Чтение онлайн

Альфред смутился сильнее прежнего.

— Дело в том, господин, что я пытался найти способ создать для него оружие…

Я не поверил собственным ушам.

— Оружие?! Для Барсика?! А ты в курсе, что он сам — вполне себе полноценное оружие?!

— Вы правы, господин. Но я хотел сделать его ещё более смертоносным. Во благо Рода Оскуритовых!

Ох уж эта слава Рода Оскуритовых! Всё-таки представление Альфреда о прекрасном сильно отличалось от моего собственного.

Вот только упрекнуть его было не в чем. Он пытался сделать как лучше, но немного не рассчитал свои силы. К тому же талант к изобретательству у него точно есть. Нужно только направить его в правильное русло.

— Хорошо, подведём итоги. Ты ни в чём виноват и против твоих экспериментов я не возражаю. Только предпочёл бы, чтобы ты продолжал разработку в другом, более безопасном месте. Я могу договориться со Степаном Аркадьевичем. Уверен, что Богатырёвы с радостью предоставят тебе рабочее место в своих лабораториях. Там и условия для работы лучше, и мастера опытные, если что, подскажут.

Камердинер задумался.

— Хорошая идея, господин. Но только я буду настаивать, чтобы господин Богатырёв и его люди принесли Клятвы, что не станут распространять фамильные тайны вашего Рода.

— Уверен, что этот вопрос мы как-нибудь решим. Только пожалуйста, ничего здесь больше не взрывай!

— Обещаю!

Альфред остался убирать мастерскую, а я в сопровождении Барсика пошёл наверх.

— Ты сам-то как, не против, что он ставит на тебе эксперименты? — спросил я его.

Лягушачья пантера неопределённо качнула плечами. Я счёл это за утвердительный ответ. Если бы идея повысить его смертоносность Барсику не понравилась, он бы нашёл способ дать мне об этом знать…

Заперев своего ручного монстра в клетке, я отправился обратно в спальню. Но заснуть не удавалось. Помаявшись, я плюнул на всё и приступил к делам.

В первую очередь, наконец-то набросал для Шарапова отчёт об использованных в Чёрных домах технологиях. Получилось достаточно подробно, но никаких секретных деталей я сообщать не стал. Пусть его люди в лабораториях поломают головы!

О том, что использую предметы из домов, я всё-таки упомянул. Все в городе знали, что я снабжаю ими Богатырёвых, так что совсем промолчать не удалось. А вот про Жижика я совсем умолчал. Уверен, он и так о нём догадывается.

После того, как отчёт был завершён, я попытался снова связаться с Тьмой. Улёгся на диван, взял в руки кроваво-красный камень, прокусил до крови губу. То есть сделал всё то же, что и раньше. Ничего не получилось. Не было ни единого отклика. Тьма ушла, ушла без единого следа.

Разозлившись, я от души ударил по стене. Обои треснули, по камню побежала тонкая трещина.

Как же меня это раздражает! Столько сражался за Тьму, пытался её вернуть. А потом почти сразу снова потерял. Ну не идиот ли я после этого?

А ещё я поймал себя на странном чувстве. Кажется, я скучал по Тьме. По её едким комментариям, по советам, ощущению силы, текущей по венам. Неужели я и в самом деле умудрился привязаться к межмировой сущности с тысячелетней историей? И вправду идиот…

На улице уже начинало рассветать. Мы с Альфредом отправились на традиционную тренировку, и камердинер как следует меня погонял в своих лучших безжалостных традициях. Кросс, физические упражнения, тренировочный спарринг — он нисколько меня не жалел!

Что радовало, теперь тренировки давались мне куда легче, чем раньше. Я стал сильнее как маг, моё тело окрепло, а навыки намертво отпечатались в мозгу. Драться я умел и до попадания в этот мир, но именно здесь меня научили быть настоящим воином.

— Господин, вы делаете несомненные успехи! — произнёс Альфред, вежливо кланяясь. — Но вы допускаете распространённую ошибку…

— Это, интересно узнать, какую?!

— Вы расслабляетесь и подпускаете врага слишком близко.

Не успел я ничего понять, как камердинер невероятно ловко скользнул в сторону, перехватил мою руку и сделал подсечку. Мир перевернулся вверх тормашками — и вот я уже лежу на земле и любуюсь сыплющимися из глаз звёздочками.

Да уж, немногие могли похвастаться тем, что уронили Марка Оскуритова на лопатки с такой лёгкостью!

— Только не говори, что научился этим приёмчикам на курсах дворецких…

— Если господин запрещает мне говорить, то не буду, — поклонился он в ответ.

— Ну и не надо. Тем более ты сам совершаешь ошибку новичка.

— Прошу прощения?…

— Треплешься во время драки!

Мир вокруг меня взорвался от выброса силы. Я рывком вскочил на ноги и кинулся на Альфреда. Двигался я невозможно быстро, но он всё равно умудрился ускользнуть от моего хитрого удара. При этом понять, какую технику он использовал, я не успел. Да и вообще не факт, что он использовал хоть что-то…

И как он это, спрашивается, делает?!

К несчастью для него, мне ещё было что продемонстрировать.

Альфред попытался сделать шаг назад, когда Жижик ловко перехватил его ногу. Камердинер потерял равновесие и начал падать. С кошачьей грацией он попытался выровняться, но я не позволил ему это сделать. Обрушил на него ураган ударов и сшиб на землю резким толчком силы.

Теперь мы с ним поменялись местами.

— Вы правы, господин. Порою даже те, кто считают себя умудрёнными опытом, совершают глупые ошибки…

На этом тренировка была завершена. Мы быстро перекусили, покормили Жижика и Барсика и отправились по своим делам. Я — в Академию, а Альфред — в мастерскую Богатырёвых. Как я и ожидал, Степан Аркадьевич, услышав, что мой камердинер хочет у них поработать, обрадовался и даже согласился на Клятву. Не сомневаюсь, что старая шельма надеется урвать парочку фирменных Оскуритских секретов.

Меня же в Академии поджидали сюрпризы. Я задерживался всего на пару минут и, закинув сумку за спину, мчался по лестнице. Выговора от преподавателя я не боялся, но очень не любил опаздывать.

Ровно в ту минуту, когда я проносился мимо кабинета директора, дверь распахнулась, и в вестибюль вышла Морозова. И не одна, а в сопровождении весьма неприятного персонажа.

— Вот он, госпожа директор! Вот он, паскудник! — проорал князь Борзов, тыча в меня пальцем. — Как честная аристократка и истинная Благородная вы обязаны вышвырнуть его вон из Академии!

Я едва не застонал от досады. Снова он!

Из всех встреченных мною в этом мире аристократов князь Сергей Витальевич Борзов был, пожалуй, самым неприятным. Сильный Одарённый, влиятельный Благородный, но при этом — мелочный и пакостный. Да он жизнь готов положить, лишь бы увидеть мои страдания!