Чтение онлайн

– Дом живой, – усмехнулась она глупому, растерянному взгляду собеседника. – В прямом смысле слова, Ленц. У него есть сердце, душа. Он дышит, чувствует, все понимает. Сделай, пожалуйста, лицо попроще.

– Как такое возможно?

– А как возможно то, что ты читаешь мысли? Все в этом мире имеет свое место. Не обижай дом, и он не обидит тебя. Старайся не трогать картины и стены, пока он к тебе не привыкнет. Он, конечно, рад гостям, но не настолько, чтобы позволять тебе вольности, – закатила она глаза. – В моей семье поколениями следили за ним. Я продолжаю дело бабушки. По сути, это лишь малая часть того, что тебе предстоит узнать.

– Ты ведьма? – испуганно произнес он.

– Как и ты. – Ленц побледнел сильнее обычного.

– Значит, отец тоже?

– Нет. Только ты и я. И это навсегда останется между нами, помнишь? – парень кивнул. – На сегодня достаточно лекций. Продолжим позже.

После вкуснейшего ужина на фоне музыки, лившейся из ниоткуда, они поднялись наверх. Ленц смутился, взглянув на Мартина, и девушка тоже испытала неловкость. Парень прочитал мысли ее мужчины, а потому, как только они скрылись за дверью спальни, она наложила на Мартина заклинание, уберегавшее его мозг от вторжений.

– Что такого можно было подумать, чтобы вогнать подростка в краску? – игриво спросила его девушка. Мартин прижал ее к кровати:

– Я лучше покажу.

С тех пор как они восстановили равновесие, уничтожив лорда Замана, и Катарина простила себя за гибель Габриэля: ей перестали сниться сны. Но в ту ночь девушку снова одолевали кошмары. События переплетались: она видела смерть колдуна, его безжизненные глаза, и как душа лорда разлетается на осколки, и последний взгляд Габриэля.

Катарина желала покинуть сон, но он не отпускал, погружая все глубже в страхи, поселившиеся у нее в глубине души. Она кричала, рвала на голове волосы, а затем заметила светлое сияющее пятно, и заглушила агонию. Оно разрасталось до тех пор, пока не приняло овальную форму портала. Девушка смотрела на него какое-то время, размышляя остаться ли ей в кошмаре или ступить в неизвестность: и решила шагнуть. Глаза слепило от яркого света, но вскоре они привыкли, и она стала различать очертания. Это была улица: узкая, уютная, маленькие домики, магазинчики на первых этажах, смуглые люди. «Где это я?» В ответ на вопрос в голове у нее зазвучал строгий голос Черы: «Испания. Мы с твоим дедушкой однажды здесь отдыхали. Приятное местечко, не правда ли?»

– Бабуль? – ее голос отдавал эхом, разделяясь надвое. Чера вышла из яркого света: красивая, стройная, седовласая.

– Я хотела посетить твой сон, но там творится такое, что мне не хватило смелости. Что происходит, милая? Ты неплохо справлялась, – взяла она девушку за руку, успокаивая ей нервы.

– А как, по-твоему, должен выглядеть сон убийцы? С радугой и волшебными нимфами? – фыркнула она раздраженно.

– Ты сделала то, что должна. Не вини себя. В этом нет пользы, – улыбнулась ей Чера теплейшей из улыбок.

– Расскажи это Ленцу. Я ведь прикончила его отца, – девушка вдруг поняла, почему ее посещают кошмары.

– Его отец – Кристофер. И пусть Ленц не одной с нами крови, это ничего не меняет. Скажи мальчику правду. Он заслуживает знать. – Катарина опустила голову на грудь. – Но я пришла не за этим, дорогая. Надвигается буря. Ты должна быть готова сражаться. Борись со страхами, и узнай о брате все, что сможешь. Не забывай оглядываться… – Чера растворялась и прекрасное место вместе с ней.

Катарина неохотно вернулась в кошмар. Напоследок у нее в ушах прогремел зловещий смех, от которого кровь стыла в жилах.

Девушка собиралась рассказать Ленцу правду, но не могла придумать способ, который имел бы минимум последствий. Ленц освоился в доме, и тот уже не пытался его придушить. Но иногда он все же забавно вздрагивал, когда по коридору проносилась очередная проекция. Юная Чера внезапно возникала из стен и пугала его, хохоча как припадочная.

Катарина с трудом сдерживала порывы энергии, лучи пробивались. Она стала часто выходить в сад, где могла пообщаться с Грандом и дать волю лучам. Энергия соединяла их воедино, когда девушка седлала его и мчалась галопом к обрыву. Они двигались в такт, ритм сердец ровно отстукивал, ветер путался в гриве и волосах.

Вернувшись с прогулки на задний двор дома, она поблагодарила Гранда за чудесное утро. Конь громко заржал, бодая ее своей громадной головой. Золотые лучи обвивали их, весело кружась: некоторые садились на коня, другие – на нее, сверкая на солнце, словно сотканные из бриллиантов. Грохот на крыльце заставил девушку насторожиться: на нижней ступеньке стоял Ленц, а рядом его ног лежал разбитый цветочный горшок.

Пальцы парня тряслись, затем к ним присоединилась и голова, и он рухнул на землю, содрогаясь всем телом. Катарина подбежала к нему и попыталась остановить тряску физически, но метод не сработал. Тогда она обхватила его лицо ладонями и зашептала заклинание, направляя на него лучи. Ленц затих, и его осунувшееся лицо растянулось в улыбке перед тем, как он окончательно потерял сознание.

Она велела лучам отнести парня в комнату. Чуть позже они с Мартином стояли возле кровати, наблюдая за мирно сопящим подростком, который был всего на пять лет моложе нее, но выглядел словно ребенок.

– Что случилось? – прошептал Мартин, обнимая ее за плечи.

– Приступ. Похоже на эпилепсию, только без пены. Я так испугалась! Отец бы мне этого не простил, – виновато заглянула она ему в глаза. – Нужно выяснить, что это, пока есть время.

– Что ты имеешь в виду?

– Во сне ко мне приходила Чера. Грядет что-то ужасное. Я должна узнать о брате как можно больше, пока есть возможность.

– Она не сказала, что именно?

– Не знаю, какой Чера была при жизни, но после смерти все, что она говорит, туманно, – девушка закатила глаза, вызывая у него улыбку.

– Старая, добрая Чера, – пропел Мартин. – Я пойду в библиотеку, посмотрю, есть ли там что-нибудь о припадках.

– Смотри еще закатывание глаз и шептание странных слов. – Он нахмурился, чмокнул ее в губы и отправился на поиски информации.

Катарина присела на край кровати и взяла Ленца за руку. Еще недавно парень выглядел более или менее сносно, а сейчас она заметила, что он совсем истощал. За время, проведенное в доме, он умудрился скинуть несколько килограмм. Пока она размышляла об этом, у него в кармане зазвонил телефон. На экране высвечивалось «мама». Катарина тяжело вздохнула и взяла трубку.

– Катарина? Что происходит? Уже три часа дня! Где мой сын? – кудахтала Вета.

– Все в порядке. Он на конной прогулке с Мартином. Мужской день, понимаешь?

Вета продолжала расспросы, и девушка невольно представила место, которое ей описывала. Увлекшись разговором, она не сразу заметила, как воздух вокруг кровати начал подрагивать. А когда Вета спросила про дату возвращения, Катарина уже оглядывалась по сторонам, не веря собственным глазам. Быстро прервав разговор, девушка повесила трубку.

Рука Ленца все еще лежала в ее ладони, а кровать стояла на песке посреди пляжа, – море шумно омывало ей ноги. Чайки пронеслись у нее над головой, выкрикивая боевой клич. Солнце клонилось к закату, окрашивая в нежно-розовые и оранжевые тона небеса. Девушка вдохнула морской воздух, и в памяти у нее всплыло воспоминание о том, как они всей семьей ездили на море. Они с отцом бегали по пляжу, играли в мяч, а мама читала на берегу книгу. Конечно же, она читала чушь из разряда «Как быстро и легко разбогатеть», оборачивая ее в другую обложку (чаще всего классического произведения). Отец, не замечавший нюансов, восхищался начитанностью своей жены и ее тягой к прекрасному.