Чтение онлайн

— Норимар пал! Город в руках Руорима! Молот Нитхальфа! Более ужасной новости вы, господин разведчик, принести не могли! — завопил Бульдр, раскуривая трубку.

— Что будем делать? — спросил Менор.

— Ситуация непростая, — задумчиво произнес Дармос Железнорукий. — Норимар — пограничный город, до сих пор он считался нейтральным. Если мы пошлем им протест, Грарг может отнестись к этому как к провокации. Возможно, именно сейчас орки планируют нападение, чтобы заполучить Норимар.

Подобные размышления нисколько не интересовали Горена.

— Я отправляюсь в путь прямо сегодня.

— Но ведь ты даже не знаешь, жив ли Хаг, — задумался Менор. — Может быть, Вейлин удалось убежать…

— Все равно, — прохрипел Горен. — Мой отец тоже там. И если оба выжили и попали к нему в лапы… представить себе не могу…

— Мальчик прав, — подтвердил Бульдр. — Я тоже не оставлю друзей в беде, и чем раньше мы поедем, тем лучше.

— Хвала вашему благородству, — недовольно перебил его Дармос. — Но прежде чем что-нибудь предпринять, мы должны точно разобраться, как будем действовать. Не стоит бездумно бросаться вперед, от этого могут быть одни неприятности.

— Об этом никто и не говорит, — проворчал Бульдр себе в бороду.

В этот момент в зале послышалось чье-то глубокое дыхание, а потом раздался низкий голос, принадлежащий явно не человеку.

— Друзья мои и Драконокровные, соберитесь все на стене, я должен вам кое-что сообщить.

— Еще что-то? — пробормотал, поднимаясь, Дармос. — Денек становится все занятнее.

Тут заговорил озирающийся Крэйг:

— Кто это был?

— Ур, пращур, — ответил Горен. — Он все еще живет здесь и охраняет крепость и свой народ. Как будто мы живем в нем, а он в нас.

Впервые норкан продемонстрировал признаки удивления:

— Если вы позволите, Дармос Железнорукий, я буду вас сопровождать.

Повелитель Шейкура кивнул, и они отправились на самый верх.

Ур ожидал их на вершине одинокой горы, над которой возвышались башни и галереи Шейкура. Было непонятно, где кончается скала и где начинается крепость, потому что натуральный и обработанный камень сочетались предельно гармонично, образуя единое целое.

До созданного вручную плато на самой высокой точке массива шейканы могли добраться только по узкой и очень крутой каменной лестнице.

Ур имел собственный вход через внутреннюю часть горы, прямо из своего жилища.

Впервые Горен увидел пращура, кровь которого текла у него в жилах, в полный рост и тут же потерял дар речи. Верхняя часть туловища с передними ногами размешалась на плато, а остальное тело свисало с крутого склона вниз, длинный хвост обвивался вокруг скалы. Широко раскинутые мощные кожаные крылья тихонько покачивались на легком, ощущаемом только здесь, на вершине, ветру. Его согнутая шея вздымалась над плато; чтобы вести беседу, ему приходилось низко опускать большую рогатую голову. Чешуя блестела на солнце, издалека он наверняка был похож на маяк.

Даже на лице у подошедшей позже всех эльфийки появилось испуганное выражение. Звездный Блеск остановилась рядом с Гореном.

— Оказаться бы поближе к небу, — вздохнул старый дракон. — Ведь уже в течение столь долгого времени…

— Действительно, мой старый друг. — Голос Дармоса Железнорукого дрогнул. — Я был совсем мальчишкой, когда ты в последний раз покидал свое ложе.

— Соблазн подняться в воздух очень велик, — пробормотал Ур. — Но сейчас неподходящее время для неуклюжих тренировочных полетов задержавшегося на этом свете старого дракона, которые, не исключено, закончатся унизительным падением вниз. Приветствую тебя, Дармос, и молодого Горена, носителей моей крови. Приветствую Менора, не чуждого поэзии вора, и Бульдра, бороздящего просторы морей гнома. Приветствую Звездный Блеск, сияющий свет народов Тьмы, и тебя, Крэйг Ун'Шаллах, величайшего из дрэгонов. Для меня огромная честь приветствовать тебя в Шейкуре.

Крэйг слегка поклонился:

— А я приветствую Ура, который старше, чем легенда о нем, величайшего и мудрейшего из всех драконов и последнего в этих землях. Я не ожидал, что через столько столетий встречусь с тобой лично.

— Наверное, времена нынче необычные и действий требуют необычных, — ответил дракон, поворачивая голову в сторону севера. — Посмотрите туда, что вы видите?

Все напряженно всматривались в даль. А потом Звездный Блеск медленно произнесла:

— Я вижу… темное небо. Черное с красными отблесками, как будто что-то горит… и пожар растет…

— Это я тоже вижу, — подтвердил Крэйг. — Нездоровая темнота; погода тоже ненормальная.

Горен напряг зрение и сумел разглядеть на горизонте что-то вроде темного пятна, но больше ничего. Он встал на край плато, вытянул шею и закрыл глаза. Если он и сможет разобрать пение ветра, то только здесь, наверху, — внизу воздух не движется. Ему пришлось напрячься, чтобы разобрать тихий шепот:

Ты забыл мою песню? Время пришло. Оно началось.

Горен повернулся к остальным:

— Теперь я наконец понял. Ты именно это и хотел мне сказать, Ур? Мне нельзя ехать в Норимар, чтобы помочь моим друзьям. Клятва мести отцу не имеет значения. У меня другой путь.

— Верно, — подтвердил дракон и обратил блестящий желтый глаз на Дармоса. — Раит приступил к заклятию. Это первый знак. За ним последуют другие, тем более отчетливые, чем дальше он продвинется.

— Помогите нам боги, — пробормотал Менор. Лицо его побледнело, нос заострился и стал совсем тонким. — Если ему удастся разбудить Фиал Дарг…

Неожиданно день утратил свет, солнце — силу, казалось, что мрак пронизывает их насквозь. Озябший Горен поднял плечи.

У Крэйга Ун'Шаллаха лицо сделалось задумчивым.

— Ур, ты можешь воспользоваться магией и посмотреть, на чем он осуществляет заклятие?

— Вижу совсем неотчетливо, — ответил Ур. — Раит окружил себя защитной стеной, потому что ничто не должно помешать заклятию. Мне кажется, это… книга.

Дрэгон мрачно кивнул:

— Так я и думал.

Он взглянул на Дармоса:

— У Раита liber sinistrorum. Это Гримуар, подробнейшая колдовская книга, которую клан Синистра ведет испокон веков. В нем собраны практически все заклятия, проклятия и формулы черной магии, и он регулярно перерабатывается до сих пор. Это невероятно ценная книга. Я уверен, что именно там Раит нашел формулу, чтобы снять заклятие Стражей.

Какое-то время собравшиеся обдумывали его слова.

— Значит, никакой надежды нет? — тихо спросил Менор.

— Время на нашей стороне, — возразил Ур. — Раиту понадобятся недели, чтобы произнести формулу. На это поставит и Хокан Ашир.