Чтение онлайн

Некоторое время спустя местность вокруг изменилась; лес, через который мы ехали, сильно поредел, потом раздался, и вскоре мы стали взбираться на холм, поросший лишь невысоким кустарником. Перевалили через эту небольшую возвышенность, и… Федор вдруг резко тормознул машину, как человек, споткнувшийся на ходу.

Перед нами открылся такой удивительной красоты вид, что я понимала и Федора, и Леру, выскочившую из машины. Две ушедшие вдаль машины тоже остановились, и оттуда их пассажиры стали нам что-то кричать.

— Не отставайте!.. — услышала я. — Тут развилка, надо взять вправо.

Понятное дело, что здесь не было смысла останавливаться, слишком уж крут был обрыв к озеру, которое и впрямь в лучах утреннего солнца казалось насыщенно-синим.

Наверняка оно было немаленьким, но отсюда, сверху, таковым вовсе не казалось. И выглядело геометрически овальным, будто искусственным водоемом, подкрашенным аквамарином.

Крутой берег озера по всей длине этого синего овала порос соснами. И они казались как бы огромными ресницами, окаймляющими неожиданно открывшийся синий блестящий глаз.

Друзья Федора были правы — такая красота может заворожить кого угодно.

— Поехали, папа, — затеребила Лера Федора, как и я остолбеневшего от захватывающей дух картины. — Передние машины уже не видно.

— Да куда они денутся, — легкомысленно отмахнулся он, но за руль уселся.

Мы медленно двинулись дальше.

— Ну как? — Федор обернулся к нам, словно призывая оценить дело рук своих.

— Супер! — восхитилась Лера.

— Лучше и не скажешь, — отозвалась я, пряча улыбку.

Мы проехали по узкой дороге этого холмистого гребня и опять углубились в лес, на этот раз довольно редкий, с высоченными соснами по краям фунтовой дороги, явно проложенной по лесу с помощью топора и пилы.

Дорога зацепила краем сосновый лес и плавно разделилась: одна половина потянулась дальше через бор, а другая более узким ответвлением спустилась на неширокий пологий берег.

Люди из первых двух машин уже вылезли и хлопотали, вытаскивая пожитки.

Со взрослыми оказались и дети: мальчик лет двенадцати и девушка примерно возраста Валерии. Девчонки посмотрели друг на друга, презрительно хмыкнули в унисон и отвернулись в разные стороны.

— Так я и знала, что Ларионовы возьмут свою мерзкую Оксану! — прошептала для меня Лера, почти не разжимая губ.

— А что же она такого мерзкого сделала?

— Потом, вечером, расскажу тебе, — проговорила Лера, нарочно глядя вдаль через озеро, как если бы тема ее ничуть не интересовала. — Долгая история.

Поодаль от воды лежал огромный камень, на который уже карабкался парнишка, а рядом с камнем виднелись следы прежнего кострища. Теперь какой-то мужчина хлопотал там насчет костра.

— Знакомьтесь, моя невеста Лариса, — громко сказал Федор.

Тот, что у костра, приветственно помахал здоровенным сучком.

— Можете собирать хворост, нам нужны хворостовики!

— Хворостишки! — хихикнула Лера.

Она держалась подле меня, и я была ей за это благодарна, потому что Федор, произнеся слова знакомства, тут же куда-то исчез, оставив меня с незнакомыми людьми.

— Очень приятно, — почти в один голос сказали две женщины, одна из которых тащила из рюкзака складной стульчик, а вторая дорезала лук в огромную кастрюлю с мясом.

Пара помоложе тоже помахала нам с обрыва, нависшего над берегом несколько дальше, и мужчина, карабкавшийся к ним, обернулся на ходу:

— За столом познакомимся!

Федор говорил, что они со своими коллегами решили организовать пикник в складчину и каждый по списку закупал то, что кому досталось. Какая-то семейная пара резала и мариновала мясо на шашлык, кто-то отвечал за салаты.

Меня, как гостью, решили от хлопот освободить, и теперь, чувствуя себя не у дел, я поднялась по косогору и увидела Федора, который присоединился к своему товарищу и рубил сучья для костра. Леру послали за водой к какому-то ручью поблизости с парнишкой по имени Кирилл, а я решила погулять поблизости, набрать цветов для импровизированного стола. Как я поняла, им должна была стать гладкая каменная плита, теперь далеко выступавшая из озера, отполированная до блеска его водами.

На всякий случай я крикнула уже сверху:

— Федя, я погуляю немного.

— Только недолго, — отозвался он, — у нас почти все готово. Смотри не опоздай, а то голодной останешься.

На косогоре тоже была вполне приличная ровная полянка, но компании больше нравилось жарить шашлык у воды.

Я увидела удаляющиеся фигуры Леры и Кирилла и решила пойти в другую сторону. Слегка углубиться в лес, но так, чтобы слышать голоса остальных или держать их в поле зрения.

С этой стороны к сосновому бору подступал смешанный лес, и вдалеке я увидела какое-то дерево, цветущее изумительным розовым с фиолетовым цветом. Это было совсем рядом, рукой подать.

Я оглянулась: пара, которая махала нам с обрыва, шла обратно, и в руках у них были сочные ярко-желтые цветы, похожие на культурные ирисы, разве что необычного цвета.

Кажется, меня опередили и мою идею нагло похитили. Но ничего, вон те сиреневые веточки метрах в ста отсюда ничуть не хуже. И я ускорила шаги.

Вот оно, деревце. От восхищения я ничего вокруг не видела и не слышала. Оно еще и пахло! Я потянула к носу ближайшую веточку, и в ту же минуту что-то так сильно сдавило мне горло, что у меня потемнело в глазах.

— Только попробуй пикнуть, — сказал мне в ухо странно знакомый голос, — и я сломаю тебе шею. Читала небось, легкое движение руки против часовой стрелки, хруст — и вечная память.

Мужчина — а голос был мужской, как и сильные большие руки, и вообще все ухватки — тащил меня куда-то, причем спиной вперед, и продолжал запугивать, не выпуская из рук мою несчастную лебединую шею.

Нет, я не запаниковала, духом не пала, но не потому, что была такая уж смелая. Я попросту не верила, что со мной может случиться что-то плохое. Не людоед же он, в конце концов.