Чтение онлайн

– Давай музяру!
– требовали пацаны.

А то я не знал. Дело в том, что я давно и безуспешно ломал голову над тем, чего же поставить первым. Бог его знает, что нужно этим подросткам в пионерских галстуках. Какую музыку они поймут? Какую примут? Под какую будут танцевать в конце концов.

В конце концов остановился на "Модерн Токинг". На андроиде была записана песня, которую дуэт перепел сразу после воссоединения. В первую очередь я надеялся, что временная пауза не столь велика. Первая датировка отделялась от "сегодняшнего" лишь 15-ю годами.

Ну я и поставил.

Я помнил, какое первое впечатление на меня оказали "токинги", когда появились. Про себя мы называли их наркотической музыкой. Их хотелось слушать все время. И еще танцевать.

Я нажал кнопку и в душный класс 1971-го года ворвалось "Sexy Sexy Lover". И...ничего не произошло.

Никто не восхитился качеством звучания. Лишь Светка Кровякова спросила:

– А чего так громко?

Я понял, что здесь действует другая оценка и другие модели поведения. Танцы, блин. Пацаны жались в один угол, девчонки в другой.

– Чего не танцуете?
– крикнул я.

– А как под нее танцевать то?
– недоуменно спросила Руднева.
– Ну Марик!

Чего-то меня задело. Я весь такой из будущего, а они не танцуют.

– А вот так!

Как танцор я мало чего представляю, но нахватался всего помаленьку и двигаться я люблю.

Я скинул пиджак, распустил ворот рубашки и выпустил ее из штанов. Пацаны снисходительно заржали, но меня было не остановить. Я прошелся "по арене" широким шагом, сделал несколько поворотов, которые получались лучше всего. Даже лунную походку изобразил.

Первыми не выдержали девчонки. Природу не обманешь, женщины более адаптивны к незнакомой ситуации. К тому же я вытаскивал их за руку. К тому же после солиста вступил блондин. Тут уж не выдержат никакие даже железные нервы. В мое время девчонки визжали от непередаваемого восторга.

Пацаны не сдавались долго. Сгрудились у андроида и делали вид, что вдумчиво изучают, сами искоса наблюдая за танцующими девчонками.

– А что такое 30?
– спросил Юдаков, будущий большой начальник, который даже не ответил мне в Одноклассниках, и который в данный момент носил прозвище Юзик.

Я соврал, что группа будет популярна и через 30 лет.

– А что означает "добавьте файл с текстом"?

Чтобы объяснить это простому советскому пареньку из средней школы 5 надо было для начала объяснить, что такое компьютер, а чтоб это объяснить не хватило бы большой советской энциклопедии.

Внезапно я увидел округлившиеся глаза француженки. Подумал даже, не привидение ли увидела Раиса Сергеевна. И тут до меня дошло. Я хлопнул себя ладонью по глупому лбу.

Секси лове? Секс же запрещён! Все знают, секса В Советском Союзе нет!

– Живов!
– строго произнесла учительница.
– Я прошу пройти тебя в учительскую!

В учительской пахнет новыми учебниками.

– Марик, от тебя я этого не ожидала!
– начинает Раиса Сергеевна.
– Ты всегда был послушным мальчиком. И язык ты знаешь лучше всех.

– Раиса Сергеевна, хотите я вам песню поставлю на французском?
– выпалил я.

Мне было весело и совсем не страшно, как бывает только во сне, когда знаешь, что это сон.

– Вот и музыке я и хотела поговорить. Что это за секс, Живов? Мне даже произносить это неприятно! О чем они поют? А если там порнография? Ужас!

Я хочу сказать, что даже если бы в песни пелось о сексе с псом, все равно никто ничего бы не понял. Даже те, кто английский учат. Но вместо этого я примиряюще сказал:

– Раиса Сергеевна, никакой порнухи там нет. А название переводится как чувственная любовь.

– Да?
– она глянула на меня сквозь очечки.
– Как ты бодренько сказал "порнухи". Что ты подразумеваешь под чувственной любовью хотелось бы знать.

– Ну как вам сказать...

– Никак не надо!
– торопливо оборвала она меня.
– Не хватало еще, чтобы лучший ученик школы, пионер, расписывал педагогу всякие мерзости.

– Это не мерзость.

– Хватит, говорю. Ты лучше скажи, Живов, откуда у тебя эта музыка?

– У меня брат моряк, из загранки привез.

– Снова врешь, Живов. Твой брат учится в Куйбышеве в институте. А ты про него всем врешь. Зачем ты говоришь, что он у тебя в тюрьме сидел?

– Это чтобы старшеклассники деньги не отнимали.

– Это кто в нашей советской школе деньги отнимает? Фамилии? Из какого класса?

Конечно, я не сказал.

– Вот, видишь, снова молчишь. Опять соврал? Такого я от тебя не ожидала, Живов. Скажешь честно, откуда у тебя музыка? Или мне родителей вызвать?

Тогда я махнул рукой на приличия и признался:

– Музыка у меня в телефоне. Такие лет через 30 в любом ларьке будут продаваться. Сам я взял его по акции всего за полторы тысячи рублей.

– Всего полторы тысячи? Ты что миллионер?

– Это еще дешево. Средняя цена андроида порядка 10 тысяч.

Тут до учительши дошел смысл сказанного.

– Живов, ты сказал, что такие появятся лет через 30. Ты явно фантастики начитался!

Я бесстрашно выдержал ее полный недоверия взгляд и сделал окончательное признание:

– Дело в том, уважаемая Раиса Сергеевна, что я прибыл из будущего. Могу вам о нем рассказать. Что вас интересует?

Она откинулась на спинку стула, сложила ручки на груди:

– Ну и что интересно нас ожидает в будущем? Расскажи мне о торжестве коммунизма во всем мире!

Я пожал плечами:

– Советский Союз распадется через 16 лет. Тогда же случится война с Чечней. Потом война у Украиной!

– Что ты несешь, Живов? "Это все советские республики!" -прошептала она.

– Доллар поступит в свободное хождение и будет стоить 60 рублей. В стране 700 тысяч безработных, полмиллиона только зарегистрированных наркоманов, область занимает первое место по СПИДу.

– Это ужасно! Ужасно!
– сокрушенно покачала она головой.

Я думал, она насчет СПИДа переживает, хотя и было непонятно, откуда она это слово знает, но учителка перестала трясти головой и произнесла совершенно спокойно:

– Завтра в школу с родителями!

Щаз!

Но на словах я конечно пообещал, прекрасно понимая, что никакого завтра не будет.

Пока я получал пистоны в учительской, молодежь не теряла времени даром. Свет в классе был выключен, в полусумраке мелькали фигуры с растрепанными волосами. Я почувствовал обиду, мне не дали даже насладиться триумфом будущих технологий, до которых некоторым даже было не суждено дожить, прости меня господи.