Настоящие русалки не носят кольца на пальцах
Шрифт:
— Да! — я захлопнула телефон.
Мама вынырнула из воды на секунду:
— Хорошие новости?
— Завтра в полдень через шлюз будет проходить парусное судно. Эй, я не думала, что ты можешь говорить со мной, высунув голову из воды.
— Всего несколько минут… так Фрешис не смогут меня услышать… но порт Тулуз… так далеко отсюда…
Логично. Как мне теперь доставить её к шлюзу? Тем более что единственный человек, посвящённый в нашу маленькую тайну, сейчас, вероятно, сидит в самолёте до Далласа. Я посмотрела на часы. Папин самолет взлетел примерно в девять вечера. Ой! Может быть, его задержали.
— Я попробую позвонить папе.
После четырёх вызовов я оставила сообщение:
— Папа! Я нашла маму. Мы в бабушкином коттедже. Позвони мне, как только получишь это сообщение.
Мамино лицо возникло из-под воды:
— Нет?
— Должно быть, он выключил мобильный в самолёте.
— Я не могу остаться здесь, — она кивнула на дверь гаража, — Фрешис… ищут меня…
Я посмотрела под воду. Свет из лодочного сарая был виден из-под гаражной двери в чернильной воде. Русалки могли просто подплыть к двери и обнаружить нас.
Я выключила свет.
— Мне нужно вытащить тебя из озера.
— Нужна вода… не использовать… — мама сдалась.
Но я не потеряла веру вслед за ней. Не после всего того, что она пережила за последние пару недель, не говоря уже о прошедшем годе. Отныне каждая проблема должна иметь решение, и я не позволю маме опустить руки.
— Я сказала из озера, а не из воды, — мои глаза приспособились к тусклому свету, и я вынула пробку со дна лодки.
Деревянное сидение легко выскользнуло из пазов, чтобы освободить место. Как только лодка наполовину заполнилась, я заткнула отверстие, чтобы воду не спустило назад, и втащила маму на борт.
— Теперь придурки из Фрешис ни за что не приблизятся к тебе.
Мама вынула руку из воды и погладила меня по щеке.
— Ураган Джейд.
Я рассмеялась:
— Я ещё ничего не сделала.
Я подцепила лодку на систему шкивов, чтобы поднять её из воды. Цепи напряглись и заскрипели, подняв лодку на четыре фута из воды. Вот для какой цели папа получил инженерное образование: он построил этот лифт. Десять поездок в «Home Depot», и теперь эта штука способна поднять даже слона. Если Фрешис не брали уроки у дельфинов в «Морском мире», то они не смогут добраться до подвешенной лодки.
Я просунула голову через борт лодки, чтобы взглянуть на маму:
— Ты в порядке там?
Мама кивнула и улыбнулась.
— Чего ты улыбаешься? — так приятно снова видеть, что мама счастлива.
— Подумала об океане…
— И теперь ты веришь, что я смогу доставить тебя туда?
— Если кто-то и может, так это точно ты…
Я подскочила, когда хлопнула дверь автомобиля.
— Я должна пойти посмотреть, бабушка ли это. Ты уверена, что всё в порядке? Достаточно воды?
Мама кивнула и снова погрузилась в воду в лодке. Я выскочила из лодочного сарая на причал.
Солнце скрылось за деревьями, и его вообще не было видно. Я взглянула на бабушкин коттедж — никаких огней, указывающих на то, что кто-то приехал. Я, конечно, могла бы заручиться её поддержкой в нашем маленьком плане, но мои возможности сразу же сократятся.
Кто-то хихикнул. Я повернулась и смогла разглядеть только внедорожник, стоящий за деревьями. Его фары потухли и снова моргнули. Должно быть, я слышала звук двери именно этой машины.
Две тёмные фигуры зашагали по направлению к лодочному сараю Баскеров.
— Подожди меня!
Челси.
Ей ответил глубокий голос. Дверь сарая скрипнула, а затем захлопнулась. Когда я сидела около лодки, в сарае, у меня в голове уже начал вырисовываться план. Надеюсь, Челси и её друг ещё пробудут какое-то время здесь. Если это сработает, то мне надо захватить ещё парочку вещей из дома.
Я помчалась к коттеджу и обшарила шкаф в бабушкином кабинете. Там я обнаружила мини-аптечку и запасную сумку-пояс, в которой бабушка иногда носит штемпельные подушки на бинго.
Я выкинула всё из аптечки и засунула телефон в пластиковую коробку.
Отлично. И водонепроницаемо. Последний мой телефон сломался, и теперь я не могла рисковать новым. Хотя этому уже пришлось окунуться у лодочного сарая Баскеров, но теперь, как никогда раньше, ему нужно оставаться на высоком и сухом месте, особенно если папа вернётся.
Я заскочила в спальню на чердаке и начала копаться в своей сумке. На полпути ко дну я наткнулась на него. Микаэла Танкини. Это похоже на знак.
Стянув с себя мокрую одежду, я надела купальник и сухую футболку с шортами, а затем обыскала кошелёк на предмет того, что могло бы пригодиться. С поясной сумкой на талии я сбежала вниз и написала записку для бабушки на задней обложке книги «Загадки судоку», где она точно найдёт её.
«Привет, бабуль!
Ночую у Кори.
Позвони, если что-то понадобится.
555-1212
Люблю тебя, Джейд.
ХОХОХО»
Напоследок я обыскала шкафчик в ванной и нашла вещь из последнего пункта в моём мысленном списке. Я схватила контейнер и направилась обратно к лодке.
Маме точно понравится это.
«Соль для ванн?» — мамин смех вызвал кучу пузырьков на поверхности воды. Я высыпала последний из кристаллов в лодку.
— Не совсем Атлантический океан, но, полагаю, что это тебя немного побалует.
«Идеально, — она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, — спасибо, Джейд».
— Уже темно, мы должны идти. Готова?
«Ты уверенна?» — спросила мама.
— Более чем.
…Я гребла на каноэ до полуночи, буксируя лодку. Лунный свет создавал мне дорожку на волнах. Иногда свет исходил из редких коттеджей, расположившихся вдоль берегов озера Талисман.
Прямо перед тем, как я стащила каноэ у причала Баскеров, мне показалось, что я услышала смех Челси. Надеюсь, она простит меня за то, что я оставила её в затруднительном положении, но из-за звуков глубокого мужского голоса, исходящих из лодочного сарая, не думаю, что она будет против пропуска комендантского часа.
За последние полчаса, не услышав ни звука из лодки, я понадеялась, что мама отдыхает или, по крайней мере, наслаждается поездкой. Между тем на моих ладонях начали прорастать волдыри размером с мяч для гольфа, и что-то начало копаться в моём правом колене.
— Как ты думаешь, далеко мы уплыли? — я надеялась, что буду грести хотя бы на скорости ходьбы, однако на самом деле буксировка лодки, наполовину заполненной водой, всего лишь на протяжении пяти миль оказалась немного затруднительной.