Чтение онлайн

— Я уже отказался! — резко перебил отца Лео.

Он устал спорить, устал доказывать свое право выбора. Он никогда не боялся отца, а теперь еще и чувствовал себя с ним наравне, будучи одного роста — смотрел ему прямо в глаза, а не снизу вверх.

— И я сделал это по всем правилам и законам Темных Земель. На глазах у всего нашего народа, как ты того потребовал, желая моего унижения. Я принял статус предателя, когда ты ответил на мою речь после официальной церемонии отречения. Я ушел из дворца под шепотки и смех своих подданных, надеясь никогда больше не возвращаться. И я не вернусь, — юноша говорил резко и зло, глаза поблекли, и их заволокло белой пеленой, кулаки были сжаты, а челюсти стиснуты. — Никогда больше не стану позволять тебе делать себя козлом отпущения. Не стану принимать тебя как своего короля и правителя. Я сделал свой выбор, и я его не изменю, как бы ты ни хотел обратного. Да, я принял силу. Но отнюдь не добровольно. Я едва не умер, подсознательно сопротивляясь ей до последнего. Но сделал это не для тебя, не для власти. И даже не для себя. Я сделал это для близких мне людей. И ты в их число не входишь!

— Щенок! — прошипел зло король Этей, презрительно и яростно глядя на такого же злого сына. — Ты никогда не признавал меня, никогда не уважал и не принимал! Всегда спорил и сопротивлялся, всегда был упертым и глупым мальчишкой!

— Так зачем тебе на троне такой наследник?! Какого черта ты не оставляешь меня в покое?! — рычал в ответ Лео.

Они стояли друг напротив друга, агрессивные, кипящие от гнева, сверлящие яростно глазами оппонента, будто были злейшими врагами на земле. Возможно, так и было: никто не ненавидит сильней, чем тот, кто когда-то любил. Этей любил сына без меры, пока ждал его, пока он был маленьким. Но постепенно любовь сменялась разочарованием, когда пришло время, а сын не оправдал надежд и ожиданий, когда проходили дни, а он не принимал то, для чего был рожден. И Лео любил своего сильного, надежного отца, любил засыпать у него на руках под тихие песни сидящей рядом матери. Пока не начал понимать, что в нем не увидели своих ожиданий, когда начал осознавать, что его хотят видеть под определенным углом, не принимая в расчет того, каким он был на самом деле и чего хотел сам. И любовь ушла, сменившись злостью, гневом, руганью и спорами, косыми взглядами и пренебрежением.

Король Этей больше ничего не сказал. Лишь шумно выдохнул, с прищуром бросил на сына короткий взгляд и решительно ушел из леса.

Лео же лишь облегченно выдохнул, когда перестал слышать скрип снега под ногами разочарованного отца. Он без меры устал от подобных склочек и споров еще дома. Они всегда выматывали и мучили, причем их обоих. Но не прекращались никогда. Лишь с его уездом из дома стало легче, и окончательно от них Лео освободился — как ему показалось — в день, когда отрекался от трона. Отец потребовал официального отказа, чтобы взять приемника. Выдернул его из Академии посреди ночи, выставил перед своим двором, а после отречения высказал все, что думает о его слабости и бесчестии. Лео уходил из дома окончательно опозоренным. И больше не собирался когда-либо туда возвращаться. Несколько дней ходил поникшим и выжатым эмоционально, Анна так и не добилась от него ответа тогда, что с ним случилось. Он не желал ее расстраивать и беспокоить, а потому привычно пережил очередную каверзу отца в одиночестве. Но с каким же облегчением он вздохнул, когда боль утихла, когда он понял, что наконец-то стал свободным! Что никто больше не станет от него чего-либо требовать и ждать, что никто больше не будет упрекать и обвинять! Он словно начал жить заново. И он не собирался отказываться от этого невероятного чувства легкости и умиротворения в душе, не собирался возвращаться в мир, где все ему чуждо. Пусть его назовут трусом, пусть обвинят в глупости, но он будет счастлив.

С облечением Анна узнала, что принц покинул Академию: его и прочих выпускников король Этей забрал с собой в Темные Земли на практику. Так было проще не думать о случившемся, хотя шепотки и нелепые сплетни уже разлетелись по всему учебному заведению. Историй была масса, и каждая преувеличивала предыдущую во сто крат. Но истины девушка не услышала ни разу, и не знала — хорошо это или плохо. Правду о случившемся Анна рассказала лишь друзьям. Лео был в шоке, Хитана привычно пожала плечами.

— Ты много не знаешь о натуре демонов, многое еще будет тебя пугать и устрашать. Главное делать вид, что все нормально.

— Согласен, — кивнул серьезное Лео. — Ваш союз с Кассианом на глазах у всего мира, и вам обоим стоит следить, чтобы не к чему было придраться тем сторонам, что жаждут его расторжения больше других — людям и демонам.

— Кому-то еще есть дело? — невесело хмыкнула Анна за завтраком, рассеянно мешая кашу.

Рыська лишь глаза привычно закатила на наивность подруги.

— Анна, всему миру есть дело. То ли он обретет всесильного врага, если союз людей и демонов оправдает себя, либо разразится новая война, которая так же не грозит ничем хорошим. В любом случае — мир затаил дыхание. И других вариантов нет.

Анна не смотрела на свой брак с подобной стороны, да сейчас и не хотела задумываться на эту тему — она еще не выходит замуж. Ей бы найти с Кассианом черту, где обоим будет комфортно и спокойно. А то у них что ни день — какое-то чудо происходит. И все слишком резко и быстро. Один факт их скоротечно развивающихся чувств не дает ей покоя, что уж говорить о большем. И как все-таки хорошо, что весной Кассиан покинет Академию, и у нее будет время привыкнуть к нужным мыслям. Пусть она понимает, что будет скучать и страдать без любимого человека, но сейчас для нее было главным не потерять себя, развиться и улучшиться как личность. У нее есть все для этого, а главное — поддержка ее друзей и беловолосого демона.

Но мы предполагаем, а Случай располагает.

Буквально на следующем занятии с Бастардом, в купол, защищающий полигон от внешних воздействия со всей силы ударилась птица. Раз, другой и третий, настойчиво пытаясь попасть внутрь. Звук столкновения с магией был звонким и разносился по всему полигону — нельзя было не заметить.

— Гхарт?! — удивлению Анны не было предела, когда она узнала своего питомца.

Хасин так же заметил зверя, взмахом руки пропустив его внутрь. К удивлению принцессы птица направилась к демону. Хотя чему удивляться — в последнее время он служил лишь Хасину — ей некому было писать. Редкие письма леди Мирай прекратились еще осенью. А о новостях из дома Анна либо предпочитала не знать совсем, либо слышала то, чем считал нужным делиться с ней Хасин. А он не считал нужным делиться ничем. И девушке так было спокойней и проще. Акилон никогда не был ее домом, по сути его не было у нее в принципе. Однажды им станет Асцелот, сейчас ее обиталищем была Академия. Поэтому зачем ей что-то знать о месте и людях, которым до нее самой никогда не было дела? Но она скучала. Скучала сильно, и порой тоска накатывала неимоверно. Но скорей она была иллюзорной.

Очень часто Анна представляла себе дом, где ее любят. В мечтах воображала, как на каникулы ее ждут родители и сестра, братья. Но это были моменты слабости, когда тоска накатывала. В основном ей было просто больно и обидно, что ее жизнь сложилась так, что ее дом никогда не был особенным местом. Но она привыкла, и правдиво когда-то ответила Хасину что едва ли скучает. Хочет все изменить, но понимает, что этому не дано случиться уже никогда.

Каменными когтями Гхарт приземлился на руку демона, порвав рукав рубашки в клочья, а на землю покапала кровь демона, который лишь едва поморщился. Сосредоточенно он отвязывал от лапы птицы свиток с посланием. Как только зверя освободили от работы, он взлетел вверх и направился к Анне. Уже предвкушая боль от когтей, она выставила руку, но за миг до того, как когти коснулись кожи, рука покрылась магической броней. Принцесса бросила благодарный взгляд на Лео, и приласкала зверя. И снова на Анну смотрели с непониманием: Гхарт, Таш, Ноан и Харди — все это были демонические создания, но ее они принимали как родную душу. Она словно околдовала их, и это заставляло некоторых неверяще улыбаться, других подозрительно коситься и побаиваться, а третьих — демонов — презрительно кривить губы, но молчать.

Гхарт недолго наслаждался лаской принцессы — взмахнул крыльями и испарился.

— Занятие окончено, — неожиданно раздался громовой приказ Бастарда, который торопливым шагом с нахмуренным лицом направился к выходу, взмахов руки сняв с полигона защиту.

Студентов тут же завьюжило снегом, и они бегло направились к замку, но прежде каждый услышал еще один приказ демона:

— Адептка Верлиан, ко мне в кабинет.

Анна встревожено проводила Хасина взглядом, переглянулась с друзьями и направилась следом. Демон спешил, и она едва поспевала за ним, почти запыхавшаяся влетела в кабинет, зябко кутаясь в плащ, который едва успела набросить. Только за ней захлопнулась дверь, как Хасин с озабоченным лицом бросил на нее короткий взгляд. Рассеяно согрел ее заклинанием и указал на стул. Анна в ожидании присела, глядя, как хмуро и недовольно Бастард сверлит взглядом противоположную стену, уперевшись бедрами о свой стол, а в руках мнет письмо.

— Не уверен, стоит ли тебе знать, — начал Хасин, посмотрев на принцессу все так же рассеянно, немного задумчиво.

— Ты — и сомневаешься? — удивилась Анна, чуть заметно изогнув губы в улыбке.

— Это, — Хасин поднял письмо, — многое может изменить в твоей жизни. И я не уверен, что ты готова к этим изменениям. Но знаю, что ты не упустишь эту возможность ради своих личных целей, но боюсь, что заплатить придется слишком дорого.

— Прекрати говорить загадками: либо покажи мне письмо, либо я иду на следующее занятие, — девушка поднялась на ноги и протянула к нему ладонь.

Минуту демон смотрел на принцессу, рассеянно касаясь кончиками пальцев нахмуренного лба. А потом все же отдал ей письмо.

Анна так же невольно нахмурилась и обратила взор на бумагу.

Это было не письмо, скорее краткий донос или отчет. И Хасин, едва Анна закончила читать и подняла на него встревожено-вопросительный взгляд, начал пояснять.

— Несколько месяцев назад я получил сообщение о том, что король Тамир приболел. В его возрасте это нормально, и я не придал значения этой мысли. Спустя время стало известно, что король слег, и твой брат Адринн занял место отца, в ожидании пока тот поправится — обычная практика, — рассеянно пожал плечами демон, расхаживая по кабинету. — Состояние твоего отца не ухудшалось и не улучшалось долгое время. Но другое обеспокоило двор — принц Адринн так же слег с неизвестной болезнью. Это было месяц назад. Сейчас, как ты прочла, практически вся твоя семья находится на грани смерти. И это не болезнь, это не зараза — хотя двор считает иначе — три четверти придворных разъехались по своим дальним поместьям в страхе заразиться. Фактически страной управлял Совет твоего отца. Прошло время, и появилась угроза политического переворота.