Чтение онлайн

– Пингвин!

Я бросаюсь к Пингвину и останавливаюсь. Это не он. Просто очень похож. Пингвин смотрит сквозь меня в сухую бесконечность. Он не может меня видеть. Меня здесь нет. Я там, в кресле, раскачиваюсь и держу «бенелли» с четырьмя последними патронами. А здесь я – только плод собственного воображения.

Вон сидит еще один Пингвин. Еще и еще. Они смотрят и ждут, словно высохшие древние мумии. Они не знают, что их посланник больше никогда не вернется и не приведет с собой воду.

Я ничего не обещал тебе, Пингвин. Но я сдержу слово, которое никогда не давал.

Мне не надо щелкать пальцами или стучать копытами. Все происходит совсем не так. Я – Система. И я умею открывать порталы. Это моя работа. Это то, чему меня обучили в лаборатории. Я зажмуриваюсь прямо здесь, во сне, и чувствую бурлящий поток воды, проходящий меж пальцев. Вода устремляется сквозь новый проход из другого мира, в котором одинокая спящая фигура раскачивается на стуле.

Вверх-вниз.

Вверх-вниз.

И сейчас сухая земля тоже качается под ногами. Наверное, я просто устал. Я опускаюсь на колени, открываю глаза и вижу, как на землю падает первая капля. А потом слышу рев океана, наполняющего соленой холодной водой мертвую впадину.

– И-и-и. И-и-и, – кричат прыгающие от счастья Пингвины.

– И-и-и!

А где-то совсем в другом мире другой человек, который тоже я, уже проснулся. Он стоит на краю крыши, смотрит на стремительно понижающийся уровень воды. И нельзя понять – плачет он или смеется от радости.

– Он жил в Пекине, Москве и Риге. В планах на будущее были Сидней, Венеция, Париж, неважно, в каком порядке. Мы тесно общались, он был надежный партнер. В некотором смысле, почти друг.

Он вам рассказывал о своих планах?

Он не раскрывал душу всем подряд. Это человек с прошлым. С настоящим и с будущим. Поймите меня правильно, мы не были настолько близки. Но, если бы можно было вернуться назад, я бы с удовольствием все повторила.

– Помогли ему снова?

– Не сомневаюсь в этом.

– Хотя бы честно.

– А ценности и догмы для меня очень просты – жить честно!

– Вы понимаете, что получите пожизненный срок?

– Да.

– Вас хоть что-то может вывести из себя?

– Я и представить не могу что.

– Хорошо. Давайте начнем сначала. Как вы познакомились с К…?

Я слушала его лекции в университете…

Следователь незаметно подключил свой широкополосный визуализатор мысле-волн к инфо-полю девушки, настроил функцию «быть одновременно в 2 местах» и очутился в обычной студенческой аудитории в одном из ее воспоминаний…

За несколько лет до, январь 2080 год…

– …микропроблемы макрообщения, – лектор оборвал речь, и в наступившей тишине стал отчетливо слышен чей-то спор и приглушенный булькающий смех, напоминающий кваканье. – Имейте совесть, бездельники! – он возмутился. – Какого черта я должен возиться в зловонной жиже вашего затхлого болота! Я похож на лягушку? Черти…

Он откинулся в кресле и стал ждать, пока шум стихнет.

Лектор (К…) находился в одном из виртуальных окон инфраструктуры сети учебного класса – перед ним висело около полусотни объемных окон-парт, там сидели студенты. Аудитория была переполнена, и некоторые переговаривались между собой.

– А мы по теме! – выкрикнул кто-то, но разговоры прекратились.

– Малкин, Карпенко! Не кричите, я слепой, не глухой. Продолжим…

В одном из окон Малкин молча показал соседу кулак. Сосед так же молча ответил неприличным жестом.

– …организовать собственный wild-бизнес несложно. Многие расы живут медленнее (или быстрее) нас. Ольпы, например. Кеприане. Рйвяне. Трансформация скоростей – сложный подбор коэффициентов интеграции, это как вскочить в проходящий мимо поезд. Уравнивание скоростей происходит путем просеивания энергетических уровней. Так вот, Глубина – рынок возможностей. Здесь понятие денег отсутствует как таковое…

– Правда, что у вас три плавающих мультиплатформенных магазина обменных возможностей?

К… знал голос каждого своего студента:

– Малкин! Конкурентоспособность расы зависит от того, насколько ее разум способен к модернизации. Ведь надо изменить не угол взгляда, надо менять себя. Видеть больше, дальше, глубже. Речь не идет о свободной торговле, об экономике, промышленности или транспортной сфере. Речь о стратегии (а это сложнее, чем экономика, Малкин), о расширении возможностей как отдельной личности, так и всей расы в целом.

– Вы имеете в виду инновации в области общения? – уточнил Малкин.

Лектор тяжело вздохнул и неожиданно улыбнулся.

Он держался непринужденно. Серебристая борода, седые волосы до плеч аккуратно зачесаны назад. Кожа слегка загорела под средиземноморским солнцем. Клетчатая рубашка с замшевыми накладками на локтях. Образ ковбоя девятнадцатого века дополнила бы шляпа. Но он не носил шляп.

Что-то уязвимое было в выражении его лица, но кто не знал, не понял бы, что он слепой.

– Слушайте, что я говорю. Когда-то, на стыке веков двадцатого и двадцать первого, интернет считался супер-достижением человечества. Когда-то, на стыке веков восемнадцатого и девятнадцатого, телеграф использовался для сверхбыстрой передачи информации. Сегодня в мире господствует wild-net – Дикая сеть.

Он сделал паузу. Пусть осмыслят, бездельники. Мечтают о красивой жизни – яхты, личные лунные модули, девочки, деньги. О свободе надо думать, о творчестве – хотите обладать миром, найдите скрытые силы!

– Рынок возможностей, если неправильно играть на нем, оставит вас (нас) голыми! Вы придете к ним, Малкин, в нарядном костюме, в галстуке, весь такой самонадеянный, нахальный, вот как сейчас, а уйдете голым. Из-за таких, как вы, там сложится впечатление, что можно раздеть нас всех.

– Мой дядя создал некоммерческий фонд, финансирующий технологии безопасного общения… – огрызнулся Малкин.

– Дебильная логика – вначале создать условия, потом сам продукт.