Чтение онлайн

Пророки не только провозглашали Божье Слово устами, но и записывали многое из того, что им открывалось, делая это либо по повелению Бога, либо по вдохновению Духа Божьего. Первым известным пишущим пророком был Моисей, перу которого принадлежит то, что сейчас известно как Тора или Закон (Ис. Нав. 8:31; Л к. 24:44). Последующие пророки также были побуждаемы Духом излагать свои вести в письменной форме. Господь сказал Иеремии: «Возьми себе книжный свиток и напиши в нем все слова, которые Я говорил тебе» (Иер. 36:2). Даниил охарактеризовал это событие так: «Было слово Господне к Иеремии пророку» (Дан. 9:2).

Божье Слово, записанное Моисеем и пророками, стало важным средством, с помощью которого Бог открывал Себя и Свои намерения об Израиле и других народах. Бог желал, чтобы будущие поколения людей читали и слушали эти книги и через них познавали Его как своего Спасителя и Царя. Повинуясь Его Слову, они могли испытать Его благословения (Втор. 4:5–8; Ис. Нав. 1:8; Пс. 1:1—3) и быть предупреждены о страшных последствиях уклонения от Него (Втор. 31:26–29; Ис. 30:8–14).

Даже после того, как голос пророков замолкал, живой глас Бога продолжал говорить через их труды. Вне всякого сомнения, к их писаниям можно применить слова:

В Новом Завете также используются разные слова для передачи идеи Божественного откровения. Чаще других встречаются глагол апокалюпто (открывать) и существительное апокалипсис. В целом эти слова употребляются в религиозном контексте, когда речь идет об откровении праведности и гнева Божьего (Рим. 1:17,18), Второго пришествия Иисуса (1 Кор. 1:7; 1 Петр. 1:13), пришествия антихриста (2 Фес. 2:3); людских помышлений (Лк. 12:2) или откровении Иисуса Иоанну (Откр. 1:1). Также в значении «являть», «открывать» используется слово фанероо (Рим. 16:26). Для обозначения Божественного откровения в Новом Завете употребляются и другие слова: гноридзо (делать известным, Еф. 1:9), дейкнюми (показывать, Ин. 5:20), эпифайно (являть, показывать себя, Лк. 1:79) и хрематидзо (передавать откровение, Мф. 2:12, 22).

Хотя в Новом Завете и не встречаются такие важные ветхозаветные фразы, как «было слово Господне» или «так говорит Господь», многообразие форм Божественного откровения людям в нем не отрицается. Бог общался с Иосифом через сны (Мф. 1:20; 2:12, 13, 19, 22). Священник Захария (Лк. 1:22), Анания из Дамаска (Деян. 9:10), сотник Корнилий (Деян. 10:3) и апостол Петр (Деян. 11:5) получали видения. Павел говорил об опасности превозношения «чрезвычайностью откровений» (2 Кор. 12:7), которые он, по всей видимости, получил в великом множестве за время своего служения (Деян. 16:9,10; 18:9,10; 26:19; 27:23, 24; 2 Кор. 12:1–4; Гал. 2:1, 2).

Новозаветная терминология, выражающая идею откровения, направляет наше внимание на Иисуса Христа. Иоанн Креститель свидетельствовал: «Я не знал Его [Христа]; но для того пришел крестить в воде, чтобы Он явлен был Израилю» (Ин. 1:31). Апостол Иоанн представляет Иисуса как «Слово», «Единородного от Отца, ставшего плотию» и «явившего Бога» (Ин. 1:1, 14, 18). В Евангелии от Матфея сказано: «Отца не знает никто, кроме Сына, и кому Сын хочет открыть» (Мф. 11:27). Откровение Бога посредством теофаний, видений, снов и пророческих речений достигло кульминации и исполнения в воплощении Сына. Вот почему Послание к Евреям начинается с величественного обобщения: «Бог, многократно и многообразно говоривший издревле отцам в пророках, в последние дни сии говорил нам в Сыне… Сей, будучи сияние славы и образ ипостаси Его» (Евр. 1:1–3). Христос есть Бог, открывшийся в человеческом облике; и это дало Ему право сказать слова, которые бы из уст любого другого человека прозвучали неподобающе: «Видевший Меня видел Отца» (Ин. 14:9).

Павел для обозначения откровения также использует широкий спектр терминов и, пожалуй, более кого–либо другого представляет Христа как самое полное откровение Бога. Евангелие, которое Павел проповедовал, он принял не от человека, но «через откровение Иисуса Христа» (Гал. 1:12). Распятый и воскресший Господь явился ему на дороге в Дамаск, куда он шел, чтобы гнать христиан (Деян. 9:1–9). Тайна Христа открылась ему через откровение; эта тайна «не была возвещена прежним поколениям сынов человеческих, как ныне открыта святым апостолам Его и пророкам Духом Святым» (Еф. 3:5). Святой Дух играет первостепенную роль в откровении Иисуса Христа; в этом Павел полностью согласен с остальными писателями Нового Завета (Ин. 14:26; 15:26; 16:13,14; 1 Петр. 1:10–12).

Хотя Павел проповедует Евангелие воплощения, смерти и воскресения Христа как тайну, он также тесно связывает откровение и его возвещение с Ветхим Заветом (Рим. 1:1–3; Рим. 16:25, 26; 1 Кор. 15:3,4; 2 Тим. 3:14, 15). И снова это полностью согласуется с пониманием Самого Иисуса и использованием Писания как до, так и после Его воскресения (Лк. 22:37; 24:25–27, 44–47; Ин. 5:39–47).

Писание играет ключевую роль в Божественном самораскрытии: Христос открывается в Писании и через него. Живой голос апостолов может умолкнуть подобно голосу древних пророков, но Святой Дух будет по–прежнему говорить через их труды, раскрывая тайну Иисуса Христа всем народам и поколениям до Его второго пришествия.

Концепция откровения соотносится преимущественно с людьми. Однако терминология откровения используется в Библии и в отношении природных явлений. Такие фразы, как «небеса проповедуют славу Божию» (Пс. 18:2), показывают, что Бог открывается в том, что Он сотворил. Данная идея передается разными словами; однако чаще всего используется понятие «общее откровение».

Библия говорит не только об откровении через природу (Пс. 18:1–4; Рим. 1:19–23), но и указывает на то, что Бог являет Себя каждому человеку через его совесть. Автор Книги Екклесиаста утверждает, что Бог «вложил вечность в человеческий разум» (Еккл. 3:11, букв, пер.), а апостол Павел говорит о язычниках, которые «показывают, что дело закона у них написано в сердцах, о чем свидетельствует совесть их и мысли» (Рим. 2:15). Нравственная ответственность, всеобщее понимание различия между добром и злом, правдой и неправдой рассматриваются как проявление Бога в человеческом сознании.

Общее откровение можно назвать универсальным, поскольку оно доступно всем людям, где бы они ни жили. Посредством него все люди могут познать Бога как Творца, Вседержителя и Господина вселенной. Что касается людей, это общее откровение является как внешним, так и внутренним; от него невозможно укрыться. Куда бы мы ни обращались, всюду видим дела рук Божьих и ощущаем присутствие Бога. Павел сказал об этом афинским философам: «Ибо мы Им живем и движемся и существуем» (Деян. 17:28).

В отношении общего откровения поднимались самые разные вопросы. Главный из них: есть ли в общем откровении все необходимое для разумного познания Бога? Это вопрос о естественной теологии? Какое представление о Боге можно вынести, глядя на масштабное распространение зла, страданий, вырождения, разрушений и смерти? Еще один жизненно важный вопрос, особенно в контексте религиозного плюрализма, которому придается все большее значение в наши дни: дает ли общее откровение спасительное знание о Боге? Могут ли последователи любой другой религии или мировоззрения, находясь вне иудеохристианской традиции, познать Бога, и если да, то зачем тогда нужны христианские миссии? Открывается ли Бог всем жителям нашей планеты, и каждая ли религия несет спасительное знание о Боге?

Чтобы ответить на эти вопросы, необходимо понять, в каком положении находится человечество. Как говорит Библия, в конце творения, «увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма» (Быт. 1:31). Это «хорошо весьма» включало в себя и первую человеческую пару, которую Бог создал по Своему образу и подобию. В них не было духовного, нравственного, умственного или физического недостатка. Как говорится в Еккл. 7:29, «Бог сотворил человека правым». К сожалению, человек недолго пребывал в состоянии такого совершенства. В Быт. 3 говорится о том, что Адам и Ева проявили недоверие и непокорность. Последствия были страшными. Стыд и страх пришли на смену любви и уважению. Охваченная чувством вины, супружеская чета спряталась при приближении Творца. С тех самых пор зло, страдание и смерть людей стали суровой действительностью, которую невозможно отрицать и от которой нельзя спастись. Мир перестал быть «весьма хорошим». Как выразился Павел, «вся тварь совокупно стенает и мучится» (Рим. 8:22). Люди «через всю жизнь… подвержены рабству» (Евр. 2:15). Людям, отчужденным от Бога, стало трудно принимать и правильно истолковывать откровение о Боге. Еще труднее им стало отвечать на это откровение любовью и верой (см. Грех III. Б. 1–3; Человек II. А, Б).

В целом различают три вида общего откровения: природа, люди и история. Хотя Писания подтверждают правомерность подобного разграничения, христиане придерживаются разных точек зрения на то, в какой степени каждая из этих разновидностей несет знание о Боге.

Библейские писатели часто говорят о том, что в природе заключено откровение о Боге и Его свойствах. Во Вселенной, в которой мы живем, во всем видны проявления Божьей славы и премудрости. В нескольких псалмах Богу воздается слава как Творцу неба и земли, Который постоянно поддерживает все Им сотворенное и заботится о нуждах всех живых существ, включая людей (Пс. 8:2–5; 18:2–6; 32:1–9; 103:1–35; 135:1–9). Эти хвалебные псалмы, написанные для собраний верующих людей, показывают, что дела творения открывают нам величие и любовь Бога. Та же самая весть содержится и во многих других частях Ветхого Завета, особенно в книгах Иова и Исайи. Бросающие вызов вопросы в Ис. 40:12–31 указывают на всемогущего и вместе с тем милосердного Творца и Господа.