Чтение онлайн

 Как бывший Посвященный, Якир вызвался поднять все доступные ем архивы, чтобы попытаться понять саму природу стоящей за Орденом силы. Что из себя представляло чудище, которое вызвал на полях Бартайоты Тарэм, я понимала лучше остальных, но вопросов оставалось еще слишком много.

 Шло время, и то, что казалось вечностью, на самом деле вырисовывалось в календаре всего лишь двумя неделями. На исходе пятнадцатого дня, я собрала всех детей Ведущей линии, исключая Али-Нари, и объявила юного Карла, наследником трона.

 Мое решение было принято безмолвно: все понимали, что иного выхода нет. Все - исключая самого принца. Тем же вечером, сын впервые постучался в дверь кабинета.

 Отложив бумаги, я заставила себя улыбнуться.

 -Карл?

 -Мне нужно поговорить с вами… - хмуро начал мальчик.
– Насчет принятого сегодня определения.

 -Слушаю тебя.

 -Я вынужден отказаться от чести продолжать Ведущую линию, - он поднял глаза и с вызовом посмотрев на меня, добавил: - Ваше величество.

 -Почему? – невозмутимо поинтересовалась я, чувствуя, как похолодели от страха руки: взгляд сына был исполнен такой силы и решимости, что на миг показалось, будто передо мной не мальчик, а взрослый, видавший смерть, мужчина.

 -Я не верю обвинениям, выдвинутым против брата и не собираюсь переходить ему дорогу. Кроме того, мне не продолжить дело, которое было начато Вашим величеством, ибо я не разделяю Вашу веру и убеждения. Быть же использованным против своей семьи мне претит.

 Карлу было двенадцать лет… Пять из них он рос на моих глазах, но, как оказалось, я совсем его не знала. Трудно было решить, ужасаться прозвучавшему признанию или восхищаться проявленной им смелости.

 -Ты только что сказал, сын, что не считаешь себя христианином… Означает ли это, что ты являешься адептом Ордена?

 -Нет. Пока – нет. Я не желаю становиться ни на чью сторону, и чту как традиции своего народа, так и волю Вашего величества, ибо таков мой долг.

 Облегченно вздохнув, я встала из-за стола, подошла к нему и взяла за руку.

 -Нам пришло время понять друг друга, принц Карл… Без этого мне не удаться исполнить твое прошение. Согласен ли ты на такое условие?

 Мальчик мрачно кивнул.

 -Готов попробовать.

 -Тогда необходимо разобраться, чем вызвано презрение, которое я вижу в твоих глазах. Не отворачивайся, сын! Имей мужество закончить разговор.

 Отняв руку, мальчик нервно закусил губу.

 -Я не верю в то, что говорит о Вас окружение, не верю в заслуги, которые Вам приписывают, делая чуть ли не святой. Я не верю, потому что все всегда решали не Вы, а дядя Карл или Параман. Во главе рода должен стоять человек, который способен взять на себя ответственность за судьбу Королевства – в этом залог мира. И единственный, кто всегда мог с честью нести это бремя – мой дядя, но не Вы!

 -Вот даже как…

 Все эти годы, мы с мужем были уверены, что сердце сына настолько привязано к приемной матери, что в нем просто не осталось свободного места. А мальчик, тем временем, был просто истинным сыном рода и давно перестал рассуждать как ребенок.

 Повисло напряженное молчание.

 -Надо же, а мы всегда думали, что ты просто не можешь забыть Флоран, - озвучила я невеселые мысли.

 -Глупо… Хотя, наверное, в этом тоже есть доля правды, - кивнул он, опуская взгляд.

 Вернувшись за стол, я открыла ключом верхний ящик и достала обтянутую кожей книгу: мои сумбурные воспоминания, Карл старательно переписал, но решил ничего не исправлять. Кроме мужа и Али-Нари, никто не читал их, так как некоторые факты неизменно бросали тень как на брата, так и на людей, играющих ведущие роли у власти.

 -Возьми, - подозвав, я протянула ему книгу, - здесь ты найдешь все ответы. После этого продолжим разговор. Если не изменишь решения, я передам жребий наследника Лирдану. Только помни: все, что узнаешь, сохрани в тайне. Я доверяю тебе как принцу Крови, и, надеюсь, ты останешься ей верен.

 Карл растерянно кивнул и, спрятав книгу под камзол, поклонился. Глядя ему вслед, я успела заметить, что откровенность далась мальчику не так легко, как он хотел показать: походка была не ровной от пережитого волнения.

 Часов в семь после полудня, закончив очередное совещание, я оседлала Ястреба и, приказав охране оцепить восточный периметр сада, направилась в сторону фамильного кладбища. Решение посетить могилу брата далось нелегко: лишь спустя два месяца после его гибели, мне, наконец, достало мужества перебороть боль и отчаяние.

 По настоянию князя и герцога Пармана, Карла похоронили там же, где и нашего отца, короля Лирдана. Я была благодарна им за это решение, хотя оно и противоречило традициям. Мало кто знал о том, что случилось на полях Бартайоты во время великой смуты… Несколько минут, показавшиеся мне тогда вечностью, Карл был тем, кем должен был стать по праву рождения: сыном от сына, королем от короля, истинным отпрыском древнего рода… Даже корона, несмотря на то, что мы не произнесли тогда все положенные формулы, не повредила ему, признав господина и повелителя.

 Конь нервно пофыркивал, переступая по изумрудной траве, доходящей местами ему до колен. Солнце уже не опаляло, скользя косыми рваными лучам по моему лицу и волосам. Легкий ветерок чуть шуршал в кронах яблонь, и пьянящий аромат ночных фиалок волнами плыл по воздуху, то усиливаясь, то превращаясь в еле уловимый оттенок вечерней прохлады. Заметив, что Ястреб забирает влево, я натянула поводья: не хотелось выезжать на дорожку, где можно было встретить знакомых.

 Тихая грусть проснулась в моей душе и сердце болезненно сжалось. Я обещала себе не унывать, не сдаваться, не терять веры и надежды… Но не горевать не могла. Господи, как же мне было одиноко! Не проходило и часа, в который бы я не вспомнила Карла, приходилось постоянно одергивать себя, чтобы не позвать его, по привычке не обернуться. Не у кого стало спросить совета, найти утешение, защиту… Жизнь изменилась: она стала обычной - тягучей, как сироп и горькой, словно касторовое масло. Если бы я не была христианкой, то, вероятно, просто бы умерла, перестав дышать от всепоглощающего горя.

 Тишина изнутри и извне. Я утонула в ней - мысли умолкли, чувства затихли. На белой гранитной плите, чуть ниже надписи, которую на протяжении двадцати лет привыкла видеть, было высечено: «Карл Валлор, герцог Северных земель». На могиле лежало пять свежих желтых цветов. Спрыгнув на землю, я опустилась на колени, а потом легла и обняла пахнущую прелой листвой землю. Слезы лились сами…

 Где-то высоко плыли по вечернему небу белые облака. Пел в ветвях соловей… Они все плыли, он все пел, а меня тут уже не было. На крыльях воспоминаний я унеслась далеко-далеко, туда, где не умолкал мой смех, где мы все вместе играли с ветром, радуясь просто тому, что живем, дышим, любим. Как жаждала душа этой чистоты, как стремилась к ней всей своей сутью!