Чтение онлайн

— А я ничего не умею, — Балора была непривычно мрачной.

Шарби улыбнулся ей.

— Ну кто-то же должен ходить по магазинам и убираться в доме! Или ты скажешь, что это не работа? И, вообще, что нам делать с Чернышом? Где он будет жить?

— Поживет дня два в башне, еда у него там есть, а что дальше — не знаю, — вздохнула Менса.

— Большую клетку придется сделать, с крытым верхом, — предложила Балора.

Шарби, довольный тем, что ему удалось сменить тему разговора, кивнул.

— И еще ящик поставим: «подайте на еду». Участочек у нас маленький, клетка будет хорошо видна, значит, любопытные так и толпиться у забора будут.

Менса поморщилась.

— Как-то нехорошо это, милостыню просить…

— Считай это платой за зрелище. В Вараре у одного живет пара леопардов, лев и несколько мелких антилоп. Он пускает всех желающих посмотреть — за плату. Чем Черныш хуже?

— А кто клетку будет делать?

— Спрошу вечером в «Бычьем глазу».

— «Бычий глаз»? — удивилась Балора. — Надо же, а мне этот трактир всегда приличным казался. Тихим, чинным, спокойным…

Шарби ухмыльнулся.

— Вот именно. Там, где воры собираются, всегда тихо, чинно и спокойно. «Не гадь там, где живешь» — это главнейшая заповедь. Поэтому там не только карманы не обчистят, но и даже трактирщик не обсчитает!

Когда Шарби зашел в «Бычий глаз», то увидел Бойца, сидящего со смутно знакомым лысым человеком.

— Вот тот, кого ты ищешь, — сказал Колви.

— Где-то я тебя видел, — задумчиво проговорил мальчик, садясь за стол.

— Когда я с парнями праздновал после дела Лорда Кирилиона, ты рядом отирался. Мне еще Крыса не дал тебя прогнать.

— Вспомнил, — кивнул Шарби.

— Что же ты сразу не сказал, что на Орден работаешь? Я бы слова худого не сказал!

— Мастер-Лорда вовсе не красило то, что у него вор служит. Вот я об этом и молчал.

— А сейчас?

— Сейчас — другое дело. Я хочу найти его убийцу, а до остального мне уже и дела нет.

— Тогда — пошли. Мальчишка в «Уголке» схоронился.

— Пошли, — Шарби встал из-за стола.

— Не боишься один? — остановил его Колви.

— Нет. Мастер-Лорд научил меня некоторым интересным вещам.

— Ты мне не доверяешь что ли, Боец? — возмутился лысый.

— Нет, Череп, — ухмыльнулся Колви, — совсем не доверяю. Как можно доверять грабителю, который сюда приходит раз в месяц?

— Ну, с грабежами я завязал — совсем завязал. А что здесь редко бываю — так мне и в «Уголке» хорошо.

— И все равно, Шарби я с тобой одного не отпущу. Он — в доску свой, я с ним на дела ходил, а тебе я не верю.

— Сказал же я тебе, Боец, что против Ордена не пойду никогда? Раз уж разговор пошел… Когда я попал каторгу, на грабеже попавшись, заболел я сильно. Там, в сырых штольнях, больных было через одного. И зашел к нам как-то маг. Был он на руднике по своим каким-то делам, а в шахту спустился просто так — нас подлечить. Не за деньги, не по приказу… Просто так захотел. И хоть я на каторге волосы свои оставил, да и спина к дождю болит — без него я бы там совсем загнулся бы. С тех пор я и поклялся, что долг верну, хоть когда-нибудь. Ты, Шарби, думаешь, что Малек что-то знает об убийстве мага?

— Конечно. А иначе, с чего бы он прятаться стал?

— Боится. Все-таки почти у него на глазах главного мага убили.

— И что, теперь каждый посудомойка в городе бояться должен?

Череп вздохнул.

— Не знаю… Тебе решать, я только тебя отведу к нему — и все.

Шарби кивнул Колви и пошел к выходу. Идти им пришлось не очень долго: до порта. Там Череп завел Шарби в какой-то склад через боковой вход. В маленькой комнате за большим столом сидела дряхлая старуха и читала какой-то счет, держа его перед собой на вытянутой руке. Череп кивнул ей, бросил на ходу: «Это и есть Шарби», и открыл внутреннюю дверь в складское помещение. В дальнем углу обнаружился люк вниз, в длинный коридор, выложенный кирпичом.

— Раньше, лет сто пятьдесят назад, здесь, в порту, случился очень большой пожар. Потом все перестроили, а про этот подвал забыли. Его случайно нашли лет тридцать назад, и так появился «Уголок», — пояснил Череп.

— Дорого здесь жить стоит? — деловито поинтересовался Шарби.

— Нисколько. В молодости Кейли любила одного вора, крепко любила… Парня потом казнили, а она, в память о нем, разрешает ворам тут жить сколько угодно. И денег не берет — у нее своих достаточно. Кому идти некуда — так она и подкормит, и даже денег даст. Вот, за этой дверью.

Шарби кивнул вору и распахнул дверь. За ней оказалась вторая.

— Стены толстые, двери двойные… Тут очень тихо, — сказал Череп. — Ты дорогу обратно найдешь? Я тогда ждать тебя не буду.

Шарби вновь молча кивнул и зашел внутрь, закрыв за собой двери. Комната была не слишком мала, но пуста. В ней был один только топчан, на котором лежал мальчик, уставившись в потолок и сунув одну руку себе в штаны. Он обернулся на шум и резво сел, вытащив руку. Он был низкорослый и щуплый, лет одиннадцати на вид.

— Ты кто? — испуганно спросил он.

Шарби решил действовать прямо, чтобы ошеломить собеседника.

— Так это ты помогал Мастер-Лорда убить? — спросил он.

Результат превзошел все ожидания: мальчик смертельно побледнел и застыл на одном месте, в ужасе глядя на Шарби. Шарби сделал шаг и протянул руку, чтобы похлопать его по щекам, но тот вдруг отпрянул и забился в угол.

— Я ничего не знаю! — проговорил он сдавленным голосом.

— Конечно, — усмехнулся Шарби, — я тебе верю…

Мальчик вскочил со своего топчана и кинулся к выходу, но Шарби был чуть быстрее, и успел крепко схватить его за одежду. Мальчик попытался ударить Шарби кулаком, но Шарби сильным толчком сшиб его с ног: сказалась разница в весе и росте.

— Ну! — резко сказал Шарби. — Говори!

Мальчик, лежа на полу, молча завертел головой и начал переворачиваться на живот. Шарби сильно пнул его под ребра.

— Я ведь могу сделать и больнее.

Мальчик, отталкиваясь ногами, попробовал продвинуться к двери. Внезапно Шарби ощутил необычную злость. Почти машинально он наклонился, прикоснулся рукой к мальчику и стиснул зубы, раскусывая ампулу. Это было то самое запрещенное Храмом заклинание — заклинание, причиняющее боль. Шарби выплюнул осколки ампулы на пол, хладнокровно глядя на то, как мальчик корчится и бьется о пол, не в силах даже закричать. Ярость утихла, но теперь эмоций не было никаких: ни раскаяния, ни жалости. Шарби отметил, что, видимо, он научился у Мастер-Лорда гораздо большему, чем можно было подумать. Сейчас он следил за другим человеком как за насекомым.

— Понравилось? — спросил он, дождавшись, пока мальчик не перестанет дергаться.

Тот только застонал в ответ. Шарби присел на корточки.

— Я ведь могу и повторить!

— Я не могу! Он убьет меня! — заплакал мальчик.

— Может и убьет, когда-нибудь. А если ты не будешь говорить, тебя убью я. Прямо сейчас. Еще несколько таких заклинаний — и ты просто умрешь от боли.

— Я боюсь…

— Бояться нужно не его, а меня.

Шарби схватил его за грудки и встряхнул, ударив затылком о пол.