Чтение онлайн

На мой голос девушка резко развернулась.

– Так это ты?! – воскликнула она, в удивлении изогнув брови.

– Привет, тебе идет новая прическа, – похвалил я ее каре.

– То есть это из-за тебя я уже час тут слоняюсь?! – комплемент ее не смягчил.

– Почему час? Минут двадцать от силы, – поправил я Вайлетт, поскольку часы в холле показывали одиннадцать тридцать.

– Так это твое корыто? – она вновь попинала носком сапога по колесу, утратив интерес к теме времени.

– Ага, арендовал в Риме, – не стал я реагировать на оскорбление своего транспортного средства.

– А почему Альфа-Ромео, а не Фиат?! – предъявила она мне.

– А почему нет?

– Потому что Аньелли – это Фиат!

– Так ты и ездишь на Фиате, – кивнул я на заблокированный мной ночью автомобиль Fiat V8 Vignale Cjupe цвета морской волны. – А я не Аньелли, я Уилсон. Фрэнк Брайн Уилсон третий, если ты забыла, поэтому езжу на чем хочу. Кстати, при первой нашей встрече ты, кажется, была на Феррари, – напомнил я ей наблаговидный эпизод ее биографии.

– Тогда я возвращалась домой, и могла это делать на чем угодно, хоть на поезде, хоть на рейсовом автобусе, это было мое личное дело. А сейчас мы приглашены на официальное мероприятие! Ты же на него сюда приехал?

– На него, – подтвердил я и не стал спорить на счет приемлемой марки автомобиля. Вместо этого, шагнул к девушке и заключил ее в свои объятья.

– Как я по тебе соскучился, – от моего признания Вайлетт сомлела, гневные искорки из глаз развеялись, губы приоткрылись. – Ты хоть и стерва, но такая понятная. – Зря я это, конечно, сказал вслух. Видимо, сказался стресс, который я совсем недавно пережил в Нью-Йорке, когда стал свидетелем того, как ангел обернулся демоном. К тому же не выспался.

– Стерва?! – меня грубо оттолкнули и попытались ударить дамской сумочкой. Еле увернулся. – Понятная?! – уход вправо. – Ты считаешь, что во мне, как в женщине нет загадки?! – уход влево.

– Вайлетт, ты меня не так поняла, я хотел сказать, что ты идеальная, – уверял я разъяренную девушку, маневрируя.

– Сеньор! Сеньорита! – нас бросились разнимать швейцар с портье. Первый за нашей бурной встречей наблюдал с самого начала, и когда началась горячая фаза, позвал своего патрона. – Стоит ли устраивать скандал из-за такой мелочи?

– Мелочи?! – Вайлетт едва не задохнулась от возмущения.

– Позвольте мы сами переставим ваши машины! – портье втиснулся между нами и оказался на линии огня вместо меня.

– Я сам отгоню, – воспользовался я случаем и нырнул в Альфа-Ромео.

– Стой! Мы еще не договорили! – брошенные мне вслед слова только подстегнули мой побег.

И опять я участвую в гонке. Но если вчера меня гнал по трассе азарт, то сегодня заставлял вилять по узким городским улицам инстинкт самосохранения.

Сразу вспомнилось, что из Реджо ди Калабрия курсирует паром до Сицилии и захотелось оказаться в порту. Но улицы города вместо набережной завели меня в тупик.

Затормозив, я выскочил из машины и быстрым шагом, словно вот-вот от голода копыта отброшу, зашел в семейный ресторан, что удачно подвернулся мне в качестве места, где можно отсидеться.

– Сеньор, рад вас видеть! – подскочил ко мне, судя по немолодому возрасту и фартуку хозяин сего заведения. – Вы предпочитаете обедать в зале или на террасе? – Говорил он на итальянском, но понять его было несложно. – Alici, Maccarruni i’casa, Frittole, Maccarruni i’casa, – посыпались названия блюд, и я чуть слюной не захлебнулся.

– Дорогая, ты присоединишься? – заступил я за один из столов, когда к нам присоединилась запыхавшаяся фурия.

Вайлетт явно хотела ответить мне чем-то запоминающимся, но ранние посетители, официант и сам хозяин ресторана, что взирали на девушку в наряде за тысячу лир с восхищением, как на богиню, заскочившую по ошибке в средней паршивости храм, заставили ее улыбнуться.

– Конечно, милый, – процедила она.

Хозяин семейного ресторана, упиваясь важностью момента, ловко отодвинул меня от драгоценного тела богатой северянки и сам выдвинул для нее стул, сам же принял заказ и сервировал нам столик.

– Значит это правда, что ты снюхался с Ромео, – констатировала Вайлетт.

– Ну и формулировки у тебя, – поморщился я. – Или на Севере так принято называть деловые отношения? Какой-то местный сленг?

– Ты отдал им свои патенты! – упрекнула она меня. – Но почему им, а не мне?!

– Ты, если забыла, в нашу последнюю встречу изволила бутылкой в меня запустить и велела держаться от тебя подальше.

– О, Дева Мария, – закатила она глаза, показывая несущественность моей отмазки. – Я тебе одолжение сделала – излечила от алкоголизма! И вот она благодарность – ты помогаешь нашим конкурентам! Или это ты так мне мстишь за разрыв? Хочешь, чтобы Фиат разорился?! – нашла она для себя причину моего сотрудничества с Ромео. Женская логика – она по-настоящему пугает.

– Ой, ладно, не прибедняйся. Твоему Фиату моя страна по плану Маршалла кредитов надавала, так что не обеднеет. Наоборот, ваши дела в гору идут, что нельзя было сказать об Альфа-Ромео, из-за чего цена их акций была более привлекательнее ваших, – сделал я упор на финансовую составляющую.

– Какой же ты все-таки американец! – скривилась от брезгливости Вайлетт. – Выгода для тебя превыше всего!

– А вы итальянцы – святые бессребреники, – усмехнулся я.

– Мы живем сердцем!

– Ага, столько сердечный твоих соотечественников вчера по пути сюда встретил, чуть багажа и всех денег не лишился, особенно запомнились душевные итальянские подростки, с которыми я познакомился на трассе.

– Ты что снимал девок на трассе? – поморщилась Вайлетт, по-своему интерпретировав мои слова.

– Парней.

Девушка вытаращила на меня глаза.

– Значит правду говорят, что англосаксы те еще извращенцы.

– Еще какие, – подтвердил я.

– Да ты надо мной издеваешься! – Вайлетт прищурилась и этот ее боевой прищур ничего сердечного мне не обещал.

– Ты сама всякие глупости придумываешь.

– Я тебе сейчас тарелку с макаронами на голову надену, – пообещала она.

– Тогда я тебя на приеме при всех за задницу ущипну, – пожалел я свои макароны с мясным соусом.

– Что?! – девушка часто заморгала. – Ты решил разрушить мою репутацию? – Вайлетт резко встала, чуть не опрокинув стол. – Держись от меня подальше, чертов янки! – обкатив меня на прощание ледяным презрением, она гордо удалилась. Заплатить за себя в голову ей, конечно, не пришло. В мелодраматичный сюжет скучная проза жизни не вписывалась.

Вернувшись в отель, я, пока не забыл, отдал горничной свой фрак, чтобы та приготовила его на вечер, а сам завалился досыпать. Проснулся уже в три часа и спустился на первый этаж в ресторан при отеле.