Наступает ударная
Шрифт:
Сказать по совести, наши генералы и офицеры, находившиеся на армейском наблюдательном пункте, не сразу поверили, что город освобожден. Очень уж быстро это произошло. Но факт оставался фактом, радисты принесли бланк, на котором было написано:
"Командующему войсками 3-й ударной армии. 16.30 6.10.43. 78 танковая бригада с приданными частями в 16.00
6.10.43 взяла город Невель. Производится очищение города от мелких групп противника.
Кочергин, Коткин".
Чтобы избежать ошибок и недоразумений, мы послали командиру 78-й танковой бригады запрос и вскоре получили повторное донесение, в котором подтверждалось: Невель действительно занят подвижной группой.
По телефону ВЧ генерал Зуев доложил об этом командующему фронтом генералу армии Еременко. Тот тоже выразил сомнение и приказал подтвердить устный доклад письменным донесением. По его распоряжению генерал Галицкий поздно вечером специально выехал на КП армии и лично доложил по телефону о результатах боевых действий за первый день операции. А начальник штаба подготовил и отправил командующему Калининским фронтом донесение:
С командного пункта 3 У-А 0.30 7.10.43.
Эшелон развития прорыва в составе 78 тбр, 21 гвсд, 163 гвиптап, 827 гап и других частей усиления, введенный в прорыв на участке наступления 28 сд, стремительно продвигался вперед и, уничтожая отдельные группы противника, к исходу 6.10.43 овладел г. Невелъ и занял оборону северо-восточнее, севернее и западнее города. В городе Невелъ уничтожен гарнизон врага и захвачено много складов, машин и другого имущества. Имеются пленные. Количество трофеев подсчитывается. Зуев.
Решающую роль в прорыве вражеской обороны сыграли части 28-й стрелковой дивизии, отлично действовавшие под умелым командованием полковника М. Ф. Букштыновича. Успех этой дивизии в значительной степени предопределил исход операции.
С самой лучшей стороны показал себя и наш командарм. Он уловил необходимый момент и смело ввел в бой эшелон развития прорыва раньше намеченного срока. А потом заставил подвижные группы действовать с максимальной быстротой и энергией. Благодаря этому мы освободили Невель неожиданно для врага, с малыми потерями. В руках командарма оставались резервы, которые можно было теперь использовать для отражения контратак.
К сожалению, не все найти командиры соединений проявили высокое мастерство и волю к победе. Недостаточно решительно действовала при прорыве обороны 357-я стрелковая дивизия. Генерал Галицкий вынужден был отстранить в ходе боя ее командира и назначить нового. Некоторые товарищи сочли такую меру слишком строгой, тем более что победа осталась за нами. Но надо было учитывать, что противник не смирится с потерей Невеля, что нас ждут бои тяжелые и ожесточенные.
С большим волнением мы прослушали вечером 7 октября переданный по радио приказ Верховного Главнокомандующего, в котором всем войскам, участвовавшим в освобождении города Невель, объявлялась благодарность, а Москва в их честь салютовала двенадцатью артиллерийскими залпами. И хотя освобожденный город был невелик, чувство гордости и удовлетворения наполняло каждого воина 3-й ударной армии.
Соединениям, активно участвовавшим в освобождении Невеля, было присвоено почетное наименование Невельских.
В городе еще звучали отдельные выстрелы, когда туда вместе с офицерами разведотдела "прорвалась"наша неутомимая связистка Агриппина Яковлевна Лисиц. В Невеле она "атаковала" штаб 21-й гвардейской стрелковой дивизии, причем столь энергично, что начальник штаба полковник Табачный согласился оказать ей любое содействие.
С помощью гвардейцев майор Лисиц обнаружила в городе немало оставленной немцами аппаратуры. Она привезла из этой поездки два исправных радиоприемника "Торн", совсем новенький коммутатор, десятка три телефонов в пластмассовых коробках и много другого имущества, необходимого армейским связистам.
Еще Агриппина Яковлевна привезла из Невеля новый эмалированный таз, подаренный ей гвардейцами. Она ходила, сияя от радости. Еще бы: для женщины вымыть голову в условиях фронта - это целая проблема. И вдруг - такой замечательный таз!
Мы подшучивали над Агриппиной Яковлевной, но в общем-то понимали ее. Что поделаешь - жизнь есть жизнь!
3
В ночь на 8 октября противник перебросил из Новосокольников к Невелю пять сводных рот (около 500 солдат и офицеров), спешно сформированных из тыловых частей 83-й пехотной дивизии. Кроме того, в район юго-западнее Невеля прибыл 85-й полк четырехбатальонного состава из 201-й, охранной дивизии. Севернее города противник сосредоточил основные силы 58-й пехотной дивизии.
Рано утром немцы нанесли удар по 21-й гвардейской стрелковой дивизии и 78-й танковой бригаде. К 10 часам им удалось овладеть машинно-тракторной станцией на северной окраине Невеля. Одновременно противник повел наступление из района Алунтьево, потеснил наши подразделения и занял железнодорожную станцию Невель.
Командование армии принимало все меры, чтобы удержать город. Во второй половине дня дружной контратакой пехоты и танков немцы были выбиты из района МТС. К вечеру их отбросили от железнодорожной станции. Положение, которое занимали наши части утром, было восстановлено, но борьба за Невель продолжалась.
9 октября бои развивались с неослабевающей силой. Противник, прикрывая переправы через реку Еменка, продолжал оказывать упорное сопротивление нашим войскам, наступавшим в северном направлении на правом фланге прорыва. Однако наши части действовали напористо и умело. Учебный батальон 153-го запасного стрелкового полка, тесня гитлеровцев, занял деревню Леонидово. 357-я стрелковая дивизия овладела рубежом Журавлево, Передоново. 46-я гвардейская стрелковая дивизия стремительным броском форсировала реку Еменка в районе Мацкевичи, Обухове. Отразив несколько контратак, эта дивизия к 17 часам вышла передовыми частями в район юго-западнее железнодорожной станции Опухлики.
28-я стрелковая дивизия в течение всего дня вела тяжелый бой северо-восточнее Невеля на рубеже Сыроквашино, Дегтево, отбивая многократные контратаки вражеской пехоты и танков. Только вечером дивизии удалось сломить сопротивление гитлеровцев и выйти на линию Тимляки, Марьино, установив непосредственную связь с подразделениями 21-й гвардейской стрелковой дивизии.
Снова отличился полк И. С. Лихобабина. Сбив вражеский заслон у деревни Дегтево, полк начал преследовать противника, стремясь с ходу занять перешеек между озерами в пяти километрах северо-восточнее Невеля. Если бы враг успел закрепиться на перешейке, через который проходили железная и шоссейная дороги, то выбить его оттуда было бы трудно.
Наши бойцы опередили немцев буквально на несколько минут. Выйдя на насыпь, они увидели там окопы полного профиля. Вражеские подразделения шли к насыпи, чтобы занять заранее подготовленные позиции. Без всякой команды наши бойцы с криком "ура" бросились на фашистов, опрокинули их и погнали за ручей.
На берегу ручья готовились к стрельбе два немецкие пушки: возле них суетилась прислуга, ездовые уводили лошадей. Но тут отличились наши минометчики: они накрыли оба расчета с первого залпа. Причем командиры-минометчики управляли огнем, стоя на насыпи во весь рост.
Вечером полковые разведчики захватили пленного из 122-й пехотной дивизии, прибывшей из-под Ленинграда. Пленный показал, что получен приказ наступать на Невель и вернуть его любой ценой.
Такие же сведения мы в штабе армии получили из разных частей и соединений. Враг не хотел смириться с потерей города.
10 октября наше наступление продолжалось, причем боевые действия не прекращались ни днем, ни ночью. Противник, понеся потери в живой силе, активизировал свою бомбардировочную авиацию. Группы по 30, 40 и 60 самолетов наносили удары по боевым порядкам частей и соединений армии. Над передним краем стояла завеса пыли и дыма. Наши войска несли ощутимые потери. Усложнилось управление, нарушилась связь. И все-таки наши части продолжали теснить врага. К тому же с выходом в район Невеля 28-й стрелковой дивизии наше положение значительно упрочилось.