Чтение онлайн

– А Вы можете? – Спросил Корнев, чтобы хоть как-то принять участие в разговоре. – «А почему нет?», – Подумал он. – «Он ведь сам требует полного прояснения вопроса».

– В Вашей нет, не могу. – Сказал старик и рассмеялся. – Вы можете тогда спросить, о чем здесь идет разговор? А вот о чем, молодой человек. Пройдя курс обработки, Вы сами получите возможность влиять на вероятность будущих событий Вашей жизни и именно благодаря новым своим интеллектуальным возможностям. – Он снова засмеялся своим тихим скрипучим смехом, от которого у Андрея на душе стало не по себе. – Да-да, и произойдет это, прежде всего из-за того, и потому, что в вашем головном мозге откроются запретные зоны, где на сегодняшний момент человеку не позволено самому вмешиваться в работу мозга, и тем самым изменить собственную программу жизни, или линию своей судьбы, как хотите.

Здесь Марлин Конклифф замолчал. В его глазах возник огонь доселе невиданной силы. Казалось, он сбросил с себя лет пятьдесят, или даже сто, столь энергичен был его вид.

– Вы думаете, мне лет семьдесят или восемьдесят? Нет. Вы глубоко заблуждаетесь. У меня совсем другой возраст. Но об этом как-нибудь я Вам расскажу, когда все успешно осуществится. А сейчас, вот, что Вы должны для себя уяснить. Наш мозг представляет собой в своей основе, говоря вашим языком, сложную органическую плату, обладающую различными уникальными способностями самонастройки, более того, регенерирующим эффектом. Проще говоря, наш мозг и есть биоматрица. Заложенная в нас программа не только часть, но и продукт нашего мозга. То, что все называют интуицией, скоро станет сопровождать, если не сказать, преследовать Вас значительно активнее, чем было возможно до сей поры. Проявление интуитивного мышления приобретет разные формы, в том числе, в форме сновидений, предчувствий, или обозначится какими-либо другими приметами и знаками. Вы получите способность ясновидения. Сразу скажу, жизнь для вас приобретет новое содержание, станет, или интереснейшей сагой, или кошмаром. Все будет зависеть от целей, ради которых Вы готовы подписать контракт. У меня бывали всякие случаи, когда клиенты очень сожалели о содеянном. Иногда прожить, ничего не ведая, для многих гораздо спокойней и желанней. Не предупредить Вас я не могу. Проще говоря, не всякий человек хочет знать свое будущее, не всякому это знание по плечу. Вот, поэтому я так подробно Вам все объясняю. У Вас есть пять минут на размышления, чтобы принять окончательного решения.

Марлин опустил голову и закрыл глаза. Андрею даже показалось, что он впал в прострацию. Но это было, конечно, не так. Корнев понимал, что он не хочет ему мешать.

На его слова о возрасте Андрей не обратил никакого внимания. Старики часто любят занижать или завышать свой возраст в зависимости от ситуации. Конклифф продолжал молча ждать с закрытыми глазами. Но у Корнева было такое ощущение, что он просто следит за ходом мыслей, читая его мозг, как раскрытую книгу.

– Пожалуй, все. Время вышло. – Поднимаясь из кресла и направляясь к одному из огромных окон, произнес хозяин этой крайне необычной квартиры. – Как я понимаю, решение Вы уже приняли.

Действительно, за время размышлений желание пойти на этот сомнительный шаг в жизни окрепло, и Андрею оставалось только признаться ему в этом.

– Да, я согласен. – Был короткий ответ.

– Ну, вот и отлично. Я был в этом уверен. – Старик повернулся с довольным и самоуверенным видом человека, который только что выиграл в рулетку миллион. – О подробностях потом. Сейчас давайте деньги. Они у Вас в правом внутреннем кармане пиджака. Не правда, ли? Но сумма не вся, как я понимаю.

Действительно, всей суммы залога у Андрея не было. Он просто не представлял, что так вырастут ставки. Впрочем, на кону практически была вся его жизнь, как прошлая, так и будущая.

– Я доверяю Вам, и не буду возражать, если отдадите недостающую сумму потом, при следующей нашей встрече.

От этих слов Корневу стало почему-то грустно. «Значит, он хочет обобрать меня до самого донышка? – Подумал не без иронии Андрей. – Но сделать это ему не удастся по многим причинам. Одной из них мой настоящий интеллект, который и без обработки не следует сбрасывать со счетов».

Деловая часть разговора фактически была завершена. Никаких бумаг, конечно, они не стали подписывать. Контракт был только в головах. Марлин до конца ничего не объяснил, сказав, что ему необходимо хорошо подготовиться и достаточно его изучить. Что он подразумевал под этим, Андрей не понял. Но старик успокоил его, постепенно, мол, все прояснится. Дальше речь пошла о погоде в этом году, о рано наступившей осени. Потом Марлин сетовал на необязательность городских властей. Улицы в районе действительно почти не убирались. Еще он сказал, что очень утомился и просил извинить за то, что не предлагает остаться на ужин. Ужинать в его компании Корневу также совсем не хотелось. Перед уходом он дал ему небольшой контейнер.

– Дома все рассмотрите. Там есть подробная инструкция. Когда выпьете все содержимое, приходите. Я буду Вас ожидать. И еще. Вас пригласят в научный центр, который Вы видели на противоположной стороне улицы. Просто для дополнительного обследования. Сделайте милость, сходите.

На этом они и расстались. Выходя из подъезда дома, Корнев обратил внимание, что свет в больших окнах его квартиры не погас, освещая верхние этажи дома, расположенного на противоположной части улицы. Что мог делать старик после его ухода, было не совсем понятно. Но было ясно, что он обманул, говоря о своей усталости. Просто ему надо было заняться чем-то другим. Вот и все. Машину никто не тронул, и она стояла, как присмиревшая огромная кошка, дожидаясь своего хозяина. Люди обычно говорят, что верность особенно присуща собакам. Но это не совсем так. Многие знавали представителей породы кошачьих, которые могли бы поспорить в этом с кем угодно, из других представителей животного мира.

На обратном пути Корнев продолжал размышлять обо всем услышанном в сегодняшний вечер. Значит, все дело в расшифровке кодовых замков, или табу мозга, которые ограничивают возможность проникновения в запретные разделы. Мысль достаточно простая. Человеческий мозг имеет сложнейшую структуру, где, вполне вероятно, есть зоны, куда самому человеку вход категорически запрещен. Таким местом, конечно, является спинной мозг человека, который управляет всеми внутренними процессами, куда доступ человеческому сознанию закрыт для его же безопасности. И это вполне допустимо, учитывая, что большой объем информации человек получает генетическим путем. Привычки, черты характера, склонности, да и многое другое. В природе множество видов живых особей вообще не воспитывают, а то и не знают своего потомства. Например, та же жаба, которую так напоминал сам Марлин. Всю информацию эти земные существа получают уже готовой, без передачи опытным путем, или путем подражания. Объем этих сведений и их, так сказать, содержание, конечно, никак не сравним с человеческим, и ограничен заданными условиями существования вида. Но наличие схемы, когда программа закладывается в мозг, как в матрицу, достаточно очевидно, и имеет общий принцип для всех живых существ, в том числе, и для человека. Говоря простыми словами, у людей, у всех есть линия жизни. Надо только добраться до нее и попытаться перепрограммировать матрицу собственного бытия. Вот, и все.

Корневу чудилось сморщенное лицо его нового знакомого и не покидало ощущение, что он незримо сидит у него за спиной в салоне автомобиля. Естественно, все это были только домыслы. Уже потом, дома, он внимательно рассмотрел содержимое в контейнере, что вручил ему старик. В контейнере оказались пилюли. Андрей не нашел их особенными, если не сказать просто банальными. Прозрачные в виде золотых капсул, они если и отличались от ранее виденных, то лишь яркостью окраски, и может быть даже напоминали маленькие игрушки, внутри которых что-то светилось, переливаясь разными оттенками. В приложенной Марлином инструкции указывалось на необходимость строгого соблюдения периодичности принятия капсул. Впрочем, принимать их надо было два раза в день, утром натощак и перед сном. Все яснее ясного. Однако в этот вечер Андрей не стал глотать пилюли, решив, что начнет с завтрашнего дня, тем более, что наступало начало недели.

От усталости палец нервно подрагивал. «Так не годится». – Агент Фэб, аккуратно отложив в сторону винтовку с оптическим прицелом на заранее расстеленное рядом тонкое одеяло, неторопливо начал разминать левой рукой затекшее правое плечо. Постепенно приток крови расслабил напряжение в руке, ладонь стала теплой и послушной.

«Проклятая погода». – Подумал он, напряженно всматриваясь в прибор ночного видения, установленный вместе с оптическим прицелом на винтовку южно-африканского производства. Мысли в голове прыгали словно блохи, не давая ему уснуть. Впрочем, это было хорошо.

– «Умеют эти чертовы расисты делать всякие штучки. Индустрия охоты на диких животных у них на самом высоком уровне».

Винтовка действительно производила впечатление чего-то совсем непохожего на оружие. Это не был экземпляр из фантастических фильмов, где вооружение умопомрачительных размеров, способное разнести в клочья любой объект противника. Небольшое, изящное ружье останавливало взгляд изысканностью своих форм, а при прикосновении, казалось, что буквально липнет к рукам будущего владельца. Приклад, изготовленный из современных материалов, проще говоря, из стекловолокна, был исключительно легок и удобен. Ему уже не раз приходилось пользовать таким оружием. В его профессии лучше иметь хорошо знакомый экземпляр, но условия операции никогда не предполагали использования личного оружия. Но у него всегда был выбор. Агент Фэб, получивший прозвище Счастливчик за свою удачливость, ласково провел рукой по прикладу винтовки. В голове мелькнула мысль. – «Жалко будет от нее избавляться». Но тут уж ничего не поделаешь, таковы условия проведения операции. Оружие серьезная улика, которую оставлять никак нельзя.

Несколько дней назад он даже не подозревал, что придется вот так бездарно пролежать всю ночь на холодной мокрой земле, высматривая какого-то типа в забытом Господом горном селении. Всему предшествовал обычный звонок с указанием места и объекта для уничтожения. На следующий день билеты на самолет и документы уже лежали, как всегда, в почтовом ящике у входа в дом. Перед вылетом у младшей дочери ночью резались зубы, и она постоянно хныкала, не давая им с женой поспать. Несколько раз он вставал к малышке, пытаясь ее успокоить, и тем самым, позволяя отдохнуть и без того измученной от бессонных ночей жене. Впрочем, за годы работы он привык не спать по нескольку дней. К тому же в самолете ему удалось наверстать упущенное, и отлично проспать три часа. Этого типа, что приносил ему конверт с документами, он толком никогда не успевал рассмотреть. Парень всегда был в темном плаще с капюшоном, который практически закрывал его лицо. Однажды Счастливчик пытался даже заговорить с ним, но тот испуганно засеменил на другую сторону улицы. Потом Счастливчику сказали, что это не входит в контракт, и попросили не проявлять интереса к их людям. После приземления в Тиране, его встретил человек организации и сразу они отправились к месту, обозначенному на карте кружком. Местечко, в котором ему предстояло провести ночь под монотонным шумом дождя, было обозначено крестом. Переход границы прошел гладко. Проводник хорошо знал местность. На машине они не менее чем за пять часов пути очутились у горного хребта, который красиво рисовался на фоне облачного неба. Передохнув в гостинице, агент Фэб успел ознакомиться с точной картой дорог района и даже прокатиться на видавшем виде Land-Rover, ключи от которого были ему вручены напоследок. Впрочем, автомобиль работал нормально, легко взбираясь на очередную кручу, и лихо тормозил на крутых спусках и поворотах дороги. Пару раз машину останавливала сербская полиция, скорее военный патруль, но его документы на имя корреспондента одного из западных агентств, оказались в полном порядке и их спокойно пропускали дальше. Запах войны присутствовал повсюду, даже в воздухе, и появление иностранного корреспондента в горячей точке никого не удивляло. Люди сопровождения попрощались с ним где-то около пяти часов. В конце дня оставшись уже один в местной гостинице, Счастливчик еще раз внимательно изучил инструкции и мысленно проехал по дороге, ведущей к обозначенному крестом селению. Поездка успокоила Счастливчика, и он позволил себе немного вздремнуть.