Чтение онлайн

Увы, как это непозволительно часто случается, стройная теория вдребезги разбилась о суровую прозу жизни. В реку-то они съехали без помех и лихо понеслись над ней, поднимая вокруг бронетранспортера высокие, переливающиеся всеми цветами радуги вееры брызг, поднятые гравитационной подушкой и закрученные в спирали потоками воздуха — аэродинамика «Феникса» была почти как у дырявой бочки, только хуже. Однако получить эстетическое удовольствие от лихого полета никто не успел, потому что буквально из-за первого же поворота навстречу им выскочили сразу четыре машины. Похоже, десантники предполагали вариант, при котором кто-то может попытаться удрать, хотя, что равновероятно, могли рассчитывать произвести одновременную атаку с воды и с суши. Игорю было плевать — он оценивал противников и пытался найти выход из положения, желательно, такой, чтобы остаться живым и, по возможности, целым.

Впереди, поднимая вееры брызг не хуже, а может быть, даже и лучше, чем «Феникс», летел, высоко подняв острый нос и едва касаясь днищем воды, прогулочный катер типа «Кальмар». Шикарная игрушка для богатых бездельников. Игорь когда-то, в детстве, мечтал о таком, да и сейчас, точнее, до высадки десанта, подумывал, если с деньгами будет нормально, купить что-нибудь подобное. Сейчас, правда, борта катера уродовала явно нанесенная на скорую руку камуфляжная окраска, а на рубке был изображен крест на полосатом фоне — стандартный отличительный знак федералов. Наверняка постарались, чтобы свои не обстреляли. Впрочем, другие машины оказались размалеваны не хуже.

Следом за «Кальмаром», чуть справа и отставая примерно на два корпуса, неслась «Кобра», стандартный полицейский катер на гравитационной подушке. Машина это была древняя, еще, пожалуй, древнее «Феникса», но крупнокалиберный пулемет в маленькой, кажущейся с такого расстояния игрушечной, зализанной башенке на носу делал ее куда опаснее безоружного «Кальмара».

Третьим шел еще один катер, но, как и «Кальмар», без гравитационных наворотов, а самый обычный. Вид у него был затрапезный, оружия не наблюдалось, да и рассчитан он был, судя по размерам, на двух-трех человек, не больше. Где федералы его отыскали, не стоило даже гадать — подобными средствами передвижения владели многие охотники и рыболовы, а учитывая, что на планете эти развлечения были общепринятыми, то и катеров было до хрена. Их полукустарно строили на многочисленных заводиках, просто брали стандартные агрегаты, устанавливали в корпус, или типовой, или сделанный по индивидуальным чертежам. В этом случае их внешний вид ограничивался только фантазией хозяина и толщиной его кошелька, но, в любом случае, вряд ли на этой крохе могло быть установлено что-то серьезное в плане вооружения. Но вот последняя машина заслуживала куда большего внимания, чем все три другие вместе взятые, и ее появление заставило Игоря прямо-таки взвыть, жалея, что под рукой нет чего-либо более серьезного, чем его старый бронетранспортер. Дело в том, что на них шла боевая разведывательная машина десанта, а БРДМ последней предвоенной серии — это вам не пальцы от полноты чувств обрызгать. Если с первыми тремя противниками «Феникс» расправлялся гарантированно, то против нее он был абсолютно бессилен.

Дальше все происходило невероятно быстро. С «Кобры» застучал пулемет, выпустив короткую очередь поперек курса беглецов. Болван, как-то отстраненно подумал Игорь, надо было сразу открывать огонь на поражение, а не требовать остановиться, в этом случае имелся хоть какой-то шанс, оптику там повредить или антенну срезать, а так… Пока эти мысли проскакивали через его мозг, бронетранспортер уже развернул башню, и в следующий момент лучемет и пушка в трогательном единении плюнули огнем.

Практически небронированную «Кобру» разнесло в клочья. На этом катере были усилены только рубка и машинное отделение, но то, что предназначалось для защиты от каких-нибудь лихих каторжников и с грехом пополам могло остановить автоматную пулю, лишь брызнуло искрами, распадаясь под ударом армейской машины. Мгновенно изуродованный до неузнаваемости катер, почти не снижая скорости, косо вошел в воду и исчез, оставив после себя только солидное пятно масла, неспешно уплывающее вниз по течению. В этот момент Игорь уже вспарывал борт «Кальмара»… Еще несколько лет назад ему и в страшном сне не могло привидеться, что он будет расстреливать парней в форме, которую сам носил с гордостью. Он будет расстреливать их, они будут стрелять в него… Вот ведь как повернулось.

БРДМ вступила в бой как раз в тот момент, когда последний из катеров полыхнул огнем и начал заваливаться на борт. Впрочем, те, кто шел на обычных катерах, скорее всего, не пострадали — Игорь стрелял с тем расчетом, чтобы утопить, но старался не повредить людям. Судя по торчащим из воды головам, ему это удалось, хотя бы частично, и у них был еще шанс добраться до берега. Правда, в реке водилось… всякое, но тут уж как повезет. Вот с теми, кто шел на «Кобре», как-то нехорошо получилось, но тут уж никуда было не деться, да и не успел Игорь толком прицелиться. Однако сейчас пришла уже их очередь платить по счетам.

Не пытаясь отвлекаться на спасение утопающих, экипаж БРДМ пальнул по оказавшемуся вдруг излишне кусачим летающему антиквариату. К удивлению Игоря, и, скорее всего, не меньшему шоку наводчика десантной машины, первые два выстрела «Феникс» перенес без особого вреда для здоровья. Вначале сработала установленная на бронетранспортере система электронного подавления, неожиданно мощная для такого гроба, и плазменный заряд разминулся с ним на каких-то пару сантиметров. Обалдевший от неудачи наводчик, свято уверенный, что промахнуться не мог, промедлил, и по силовой броне БРДМ тут же заплясали огоньки попаданий — прекрасно зная, что не сможет пробить защиту, Игорь пытался хотя бы сбить противнику прицел. К сожалению, его надежды были слишком оптимистичными, и второй выстрел десантников угодил точно в цель. Вот тут-то и выяснился интересный факт: хотя динамическая защита, согласно расчетам и результатам полигонных испытаний, в разы уступала силовой, но вкупе с толстой броней она вполне выдерживала попадания из современного плазменного орудия. А броня у «Феникса» и впрямь была, по современным меркам, неожиданно толстой — все же бронетранспортер создавался еще во времена, когда о силовой защите можно было только мечтать. Это на нынешних машинах она была, скорее, архаикой, а здесь и сейчас оказалась вполне к месту, уверенно отразив плазменный удар.

Третьего выстрела экипаж БРДМ сделать не успел. На стороне Игоря было лучшее знание местности, и он использовал этот козырь на всю катушку. Поворот — и «Феникс» лихо, на полном ходу, чудом разминувшись со скалой, нырнул под опускающиеся почти к самой воде кроны прибрежных деревьев. Протестующе взвыл двигатель, но пилот сумел удержать бронетранспортер, не дав ему завалиться на бок. В следующий момент они уже неслись над руслом то ли маленькой речушки, то ли ручья-переростка, как называть — зависело от точки зрения. Прелесть ситуации была в том, что визуально с воды этот приток было практически не видно, а локаторы, исправно сбиваемые с толку избытком железа в деревьях, выдавали изображение нечеткое и размытое. Сам же Игорь свои охотничье-рыболовные угодья знал отлично и безо всяких радаров уверенно гнал тяжелую машину, медленно, но притом неуклонно забирая вверх. Между двумя невысокими скалами бронетранспортер плюнул огнем, и рухнувшие за их спинами камни образовали приличных размеров завал. Поворот — и они уже несутся над звериной тропой, сшибая тонкие деревья, оказавшиеся слишком близко.

Однако на БРДМ тоже были не слабаки и не трусы. Конечно, они потеряли время, когда разбирались, куда свернули беглецы, а потом осторожно вплывали за ними, резонно опасаясь засады, но теперь они тоже гнали вперед, давя тапок в пол. Даже груда камней, внезапно оказавшаяся у них на пути, на которую беглецы возлагали определенные надежды, их не задержала. Водитель БРДМ лишь добавил газу, заставив тяжелую машину рвануться вверх, и, сшибив силовым щитом несколько камней, которые не смог обойти, перемахнул через препятствие, о которое на такой скорости можно было разбиться в лепешку. Тряхнуло, конечно, но это уже были мелочи. Обмануть их внезапным поворотом с воды на сушу Игорю тоже не удалось и, хотя дистанция не сокращалась, но и увеличиваться не собиралась. Недостаток знаний о поворотах федералы восполняли большей мощностью своей машины и, соответственно, преимуществом в динамике на прямых участках. Игорь видел это на экране локатора, матерился сквозь зубы, но сделать ничего не мог.

— Почему ты не стреляешь? — неожиданно спокойным голосом спросила вцепившаяся в свое кресло Адалия. Палей, сидевший в соседнем кресле, ничего не спросил, для него это был всего лишь выброс адреналина, и он, не до конца понимая опасность, азартно смотрел в экран.

— Бесполезно, — рявкнул Игорь. — Мне их броню не пробить ни под каким соусом.

— Они нас догонят?

— Нет. Держи штурвал.

Хорошо еще, системы управления здесь дублировались, и девушка смогла перехватить управление без лишнего риска. Скорость моментально упала, но Игорю было уже все равно. Механическим, еще в годы учебы отработанным движением проверив удерживающие его ремни, он положил на колени гранатомет и рванул ручку катапульты.

Ощущения были… непередаваемые. В последний раз он катапультировался, когда получил травму, и сейчас ему было, во-первых, страшно, а во-вторых, когда кресло вышвырнуло из «Феникса», еще и дико больно, однако сознания Игорь не потерял. Взмыв на сотню метров вверх и пробив листву, он на мгновение завис, а потом аварийная гравитационная подушка начала плавно опускать кресло на землю. У Игоря было не более минуты, но он успел найти глазами вражескую бронемашину и, вскинув гранатомет, расчетливо всадил ему гранату точно позади башни.

Получилось в точности, как он и ожидал. Экипаж БРДМ гнал машину вперед, настроив конфигурацию силового поля таким образом, чтобы прикрывать от неприятных сюрпризов лобовую полусферу и днище. Таким образом они обеспечивали максимальную защиту от сюрпризов, которые, теоретически могли преподнести им беглецы. Один раз, на реке, это абсолютно грамотное решение им уже помогло. Вот только удара с неба они не ожидали, да и не могли ожидать, и защита сверху была чисто символической. Огненная игла, прошив ее, как бумагу, ткнулась в броневой лист. Три миллиметра брони… Абсолютно ненужной при силовом поле брони. Теоретически ненужной… Брызнули во все стороны капли расплавленного металла, и вся злость кумулятивного заряда пошла вниз, протыкая жертву насквозь. Отражающие панели силовой подушки, расположенные под брюхом БРДМ, вылетели из своих гнезд и перекосились. Машина, потеряв управление, нырнула вниз, разом погасив от удара силовое поле, вспахала десяток метров грунта и с треском финишировала о ствол крупного дерева. Получив удар такой силы, дерево с жутким, каким-то инфернальным звуком накренилось, приподняв искалеченный броневик вывороченными корнями, но, уперевшись в густую стену себе подобных, устояло. Вряд ли ощущения тех, кто был в БРДМ, можно было назвать приятными, но амортизирующие кресла не дали им размазаться о панели.