Чтение онлайн

Я обернулся, предупредить Василису и увидел, что она вот-вот ногой снесет натянутую нить.

Еще мгновение и было бы поздно.

— Стой! Замри!

Она остановилась, спросила:

— Что случилось?

— Мина. — прошептал я.

— Что я должна делать.

Ответ на этот вопрос я знал отлично, будто и не было шестидесяти лет полусмерти.

— Проверь, еще проводов нету?…

Шнур был один. По нему она дошла до мины.

— Надо что-то тонкое? Гвоздь, проволока?

Из волос Василиса вытащила булавку.

— Там под рифленой шайбой должно быть отверстие… Нашла? Зачекуй! Э-э-э… Вставь туда заколку… Есть? Обрывай леску. Вытаскивай мину… Нежно, осторожно не тряси…

В ее руках оказалась противопехотная мина, знакомой мне модификации — S-34. Мина немецкая, знакомая. Я ставил и обезвреживал такие сотнями. Но кто ее поставил?… Да кто угодно. Если бабулька не была выдающейся дурой, то смогла бы управиться. Руководство к минам было простое и в картинках, справился бы и неграмотный.

— Попробуй вывинтить взрыватель. Против часовой…

К моему удивлению резьба поддалась, две части мины лежали у нее в разных руках.

— Что теперь с ними делать? — спросила она.

Тут я опомнился — передо мной был не новичок, которого следовало спешно научить минному делу, а девушка знакомая с войной только по книгам.

— Выбрось… — ответил я. — Выбрось в разные стороны.

Я пошел дальше, ругаясь.

— Зря… Ой как зря… Не надо было рисковать. Могли бы просто перешагнуть и пойти дальше. А вдруг бы там все сгнило, вдруг соскочила бы пружина?…

— Франц…

— Что?

— Не ругайся. Это ведь не зря было. Ну хорошо, ты у меня такой умный, а вдруг бы кто после нас пошел, а мы бы мину бы не убрали.

Я быстро прикинул — до мины было метров семь. Если бы повезло, человек бы остался калекой. Если бы не повезло, тогда….

Но ей говорить этого не стал — не захотел пугать тем, что она держала в руках смерть. Кто знает, может нас впереди ждали вещи и пострашней.

— А может и не было бы ничего. Вдруг пружина бы сгнила, вдруг капсюль проржавел.

— Ну видишь, тогда нам вовсе не о чем волноваться.

И действительно, ругаться я перестал. Шел, повторяя в уме ее слова: «ты у меня такой умный».

Ишь ты…

Мы пошли дальше.

А чаще оставалась еще одна мина, как раз под кордовым шнуром которой росло маленькое деревцо. Шнур был изрядно сгнивший и легко тянулся. Казалось, еще немного и лопнет.

Но нет, очень скоро дерево подрастет, натянет шнур так, что он выдернет чеку, сорвется боевая пружина, разгонит боек, тот наколет капсюль…

Вот тогда и рванет…

Через год…

Но об этом никто не знает.

Даже я…

— Как видишь, сокровище ведьмы защищено не только ее заклинаниями. Помнишь, я тебе говорил, что здесь когда-то был бой?

— Ну?… — неуверенно переспросила Василиса.

— Ну так забудь. Бой здесь не закончился. Здесь до сих пор сотни непохороненных солдат, здесь бродят сновиденья-сироты, ничейные кошмары, которые ищут в чьи сны бы им вторгнуться. А еще здесь наверняка есть неснятые мины. Их никто не известил, что война закончилась. Они ждут чего-то иного. Не тебя ли?

— Ты меня пугаешь…

Я кивнул — именно на это я и рассчитывал — испуганный солдат выживал в бою чаще. дальше просека чуть расширялась, а потом и вовсе расходилась поляной. Та была будто в котловине, чтоб попасть на нее надо было сбежать по короткому склону.

Я остановился:

— Подожди…

Василиса сделала шаг и тоже замерла.

— Что такое?

— Подожди… — повторил я.

Я совершенно отчетливо понял — здесь был бой… Более того — я был в этом бою. Верней этот был во мне этой ночью.

— Миномет стоял чуть выше. Там, — я указал на опушку, — была линия обороны. А наступали оттуда. Они бежали скорей…

Скорей, скорей!!!

Скатились по склону оврага, не останавливаясь, на одной инерции взлетели наверх.

Лопатка бьет по бедрам, рифленая рукоять пистолет-пулемета не вбирает пот.

Двигались быстро, но осторожно, мелкими перебежками от дерева к дереву, не брезгуя упасть в грязь, залечь за пень, вжаться в ствол дерева.

Но лес вдруг закончился — спасительная тень деревьев опять начиналась дальше, через поляну, метров через двести.

Остановились, подтянулся отставший взвод, отдышались, осмотрелись. Вроде тихо, будто спокойно. Где-то далеко кукушка отмеряла долгие годы кому-то. Кому? Ему или тебе?… А может, твоя кукушка уже замолчала?

Кто-то выскочил вперед, подразнил, пробежал немного, залег, поднялся, вернулся. Тишина. Неужели там, на той стороны нет никого?

Молодой лейтенант, взводный, ручным кодом показал — все вместе, цепью, бегом… Вперед.

Рванул и сам, впереди взвода, с пистолетом в руке.

Проскочили половину поляны. Последним бежал молодой ефрейтор — он старался бежать быстрей из всех сил, но отставал — не хватало дыхания.

Казалось, еще немного, и вот они деревья, вот оно лес. Почти проскочили. Почти, почти…

Но нет, не проскочили — сухо затрещал станковый пулемет. За ним заработали ручные пулеметы, редко защелкали винтовки.

Кто успел, тот залег, кто не успел — подкошенный пулями рухнул наземь.

Уткнулись носами в землю, в траву — какое тут небо!

Об саперную лопатку ефрейтора стукнулась пуля, разорвала подсумок, чиркнула об металл и отскочила в лес.

Отползли, в лесном овражке собрались, пересчитались, взвод поредел на треть. Еще половина было ранено — все больше легко. Тяжелораненые остались там, на поляне. Не было и взводного.

Вернулись к опушке, но уже ползком, заняли оборону, укрывшись за деревьями.

— Здесь бы танк… Или пушку бы протащить… — замети кто-то.

Многие печально вздохнули, вспоминая дорогу сюда — танк бы здесь не прошел, да и пушку тянуть сюда почти невозможно.

Но выход нашелся — вернулись назад, нашли миномет.

— Кто умеет обращаться с таким, — спросил старшина.

Робко поднял руку ефрейтор:

— Нам что-то показывали в училище…

— Ну тогда банкуй!

Миномет поднесли к опушке, собрали.