Наследство Найтингейлов (Том 2)
Шрифт:
– Дети, Норт, - повторила она, чуть прикусив кожу на его груди. Пусть у нас будет много-много детей. Норт застонал.
– Я была единственным ребенком, и мне это не нравилось. Иногда было так одиноко. Я помню, что мать ходила беременной несколько раз, но ни один ребенок не выжил. Как-то я даже попросила отца дать мне маленькую сестренку, но он только покачал головой и отвернулся. Помню, мне было лет семь, и я услыхала, как горничные толковали между собой о том, что мама едва не умерла от последних родов, и тяжело вздыхали при этом. Надеюсь, в этом я непохожа на нее.
Царица небесная, как она могла думать столь связно, чтобы высказывать подобные вещи? Он не был готов к этому. Просто не готов.
Норт поцеловал ее волосы, вдыхая запах лаванды, и это было последним, что он помнил. Вскоре раздался легкий храп, и он погрузился в глубокий сон удовлетворенного мужчины. Кэролайн прижалась к нему. У Норта был тяжелый день. Человеку необходим отдых.
Она неожиданно представила Нору Пелфорт и вздрогнула. Что же все-таки здесь происходит?
– Что ты имела в виду, черт возьми, когда заявила, что не похожа на мать? Конечно, не похожа, гром и молния! И не смей больше говорить о таком!
Кэролайн так перепугалась, что от неожиданности подскочила. Норт, опершись на локоть, окинул ее свирепым взглядом, продолжая рассерженно бормотать что-то, но через мгновение уже снова спал, и Кэролайн покачала головой. Скорее всего, он вообще не просыпался по-настоящему.
Она крепко обняла мужа, почему-то обрадованная его гневной речью. Наверное, он все-таки немного неравнодушен к ней.., совсем немного, и, значит, дело не только в мужской похоти. Что же касается женской похоти.., конечно, это вполне естественно. Но она еще питала к Норту и теплые человеческие чувства, возвышенные и нежные, не имеющие ничего общего с телесными, чистые и цельные, переполняющие сердце. Однако странно только, что эти чувства ничем не давали о себе знать, пока Норт ласкал ее. И еще муж ужасно нравился ей, вот такой, лежащий на спине, с закинутыми под голову руками.
Глава 25
– Э-э-э, мисс.., то есть ваша милость!
Кэролайн подняла голову от книги о короле Марке и увидела горничную Тимми, стоявшего в дверях спальни.
– Добрый день, Тимми. Удалось найти еще лаванды для ванн?
– И нет, мисс.., то есть ваша милость. Я думал, теперь миссис Мейхью позаботится о ваших ваннах.
– Я предпочитаю тебя, Тимми.
– Спасибо, мисс.., ваша милость. Вижу, вы читаете что-то важное.
– Да, по крайней мере для предков его милости. Ты когда-нибудь слышал о короле Марке, Томми?
При виде безутешной скорби на лице мальчика, мрачно качающего головой, Кэролайн невольно улыбнулась.
– Видишь ли, люди считают, что он правил Бретанью и Корнуоллом в середине шестого века, но наверняка никто ничего не знает - слишком давно это было. Однако жена короля, Изольда, предала его и...– Она внезапно осеклась.– Думаю, это не так уж интересно. Что ты хотел, Тимми?
– Ну.., ваша милость...я только хотел спросить.., не отдадите ли мне теперь хлопушку, ведь старый Ффолкс смылся и больше не станет вас красть.
– Вот оно что, - кивнула Кэролайн, поднимаясь и мгновенно забыв о короле Марке, его неверной жене и о том интересном предположении, что Тристан был скорее сыном, а не племянником Марка. Она отыскала маленький пистолет и, обернувшись к мальчику, нахмурилась:
– Уверен, что твоему отцу пригодится этот пистолет? Он сломан.
– О да, мисс.., ваша милость.
– Видишь ли, я расспрашивала Кума о твоей семье, и он сказал, что у твоего отца не одно, а несколько ружей, и все исправны.
Тимми, неловко переминаясь, опустил глаза.
– Так вот насчет этого парня, короля Марка...
– Кум также объяснил, что твой отец не слишком добрый человек.
И внезапно вместо маленького мальчика перед ней предстал разъяренный мужчина.
– Ублюдок пьет, пока эль из ушей не польется, а когда миссис Фрили выгоняет его и говорит, что не позволит громить гостиницу, он ковыляет домой и набрасывается с кулаками на ма и сестер. Если он хочет задать трепку мне, я всегда могу сбежать в Маунт Хок, но ма и сестрам некуда идти. Мне нужен пистолет, мам, я должен их защитить.
Кэролайн мельком взглянула на карманный пистолет, когда-то принадлежавший отцу, который все еще сжимала в руке. Она прекрасно понимает чувства Тимми, его страстное желание оберегать мать и сестер. Как ужасно ощущать себя беспомощным перед грубой силой! У беременных дам были кинжалы, а мисс Мэри Патрисия не расставалась с пистолетом. Кэролайн хранила свой кинжал в комоде.
– Ты прав, Тимми, - сказала она наконец.– Тебе этот пистолет нужнее, чем мне. Только обещай, что будешь очень осторожен. И не застрели отца, слышишь? Если попытаешься остановить его, стреляй в воздух. Этот пистолет производит так много шума, что напугает даже корову. Уверена, что отец присмиреет. Если первый выстрел не поможет, нажми курок еще раз, хорошо?
– Обещаю мисс.., ваша милость. Я не желал бы прикончить отца, просто хочу заставить его держать кулаки в карманах. А как можно выстрелить еще раз?
– Ты умеешь с ним обращаться?
– Нет, - вздохнул Тимми, - только однажды в руках держал.
– Что ж, тогда пойдем в сад и поупражняемся в стрельбе. Я покажу, как чистить и заряжать пистолет. Видишь ли, Тимми, он двуствольный и поэтому может быть заряжен сразу двумя пулями. Держи его в чистоте. А это механизм замка...
Час спустя, услышав выстрелы на восточном склоне, Норт оцепенел от страха, но тут же опомнился и бросился бежать. Ноги не слушались настолько, что он ударился о ствол яблони и, не в силах бежать дальше, вцепился в ветку, тяжело дыша и оглядываясь по сторонам. Тут на глаза ему попались Кэролайн и горничная Тимми, стрелявшие в бутылку, установленную футах в двадцати от них.
– Молодец, Тимми, - воскликнула Кэролайн, - ты почти попал. Старайся не дергать пистолет, держи его неподвижно. Конечно, он тяжелый, но ты скоро привыкнешь, Старайся, чтобы мушка и мишень были на одной линии. Вот так. А теперь нажимай курок, очень, очень медленно.– Раздался громкий выстрел. Норт увидел, как блестящие осколки летят во все стороны.
– Что здесь происходит, черт возьми?
Хозяин Маунт Хок уже хотел было выступить вперед и потребовать ответа, но остановился. Нет, позже она сама расскажет, что делала здесь с горничной Тимми.
Норт повернулся и начал взбираться по склону, сорвав по пути низко висевшее яблоко. Он вытер его о бриджи, пока румяные бока не засияли, подкинул в воздух, поймал и съел в три глотка. Что же все-таки она и Тимми делают с пистолетом? Норт знал, что рассказ его не утомит. И он не обманулся в своих ожиданиях. Норт уставился на жену с открытым ртом, потом все-таки захлопнул его и снова открыл. И произнес медленно, со зловещим спокойствием:
– Ты предупредила, чтобы Тимми не убивал отца, когда тот пьян и избивает жену и детей, и велела, чтобы мальчик стрелял над его головой и перепугал негодяя до потери памяти.