Чтение онлайн

И тут он понял, что вокруг него рассредоточено множество нитей, но они тянутся не к хищным паукам, а к их собственному сознанию. И когда он уже собрался потянуть за нить, протянувшуюся к нему, кто-то большой и могущественный не выдержал и спросил:

— А ты что, человечек, друзей-то совсем спасать не собираешься?

'А зачем? — поинтересовался у голоса Тагай, причём мысленно. — С моими друзьями всё в порядке. То, что ты пытаешься выдать за иллюзию или внушение, таковым не является. Но мне бы очень хотелось узнать, что это за создание, которое умудрилось так ловко, едва ли не провести менталиста. Выходи, познакомимся.

И тут он открыл глаза. Перед ним всё изменилось. Пещера была та же, но теперь она была темной и наполненной лишь шуршанием. Из мрака выступило довольно жуткое создание: наполовину женщина, но лишь по торс, всё что ниже имело тело паучихи.

Костя вообще не понял, что случилось. Только что он стоял рядом с друзьями, и вдруг темнота, после которой он пришёл в себя на невысоком кургане, а вокруг плескалось море демонов. Но не низших полуразумных, — это было море высших демонов. Все стояли в ярко начищенных доспехах со знакомыми рунами, которые обозначали воинов.

Демоны ликовали. Демоны в едином порыве праздновали свою победу — победу над кланом селекционеров. Этот клан был практически полностью уничтожен. Селекционеры пали. Всё прекрасно. Солнце мира вновь взошло над землями демонов.

Сзади на плечо Кости легла рука. Костя обернулся и увидел улыбающееся лицо матери, а в её глазах горела настоящая любовь.

— Ну вот и всё, мой мальчик, — сказала она. — Больше нам не нужно тебя прятать в другом мире, чтобы тебя случайно не зацепили. И вообще, я так тобой горжусь. Ты такой молодец. Ты участвовал в битве наравне со всеми и победил. Ты один из нас. Ты доказал, что ты отныне один из нас. Ты моя кровь. Это лучшее, что ты мог сделать для своей матери. Твоя сила… — мать развела руками. — Она и правда может посоперничать с нашей. Жар твоего сердца не затушить ничем, а пламя демонической души не запереть в неволе человеческого тела. Ты настоящий демон. И чтобы окончательно это доказать, чтобы показать всему нашему клану, что ты один из нас, пройди последнее испытание.

Костя, который уже ощущал в груди учащённый стук сердца, спросил:

— Какое испытание, мам? Я готов. Лишь бы встать рядом с тобой.

И мать ответила:

— Тебе нужно уничтожить последние отродья селекционеров, ещё оскверняющее своими ногами землю нашего мира.

И показала воинственной рукой и указующим перстом в сторону от Кости на самый верх кургана. Костя проследил за её жестом и увидел, что на коленях, с руками, связанными за спиной, и головой на большом плоском камне лежит избитая, истерзанная Мира.

Она кусала запекшиеся губы, кровь выступала каплями. По всему её гладкому ранее телу были видны разошедшиеся края плоти от когтей высших демонов, их мечей. На лице, на спине, на бедрах виднелись огромные кровоподтёки, синяки. Белоснежные волосы стали красными от крови.

Но она не стонала, не кричала от боли, вообще никак не показывала, что ей больно, просто молча смотрела на Костю — без слёз, без мольбы во взгляде, без ничего. Просто один тяжёлый, длинный взгляд, пронизывающий до самых глубин души.

— Вот это отребье селекционеров. У неё очень сильна их кровь, — говорила мать с убеждением в голосе. — Она один из сильнейших менталистов. Она может попробовать возродить клан и начать всё сначала. Она одна может всех нас взять под контроль. Её нужно уничтожить, — мать казалась полностью уверенной в своих словах. — И это должен сделать ты. Уничтожь её, и ты станешь одним из нас!

Костя смотрел в глаза Мире. Затем решительно подошёл к стоящей на коленях и склонённой к камню девушке, развернулся и загородил её своей спиной.

— Убивать, — сказал он, — кого бы то ни было, нужно только за то, что он сделал. Неважно, человек, демон, полукровка, а не за то, что вы думаете, что он может сделать. Любую судьбу в этом и в других мирах можно повернуть вспять, даже если вы считаете, что сделать этого нельзя. Мой друг доказывал это, и не раз. Мой друг Виктор фон Аден общался и с людьми, и с демонами только так, как они того заслуживали, как они вели себя с ним. На предательство он отвечал силой, на верность — дружбой.

Костя замолчал, но лишь для того, чтобы набрать воздух в грудь.

— Я не буду никого убивать только за то, что в нём есть какая-то там кровь, чья-то «не та». В конце концов, во мне тоже течёт чья-то «не та» кровь. Я такой же полукровка, как и она. Но меня в том мире не убили. А вы хотите, чтобы я убил её в этом? Не дождётесь!

Костя занёс меч, оказавшийся в его руке, срубил путы с рук Мирославы, а затем одним движением срезал ошейник, который препятствовал её магическим способностям.

— Бери их под контроль, — сказал он, показывая на всю эту орду высших демонов. — Мы уходим. Только не убивай никого. Возьми под контроль.

И как только он это сказал, его глаза открылись, и он увидел, что над ним стоят Тагай и Джузеппе Росси.

Джузеппе Росси, точнее демон Валак, который уже сроднился со своим итальянским именем, смотрел, как одновременно все его знакомые, с которыми он прибыл сюда, потеряли сознание. При этом он ни черта не понимал, что происходит. Пытался тормошить одного, другого, достал флягу с водой, налил водички на лицо фон Адену, но ничего не помогало.

Зрачки под веками молодых людей дёргались, как будто те видели какие-то картины в своём сознании. Более того, их руки и ноги дёргались, словно они что-то делали. И Росси решил, что это наведённые мороки.

А вот пауков Росси боялся, поэтому решил постепенно оттаскивать ребят из пещеры, потому что там, в темноте, сквозь которую даже его зрение не помогало ничего увидеть, что-то усиленно шуршало и шелестело, кто-то к ним явно приближался. Но, несмотря на то что он боялся, что его сожрут, бросать знакомых он не собирался, и дело было даже не в кровной клятве. Дело было в том, что он знал сам, что такое предательство, и не хотел становиться таким же.

Пауков было много. Несмотря на это, они пока держались на некотором отдалении от всех четверых, а затем и вовсе отступили. А из темноты появилось довольно жуткое создание: наполовину женщина, наполовину паук с посохом, причём, очень древним, вершину которого увенчивал грубообработанный кристалл.

И сама женская часть, да и паучья, были больше похожи на скелет, нежели на плоть, наполненную жизнью. Это создание уже давным-давно было мертво, но всё ещё не могло умереть.

И вот это нечто уставилось на троих лежащих без сознания друзей.

— Не тронь их, — сказал Росси.

— Я и не трогаю, — проговорило существо. — Они проходят испытание.

— А я почему не прохожу? — внезапно даже для себя поинтересовался Росси.

— Потому что ты пойдёшь на обед, — всё так же меланхолично проговорила женщина-паук.