Чтение онлайн

– Два медника! – звонко отрапортовал тот.

– Что ж два медника, так два медника, – со вздохом проговорила Екатерина Алексеевна и протянула мальцу сребник.

– Ого! – воскликнул парнишка, шмыгнув носом. – А помельче не будет?! Утро ж! – последнюю фразу он добавил таким тоном, словно она всё и всем моментально и исчерпывающе объясняла.

– К сожалению, помельче нет, – виновато улыбнулась покупательница. – И пятьдесят газет, как ты сам понимаешь, мне тоже не нужны…

– Понимаю, – грустно вздохнул мальчишка, пряча озябшие руки в рукава.

– Что торговля не очень? – с искренним сочувствием поинтересовалась Екатерина Алексеевна.

– Не очень, – пожаловался мальчонка, в очередной раз шмыгнув покрасневшим носом.

– Замёрз?

Сердце доброй женщины, которая изначально лишь планировала изобразить сочувствие, обливалось кровью, настолько жалко ей было похожего на сосульку десятилетнего, максимум двенадцатилетнего, пацаненка. На ней-то тулупчик хоть и грубый, но добротный, да и воротник… Хоть и сварливый и цены себе не сложит, но греет очень неплохо! Тулупчик же, который был на мальчонке, лишь издали казался толстым. А вблизи выяснилось, что эта довольно-таки тонкая для зимней одежонка просто на пять или шесть размеров больше нужного.

– Ага, – посетовал паренёк.

– А я, представляешь, заблудилась… – поделилась своим «горем» покупательница.

– Неместная?.. – одновременно и уточнил и констатировал продавец сенсаций.

– Ага, – кивнула неместная. – Решила сэкономить, добиралась на попутках… – вдохновенно сочиняла дитя двадцать первого века, очень стараясь выражаться как можно нейтральнее.

– И так сэкономила, что еле ноги живой унесла? – «догадался» мальчонка, явно хорошо знакомый с жестокими реалиями «экономной» жизни.

– Ага, – грустно вздохнув, закивала Екатерина Алексеевна. – Мне вообще-то в Нибелунгидскую Академию Магии надо. Не знаешь, это очень далеко отсюда?

– Пешком, пожалуй, далековато будет, а если на извозчике, то пару часов езды, не больше! – в очередной раз шмыгнув носом, ответил паренек.

Кивнув на монету, которую она всё ещё продолжала держать в руках, начинающая вербовщица информаторов решилась наконец перейти к заключительной стадии переговоров.

– Слушай, а ты не хочешь сегодня поработать моим охранником и провожатым? – предложила она. – Плачу сребник! Вот этот сребник! – ещё раз кивнув на монету, многозначительно подчеркнула искусительница.

– Хочу! Ещё как хочу! – загорелись у мальчонки глаза. – Но пока не распродам все сенсации, не могу… – грустно объяснил он. – Да и не нужен тебе охранник, тебе всего лишь изво…

– И сколько их у тебя? – не дав совестливому парнишке договорить, спросила Екатерина Алексеевна.

Ею руководило не столько желание поскорее двинуться в путь, сколько сострадание к уже замерзшему мальцу, рабочие часы которого только начались.

– Пятьдесят, – с тяжелым вздохом кивнул он на кипу газет.

– Держи, – протянула она сребник. – И ещё один такой же получишь, когда мы расстанемся с тобой у ворот академии. – Идёт?

– А то! – счастливо ухмыльнулся малец, однако сребник брать не спешил. – Надо же, как тебе досталось барышня, что ты аж настолько больше не решаешься экономить… Сочувствую! Но я тебя не подведу!

– Верю, – улыбнулась женщина и, дабы это доказать, практически насильно вложила пареньку в ладошку сребник.

И она действительно верила. Тот, кто в столь раннем возрасте за пяток медников, а она была уверена, что больше мальчонке за распространение газет не платят, стоит на таком морозе – не может быть вором или мошенником. Будь он тем или другим – и одет бы был получше и свой рабочий день начинал бы попозже, когда улицы заполнятся.

– Меня Кейт зовут, – улыбнулась «заблудившаяся неместная», прислушиваясь к ощущениям, которые вызвало в ней её «новое» имя.

– А меня Марик, – сообщил паренек, перекидывая через плечо сумку с газетами. – Пойдёмте кольцевая площадь, на которой обычно тусуются извозчики тут совсем недалеко.

Проследовав за своим новоприобретенным проводником буквально пару минут, Екатерина Алексеевна удивленно приподняла брови.

– Хммм, странно… – пробормотала она себе под нос. И остановилась, оглядываясь по сторонам.

– Ты чего? – удивился Марик.

– Мне просто кажется, что я здесь уже была…

– А-ааа, это! – махнул рукой паренек и усмехнулся. – Если ты всё время шла по самой широкой улице, никуда не сворачивая, то не переживай, ничего тебе не кажется! Ты просто, как и все неместные, навернула круг вокруг площади! – торжественно объявил он.

– Прям таки и все? – поддела своего гида незадачливая туристка.

– Угу, – кивнул мальчонка. Вслед за чем с важным видом и наставническим тоном объяснил. – Потому что такая идеально круговая торговая улица есть только у нас в Лунгдии! И больше нигде! Вообще, вообще нигде! – гордо объявил он.

– Ого, надо же! – дабы польстить своему гиду преувеличенно восторженно воскликнула туристка, отметив про себя знакомый поворот, с которого началось её путешествие по городу.

Взгляд обзорно скользнул по дороге, ведущей в лес, и завис… Ибо по заснеженной проселочной дороге из лесу несся… табун запряженных в карету скакунов. Сколько именно было скакунов, пока не позволяло определить расстояние. Однако Екатерина Алексеевна была уверена, что снова никак не меньше шести.

«А вот, вероятней всего, и разгадка того, что делала «моя» карета в лесу в такую рань», – предположила Екатерина Алексеевна, останавливаясь и дожидаясь, пока карета приблизится к ней достаточно, чтобы рассмотреть герб на её двери.

Если тысячи прочитанных ею детективных и шпионских романов её чему и научили, то это тому, что совпадений не бывает. Тем более, таких! И раз уж её мозг каким-то образом загрузили в некую компьютерную игру, то почему бы не играть так, чтобы обязательно выиграть?!

Разумеется, у бывшей главы мультимиллиардной империи и в мыслях не было – смириться и плыть по течению. Она планировала лишь сделать вид, что смирилась и согласна играть по навязанным ей правилам. Она планировала присоединиться, чтобы изучить слабые стороны противника. Она смогла это сделать однажды. Сможет и дважды.

Новоявленный двойной агент понимала, что ночное рандеву двух знатных особ в лесу вполне возможно не имеет никакого отношения к её игровому заданию. Однако игра, ставкой в которой была свобода воли и выбора, её свобода воли и выбора, была слишком серьёзной, чтобы хоть что-то оставлять на авось. Посему она решила перебдеть, чем не добдеть. Тем более, что цена «бдения» была всего-то каких-то пять минут.

– Марик, я, кажется, подвернула ногу, – схватив парнишку за руку и тем самым затормозив его, солгала всё более и более входившая во вкус агент. Вслед за чем, принялась растирать сквозь сапог якобы больную лодыжку.