился с ним в тюрьме. Возможно, он был моим первым настоящим другом, — ответил Ройс и снова пошевелил пальцами ног.

Адриан насторожился. Прежде Ройс никогда не рассказывал о своем пребывании в Манзанте. Адриан знал всех, кого Ройс когда-либо называл другом, кроме одного.

— Это он дал тебе Альверстоун? — спросил он.

— Да, — ответил Ройс.

— Кем он был? — снова спросил гном. — И как к нему попал кинжал? Он был стражником?

— Нет, таким же заключенным, как я.

— Но как он сумел пронести оружие в тюрьму?

— Я задал ему тот же вопрос, — ответил Ройс. — И он сказал, что не делал этого.

— Он что, нашел этот кинжал? Откопал в соляных копях? Обнаружил там это сокровище?

— Может быть, но он дал мне совсем другое объяснение, и у меня нет оснований считать его лжецом. Он сказал, что сделал его сам — для меня. Мой друг говорил, что оружие мне понадобится. — Ройс задумчиво посмотрел в сторону. — Когда я попал в тюрьму, то поклялся, что больше никогда не стану никому доверять. Но потом встретил его, и если бы не он, я бы там умер в первый же месяц. Я выжил только благодаря ему. У него не было причин мне помогать, никаких, я вас уверяю, однако он стал обо мне заботиться. И многому научил: как выживать в копях, где копать, а где нет, когда спать, а когда делать вид, что спишь. И еще он обучил меня чтению, математике, истории и даже немного эльфийскому языку. И он никогда ни о чем меня не просил.

Однажды меня привели к Амброузу Муру. Там я встретил старика по имени Аркадиус, который называл себя волшебником. Он предложил мне выполнить одно его поручение в обмен на свободу. Короче, он готов был меня за это выкупить. Оказалось, речь шла об ограблении Коронной башни. — Ройс повернулся к Адриану. — И я сказал, что соглашусь, если он выкупит еще и моего друга. Аркадиус отказался. Тогда я сделал вид, что готов принять его предложение, чтобы выйти из тюрьмы. Я сказал своему другу, что как только окажусь на свободе, сразу перережу старику глотку, украду его деньги и вернусь, чтобы выкупить его.

— И почему же ты этого не сделал? — спросил Адриан.

— Все дело в моем друге. Он заставил меня пообещать, что я не стану убивать Аркадиуса или Амброуза Мура. Больше он меня ни о чем не просил. Именно тогда он подарил мне Альверстоун и попрощался со мной.

— И ты не возвращался туда?

— Нет, я вернулся в тюрьму. Через год у меня накопилось достаточно денег, чтобы выкупить моего друга, но Амброуз сказал, что тот умер. Его тело выбросили в море, как и трупы других заключенных. — Ройс судорожно сжал кулаки. — Я так и не смог его поблагодарить.

Медленно шло время. Как и все остальные, Адриан лежал на полу, то засыпая, то просыпаясь. Ему приснилось, что он сражается рядом с отцом против темных существ, пытающихся убить императора, при этом он был немного похож на Алрика. В другом сне он сидел на развалинах «Шипа и розы» вместе с Гвен и Альбертом и ждал Ройса, но тот опаздывал, очень сильно опаздывал. Гвен боялась, что произошло что-то ужасное, а он уверял ее, что Ройс в состоянии позаботиться о себе.

«Ничто, — сказал ей Адриан, — не сможет остановить Ройса, когда он идет к тебе, ничто, даже смерть».

Он проснулся, чувствуя себя слабым и уставшим, словно вовсе не спал. Все мышцы у него онемели от сна на холодном каменном полу, и он чувствовал себя разбитым. В камере стало душно, во всяком случае ему так показалось. Нет, дышать по-прежнему было легко, но возникало ощущение, будто он спит, накинув на голову одеяло.

«Воображение это или реальность? Или мне только кажется, что огонек лампы стал меньше?» — подумал Адриан.

Все спали — Гонт в своем углу, Магнус возле стены, даже Майрон заснул в окружении свитков. Принцесса спала на боку посреди темницы, подложив ладонь под щеку. На ее лицо падал свет лампы. Ариста была уже не так юна, как во время их первой встречи, и больше не походила на девочку. Лицо удлинилось, потеряло прежнюю округлость, возле рта и глаз появились мелкие морщинки. После всех их приключений волосы у нее были растрепаны, на лбу и на щеках засохли пятна грязи, губы потрескались, под глазами залегли темные тени.

«И несмотря на это она очень красива», — подумал Адриан.

Адриан смотрел на нее и чувствовал себя ужасно. Она верила в него, рассчитывала на него, а он ее подвел. Подвел Трейс и даже ее отца. Адриан обещал Терону присматривать за его дочерью и спасти ей жизнь. И своего отца он тоже подвел, не исполнил того предназначения, которому он посвятил всю жизнь.

Адриан вздохнул и тут только заметил, что среди спящих нет Ройса. Его даже в комнате не было. Адриан встал, вышел в туннель и обнаружил, что Ройс сидит в темноте, в нескольких футах от груды камней, которыми они завалили тело Траника. В коридор падал совсем слабый свет лампы, и Адриан едва смог разглядеть Ройса.

Он уселся на пол рядом с другом и оперся спиной о стену.

— Наконец-то я все понял, — сказал Ройс.

— И придумал для нас новую идеальную профессию? Надеюсь, не исследование пещер?

Ройс посмотрел на него и ухмыльнулся. В слабом свете лампы были видны только его профиль и левая половина лица.

— Нет, я понял, что все дело в тебе. Ты не можешь умереть.

— Вступление мне нравится. Хотя не понимаю, куда ты клонишь, для начала неплохо.

— Ну сам подумай. Это не может быть конец, потому что ты не должен умереть. Понимаешь?